Груз 209-А - Илья Слобожанский

– Угу, – вытирая рукавом нос, ответил кучерявый мальчишка. – Те, что у дома Мурата, мертвяки мертвяками. А вот у… – кучерявый громко чихнул.

– Там, под вышкой, один живой, весь в крови, но дышит, – заговорил лопоухий, в то время как кучерявый чихал. – Я его палкой ткнул, а он мычит, укает и…

– Андрюха! – позвал Виктор Павлович. – Ступай с пацанами. Погляди, что за раненый. Если офицер, тащи сюда.

– А если нет? – Андрей сидел на пробитой пулями радиостанции, дул на обожженную ладонь.

– Не задавай глупых вопросов. – Виктор Павлович протянул бинт. – Уважаемый… – офицер позвал худого. – Скажите своим, пусть еще раз осмотрят мертвых.

– Да-да, конечно.

– И вот еще что… соберите медикаменты и оружие. Стволы припрячьте, чтобы пацаны не растащили. Буду в Заречье, пришлю бойцов. Заберут.

– А что с этими? – спросил Сашка, указывая трофейным автоматом на тройку пленных. – Этих тоже припрячем. Здоровые бугаи, как бы…

– Ага. Будут и дальше молчать, спрячем… глубоко под землю. – Взгляд подполковника пробежал по хмурым лицам революционеров. С десяток мужчин разных возрастов стояли и сидели чуть поодаль, искоса поглядывая на связанных глорианцев. Одетые в рваные рубахи и свитера непонятного цвета, босые. Лица разбиты, опухшие губы, сплошные кровоподтеки и ссадины. Одним словом, перепало, очень даже перепало хозяевам поселка от незваных постояльцев. – А пусть вон они с глориками разбираются, – во всеуслышание объявил Виктор Павлович. – Думаю…

– Здорово! – выкрикнул невесть откуда взявшийся мальчишка в кожанке. – Ух, и жарко было, я тут с товарищами… – Мальчуган демонстративно забросил на плечо автомат с кривым, а может, показалось, что ствол какой-то гнутый. Вооруженный подросток зыркнул на пленных. – Да-а-а, пришлось повозиться. На меня сразу двое напали. Но я их…

– Привет, Костян! – поздоровался лопоухий. – Ты откуда взялся?

– В засаде сидел. – Костян задрал подбородок и с важным видом двинулся к приятелю. Но на пути стоял широкоплечий военный, и Константин, продолжая важничать, толкнул незнакомца плечом. – Посторонись, не видишь, я иду.

– Ты кто такой? – Виктор Павлович ухватил подростка за ворот куртки.

– Ну ты… – Константин завис над землей, автомат брякнулся на песок, теперь-то и стало понятно, оружие испорчено и довольно сильно. Приклад расколот, а ствол кривой, даже очень. – Отпусти. Кому сказано, я… я….

– Что? – Подполковник хмурил брови.

– А вот что, – мальчишка ударил ногой, именно туда, куда бить не следовало бы, ну, по крайней мере, своих. Виктор Павлович выпучил глаза и разжал пальцы. Воспользовавшись моментом, хулиган попытался сбежать, но не вышло.

– Не так быстро. – Санек сделал подсечку, Константин шлепнулся, тут-то и был схвачен. Андрей оказался проворней, схватил мальчишку за шиворот.

– Отпусти! – трепыхаясь вопил юный революционер. – Щас как дам…

– Не отпускай… – сквозь зубы процедил Виктор Павлович. – Я сейчас, вот только…

– Здравия желаю! – Максим отдал честь, ошибочно принимая Санька за старшего группы. – Второй взвод третьего батальона. Старший лейтенант Даниленко.

– Расслабься, лейтенант, – Сашка кивнул в сторону подполковника. – Погоди с докладом. У нас тут…

– Отпусти! – оживился Константин. – Поставь на место, гад!

– Чей? – спросил Виктор Павлович.

– Он от партии «Свобода», – ответил худой, протирая серой тряпицей очки. – Константином кличут, неплохой парнишка, но… – худой закашлялся и отошел в сторонку.

– Я еще раз спрашиваю… – Взгляд устремился к резко поредевшей группе революционеров, тех, которым перепало от постояльцев. – Чей пацан?

– Наверное, наш, – как-то тихо и не вполне уверенно ответил Максим. – Это…

– Тут ты прав, – Виктор Павлович громко выдохнул. – Именно ЭТО. Вот что, старлей… – подполковник потер лицо. – Твой воспитанник, тебе и пороть.

– Что?

– Контуженый? – Виктор Павлович зыркнул на взводного.

– Никак нет.

– Санек, подготовь тело.

– Не понял… – Сашка таращился на командира. – Какое тело?

– Спускай штаны, – заговорил худой, снимая брючный ремень. – Вот и доигрался, а я предупреждал, когда-нибудь закончится ваша вольница. – Мужчина снова закашлялся.

– Вы чего, дяденьки? – Константин обеими руками вцепился в брюки. – Я же…

– Кайцы! – кто-то вопил от окраины леса. – Хайга идут!

– Нужно бежать, – едва сдерживая кашель, посоветовал худой. – Сутки назад, кхы-кхы… дикари вырезали дальнюю заставу. Хайга совсем озверели, воюют с уктурами… а мы между ними.

– Повезло тебе, сопляк, – Подполковник взглянул на мальчишку, да так, что тот присел. – К бою!

– Аборигены… – Максим хлопал глазами. – Хайга тоже со мной. Они…

– Да-а-а, старлей. – Виктор Павлович поскреб небритую щеку. – Умеешь ты выбирать попутчиков. А где салажонок?

– Сбежал, – ответил Санек, рассматривая сайтак на поясе взводного. – Виктор Павлович, вы сюда поглядите.

– Откуда он у тебя? – подполковник указал на джагардийский клинок. – Где взял?

– Кикта дала.

– Кто? – Андрей вышел вперед. – Какая кикта? Откуда у тебя сайтак?

– Все нормально, я подарил, – Сергей материализовался возле командира, а следом за ним и смуглокожая красотка. Трое аборигенов привели не меньше десятка пленных, грубо усадили на землю, встали чуть в стороне.

– Это он! – заорал худой, тыча пальцем на усатого глорианца. – Этот у них главный, по его приказу нас заперли. Ах ты, сволочь… – Кашель сковал горло, и худой склонился к земле.

– Вам бы сменить место жительства. – Сергей подошел к мужчине в очках. – Болото – плохое место. Ваши легкие поражены черной пылью.

– Я знаю. – Худой присел, снял очки. – Карцитовые рудники, три года. Простите, но как вы узнали про пыль? Без специальной аппаратуры это невозможно…

– Я соберу трав, отвар немного поможет. Вскипятите молоко и дышите паром. Только теплым, ни в коем случае не горячим. Но лучше сменить место жительства.

– Феноменально. – Худой неотрывно смотрел на Сергея. – В прошлом я преподавал в медицинском.

– Извините. – Виктор Павлович взял Сергея под локоть и отвел в сторону. – Заканчивай, нашел время, дел выше крыши. Старлей что-то отрыл в болоте, надо бы сходить и посмотреть.

– И что он отрыл? – Сергей закурил.

– Какие-то ящики. По описанию, очень похожи на…

– Простите, что перебиваю. – Худой стоял за спинами военных. – Скорее всего, моя фамилия вам ничего не скажет, но… я бы хотел представиться.