Самая красивая - Гейл Карсон Ливайн

— Ничего подобного!

— Прямого приказания не было, но вы пообещали произвести его в рыцари, если она умрет. А затем вы не сдержали обещания.

— Но ведь он ее не убил!

— Да, но, скорее всего, он разозлился, причем разозлился настолько, что может выступить против вас.

Звучало очень правдоподобно. Быть может, даже все так и было. Я нависла над Скулни, поднимаясь и опускаясь на цыпочках от расстройства. Потом я почувствовала, что мое сердце в Пещерах гномов остановилось. Прошло секунд десять, прежде чем оно снова ожило.

С этим ударом меня осенило. И я проиллюзировала мой голос, который прозвучал словно из уст Скулни.

— Ваше величество! Это Эза.

Ваша деревенщина. Дальше я пропела:

— Я нахожусь внутри волшебного зеркала.

Я пела, и ко мне снова возвращались силы. Скулни замахал ручкой перед своим ртом, пытаясь прогнать мой голос. А я пела дальше:

— Скулни не хочет, чтобы вы знали, что я здесь.

— Эза? Ты где?

Я пропела:

— В зеркале. — Я опустила глаза, пытаясь придумать, что сказать. — Здесь, в зеркале.

Именно в ту секунду я обратила внимание на ковер. Пока я пела, мои ступни утонули в ворсе. Я снова обрела вес! Я перестала петь. И ворс снова выпрямился. Пение действительно возвращало мне силы.

— Ты по-прежнему красива? — выкрикнула Иви.

— Моя королева, — сказал Скулни, — только не…

Я не дала ему договорить:

— Он пытается сделать так, чтобы вас убили. Он вам солгал. Он…

— Ты по-прежнему красива? — Иви перешла на визг.

Я запела, больше не иллюзируя:

— Уходи! Прочь! Вон!

Я столкнула Скулни со стула. Он оказался легче пылинки. Испуг на его лице сменился яростью.

Я села на его место. Обыкновенный стул по виду, но едва я опустилась на сиденье, как стала единым звеном с зеркалом. Оно стало такой же частью меня, как мои руки, и пользоваться им было так же легко. Мне захотелось, чтобы Иви увидела кое-что в зеркале. Этот образ возник в мыслях. Я направила его в зеркало.

Для начала я продемонстрировала ей свое прежнее лицо.

Иви заулыбалась:

— Эза!

Я показала себя теперешнюю и пропела:

— Я все еще красива.

— Эза!

Лицо исчезло, королевские покои качнулись. Я снова увидела потолок, потом подол юбки и туфлю на тонком каблуке, который приближался к нам.

Да!

Я сейчас умру?

Каблук ударил в зеркало-окно. Оно не разбилось. Еще один удар. И еще один. Иви с силой топала по зеркалу.

Но так и не сумела его разбить.

Тогда Иви попробовала другие способы. С размаху ударила зеркальце о дверную ручку. Набросилась на него с ножом.

А Скулни рядышком кланялся и злорадно улыбался.

Иви принялась вопить:

— У меня не получается тебя разбить. Почему я не могу тебя разбить? Скулни, почему я не могу тебя разбить?

— Он хочет добиться твоей казни, — пропела я, — поэтому он…

— Эза? — Ее лицо почернело. — После смерти ты попала в зеркало? К Скулни?

Я подтвердила.

— Если я убью себя, тоже попаду к тебе? Да?

Скулни придвинул голову к моей и ответил:

— Да, моя королева. Я жду вас здесь с нетерпением.

— Тогда я так и сделаю. Это я нужна Скулни, а не ты.

— Нет! — закричала я.

Должно быть, она бросила нас на пол. Зеркало-окно показывало только потолок. Скулни величественно улыбался, скрестив руки на груди.

Иви вернулась. Я увидела ее руки — она насыпала в стакан белый порошок.

— Нет! — воскликнула я. — Не делай этого!

Я пыталась придумать, что бы такого показать ей в зеркальце. И наконец придумала. Я запела:

Я бы ни за что не осталась

со Скулни,

чудовищем, пауком,

живущим в зеркале…

Не переставая петь, я вскочила. Стул перевернулся. Моя связь с зеркалом оборвалась. Продолжая петь, я сжала кулак и стукнула им в зеркало со всей силы.

Звук получился такой, будто кто-то ударил по всем клавишам пианино одновременно. Появилась кривая трещина, но зеркало не распалось.

Иви размешала яд ложкой.

— Деревенщина, я иду. Великанша, я сейчас.

Я пропела во весь голос:

— Айори! Любовь моя… Айорта… — и снова ударила в зеркало.

Появилась еще одна трещина, но зеркало выдержало.

Иви подняла стакан.

Я превратилась в целый хор и кинулась со всем своим певческим весом — плечами, локтями, коленями — прямо в зеркало. При этом я пела:

— Я ни за что не останусь в зеркале, красавица в…

Меня заглушил ужасный рев.