Врата ведьмы - Джеймс Клеменс

— Нет! — Призрак выскочил из захваченного тела и отпрянул.

То, что некогда было королем Райем, рухнуло на пол, будто пустая оболочка.

— Вспомни! — не отступала Ни’лан. — Вспомни, кто ты!

— Нет!

Призрак завизжал высоким голосом, будто ребенок, и, развернувшись, врезался в плотные ряды д’варфов. Там, где он проходил, на гранитный пол падали тела. Приземистые воины умирали на месте. Иные пытались бежать, толпясь на выходе из бального зала.

— Я приказываю тебе вспомнить! — звонко вскричала Ни’лан, сплетая свой голос с лесной песней струн.

Завывания грима стихли. Слабый, напуганный голос донесся из сгустка ожившей тьмы, которая замерла перед дверью:

— Я… Я не могу…

И призрак пустился наутек, оставляя позади себя лишь отзвуки криков. Капитан Бриттон, наверняка испугавшись творящегося волшебства, приказал д’варфам отступить и восстановить ряды своего изрядно прореженного войска.

Мисилл посмотрела им вслед.

— Они собираются за поворотом! Нужно срочно уходить, пока они снова не осмелели.

Звон стали о камень привлек внимание Ни’лан. Тайрус склонился над телом отца, сжимая в руке меч. Голова короля лежала отдельно от тела.

— Я не позволю демону вновь найти пристанище в этом теле. Где угодно, но не в моем отце.

Могвид и Фардейл уже присоединись к Мисилл в дверях.

— Пойдем же! — поторопил принца Могвид.

Крал потянул Тайруса прочь.

— Еще будет время для скорби и молитв.

— И никакой крови… — безучастно проговорил Тайрус, указывая клинком на тело отца.

Ни’лан подступила к нему с другой стороны.

— Он умер очень давно. Просто сосуд для… для…

— Для чего? — наклонился к ней принц. — Ты знаешь больше, чем говоришь!

Ни’лан прижала к груди лютню, словно защищаясь.

— Оставь ее, лорд Тайрус, — вступился за нифай Мерик. — Мы все обсудим, но сначала надо убраться отсюда подальше.

Полностью согласная с ним Мисилл махнула рукой, призывая следовать за ней. Она выскочила из зала и побежала в сторону, противоположную той, где командир д’варфов собирал свое воинство. Плотной кучкой они промчались мимо поворота.

— Я знаю дорогу! — на ходу крикнула Мисилл, вытаскивая из кармана монету и прижимая ее к губам. — Ксин, ты слышишь меня?

Ни’лан не разобрала ответа, но через несколько шагов Мисилл дала знак остановиться. Пару мгновений они толпились на лестничной площадке в тишине, а потом воительница опустила монету, продолжая сжимать ее побелевшими пальцами.

— Беда, — сказала она. — «Крылу бури» пришлось обрубить канат и улететь. Их обнаружили. На башне полным-полно д’варфов. Это ловушка.

— И что теперь делать? — Мерик скривил тонкие губы. — Вверх нельзя. Возвращаться тоже.

Никто не ответил.

И вдруг заговорила Ни’лан:

— Идем вниз. — Она указала на лестницу, ведущую в глубины замка, и, повернувшись к лорду Тайрусу, продолжала: — Тайный проход! Ты говорил о нем в темнице. Туда!

— Но проход ведет в Темную Чащу. Ты сама говорила, что этот путь — хуже смерти!

— Уже нет. — Ни’лан погладила лютню. — Путь открыт.

— Как?

— Веди нас. — Она покачала головой.

Тайрус закусил губу и подозрительно глянул на нифай.

Сзади послышался рев многих глоток — приближалось войско капитана Бриттона.

— Они близко! — сказала Мисилл.

Принц нахмурился и решительно шагнул вперед.

— Тогда нам туда!

И помчался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Мерик бежал позади Ни’лан. Даже не прибегая к магии, он мог различить потоки силы, истекающие из хрупкой бледной нифай. Она прижимала лютню к груди. Тайрус стремительно мчался впереди, подгоняемый все усиливающимися криками д’варфов.

Споткнувшись о ступеньку, Ни’лан с трудом удержала равновесие. Мерик шагнул к ней и подхватил под локоть.

— Ты не обязана это делать, — прошептал он так, чтобы никто не услышал.

— У нас нет иного выбора.

— Еще не поздно. Мы могли бы прорубить дорогу через лагерь. А если мы доберемся до леса Западных Пределов…

— Эта дорога заказана. Ты же видел, кто завладел телом короля Райя.

— Один из гримов.

— Теперь это наша общая тайна. — Она кинула на него мрачный взгляд.

— Ты можешь ими повелевать? — Мерик наклонился. Музыка лютни способна очаровать призраков на какое-то время, и мы успеем пройти сквозь Темную Чащу?

— Думаю, да. Воспоминания имеют огромную власть. Гримы либо разбегутся, либо будут очарованы. В любом случае они оставят нас в покое.

— А тот, что завладел королем Райем? Почему он обезумел? Он, хотя и служит Темному Властелину, обладает ясным умом и расчетливостью.

— Демон Гал’готы, наверное, нашел способ одолеть болезнь, — покачала головой Ни’лан. — Но я не знаю, почему он служит Черному Зверю.

Внезапная догадка озарила Мерика. Он вспомнил, как его самого пытали темным пламенем в подземельях Тенистого Потока.

— Его, возможно, переделали. Превратили в Темного Стража.

Ни’лан нахмурилась и посмотрела непонимающим взглядом.

— Если Черное Сердце может использовать темную магию, чтобы поработить стихии, — пояснил Мерик, — подчинить чистую магию и души своим желаниям, то, возможно, переделывая этот дух темным пламенем, Темный Властелин частично снимает порчу, возвращая ему в какой-то мере здравый смысл, хотя и в извращенной форме, по всей видимости.

— Если он сотворил такое с одним… — Ни’лан побледнела еще сильнее.

— Он может поступить так и с остальными.

— Этого нельзя допустить, — вздрогнула нифай. — Лучше пусть все они погибнут, чем перейдут на сторону Зла.

— Мы не позволим этому произойти. — Мерик крепче сжал ее локоть.

Нифай повисла на его руке.

Тем временем Тайрус остановился между лестницами и, закрыв глаза, ощупывал ладонями стену. Потом толкнул каменный блок, и тот ушел в сторону, открывая тайный проход.

— Нам сюда! Теперь уже недалеко.

Пропустив всех, принц вынул из скобы факел и шагнул через порог, закрывая за собой проход.

Мерик и Ни’лан вошли в длинный узкий коридор и побежали по нему, следуя за мерцающим светом в руках Тайруса, который снова шел впереди. Казалось, проход никогда не закончится, но наконец они остановились в гранитном тупике.

Пока все подбегали, Тайрус опустился на колени и поднял с пола что-то блестящее. Больше всего находка походила на золотой обруч без украшений, за исключением ограненного в виде звезды осколка гранита размером с фалангу большого пальца. Руки Тайруса дрожали.