Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов - Светлана Рыжехвост

Леди негромко рассмеялась:

– Да, он с юношества такой. Вам не стоило думать о нем плохо. Его Высочество всего лишь пошутил, пусть и несколько неуместно, но он хороший, добрый юноша. И будет очень достойным правителем.

– Разве король Бодрик уже собирается на покой? – Я вскинула бровь. – Мне казалось, до смены эпохи еще не меньше десяти лет.

Соседка тут же замолчала. А я прикусила губу и осторожно покосилась на вполне себе здорового короля. Неужели Деррек хочет получить еще одно проклятье? Отцеубийцы нередко отхватывают посмертные дары от впечатленного родителя.

Завтрак завершился, и нас всех вновь поделили на лордов и леди – женский пол отправился в чайную гостиную, мужчины же скрылись за дверьми Каминного Зала.

Я, признаться, боялась разговора с королевой, но Ее Величество не удостоила меня беседой. Что, безусловно, радовало.

– Леди Ноэль, – рядом со мной опустилась Тариль, – не помешаю?

Я выразительно осмотрела пустое пространство вокруг себя и мягко ответила:

– Ничуть. Вы хотите узнать подробности дуэли?

– Не особо, – чуть поморщилась Тариль, – Ее Величество приглашает вас на чай. Сегодня, после ужина.

– Это большая честь, – осторожно ответила я, – мною будут приложены все усилия, леди Тариль.

– Я лично зайду за вами и не позволю ни одной придворной курице нанести вам обиду, – усмехнулась она. – Леди Арделия покинула двор, ее супруг, пребывая в изрядном духовном расстройстве, забрал супругу силой. Говорят, она кричала и звала на помощь.

– Но никто не помог, – усмехнулась я.

К нам с Тариль подошел слуга и, о чудо, поставил перед нами две чашки кавы.

– Долг платежом красен, – задумчиво проговорила Тариль и взяла чашечку. – Чтобы тебе помогли, надо и самой не проходить мимо чужих слез. Герцогиня же… Она не слишком сочувственна.

– Что ж, герцогский замок не домишко на отшибе королевства, – я осторожно прощупала почву, – там есть чем заняться.

– Вероятно, они постараются сделать еще одного одаренного ребенка, – хмыкнула Тариль.

– Вероятно, Стражи Колдовского Департамента смотрят куда-то в сторону, – горько усмехнулась я, понимая, что никто не помешает экспериментам герцога Терн. – Ибо мне страшно представить, как именно это происходит.

"И вот вопрос, кто я: истинно Пылающая колдунья или продукт темного, запретного ритуала?" – пронеслась в голове горькая мыслишка.

Тариль медленно кивнула, а после перевела тему:

– Многие леди благодарны вам и магистру. Теперь нам не приходится прятаться в своих покоях. Более никто не рискует запретить леди пить каву. И это прекрасно. Хотя у многих пропал запал: им нравилась не кава, а ее запретность.

– Значит, им больше не придется мучиться, – я пожала плечами, – а нам больше достанется.

– Истинно так, – согласилась Тариль.

Мы просидели за кавой со сладостями до самой дуэли. И все это время я чувствовала на себе чей-то изучающий взгляд.

– Фаворитка опять за занавесом прячется? – осторожно спросила я.

– О да, – с искренним удовольствием произнесла Тариль. – В этот раз слуги ей не полагаются: король был недоволен сварой. Моя королева в процессе скандала выглядела как истинная леди, в то время как эта дурища лаяла подобно беспородной шавке.

Распахнулись двери, и Кирион Тирн возвестил об открытии Дуэльного Зала. Вздрогнув, я с трудом поставила чашку на блюдце.

– Успокоительного?

– Нет. Все в порядке, – соврала я, и она лишь кивнула:

– Тогда я вас оставлю, моей королеве необходимо мое присутствие.

Тариль присоединилась к королеве, а я, расправив плечи, в стороне от всех следовала за Тирном. Точнее, за леди, которые следовали за Тирном.

Я пыталась взять себя в руки, но от подступающего ужаса на глаза наворачивались слезы. Все, что было спрятано глубоко внутри, нашло выход. Что, если у Кайра откроются раны? Что, если... Что, если его сердце остановится? Что, если принц нанесет подлый удар и я навеки потеряю Кайра?!

– Ноэль!

Резко повернувшись, я увидела Ликорис. В темном, почти черном платье с серебряным шитьем, она казалась чуждой этому месту.

– Мне удалось продавить приглашение во дворец, – выдохнула она, подходя ко мне. – Бедная моя девочка, как ты?

– Ты знаешь о дуэли? – тихо спросила я.

– О да, – выразительно проговорила она и, хихикнув, добавила: – В той мерзкой кровавой гостиной есть портрет и моего почтенного предка. Жаль, что ему не удалось его благое деяние.

Последнее подруга сказала едва слышно. И, видя, что двери в дуэльный зал вот-вот закроют, повлекла меня за собой.

– Хм, надо же, зал как зал, – пробормотала она, – я ожидала золота и помпезности, а тут...

– Пыль, – я кивнула на стены, – не всю успели убрать.

– Кажется, при дворе дуэли не в ходу, – хмыкнула Ликорис.

Мы протолкались к помосту – в основном благородных распихивала леди Доварнари.

– Свою победу я посвящу тебе, – крикнул мне принц, уже стоявший на помосте.

– Я не приму такого посвящения, – четко и резко произнесла я.

Вокруг помоста была зона отчуждения, зона, в которой горели и переливались полупрозрачные щиты – гаранты безопасности зрителей. Я, шагнув в эту зону, протянула руки в сторону Кайрнеха.

– Пусть с тобой пребудет вся моя любовь, Кайр. Удача тебе не нужна, ты великолепен, мой генерал. – Я смотрела только на него, и он, прижав руку к сердцу, поклонился, принимая мои слова.

Затем я шагнула назад, и Ликорис едва слышно проговорила:

– Умничка, принца перекосило так, что это все заметили. Ты мне только скажи, почему я не вижу связи Кайрнеха и его Теневого Источника?

– Ч-что?

– Связь с гранью, с изнанкой, – попыталась объяснить подруга, – то, что делает мастера теней магистром. Он ее спрятал?

– Я не знаю, – с отчаянием прошептала я. – Она могла исчезнуть.

– Только если исчез постоянный портал на ту сторону, – Ликорис пожала плечами, – но это что-то невозможное. Если только его никто не уничтожил.

На помост поднялся Кирион Тирн и, встав ровно в центре, громко произнес:

– Милорды, разойдитесь в стороны. Вы имеете право использовать заклинания до второго круга включительно. Дуэль признается завершенной в момент, когда один из дуэлянтов получит серьезное несмертельное ранение или же признает себя побежденным. Милорды, вы желаете примириться?

– Нет, – коротко произнес Кайрнех.

– Немыслимое предложение, – широко ухмыльнулся принц.

Он взмахнул рукой, как будто срывал с головы шляпу, и в распахнувшемся вороте рубашки я увидела сразу две слюдяные подвески на его шее.