Последняя Охотница на драконов - Джаспер Ффорде

Меня разбудил Гордон Ван Гордон. Он так дергал меня за рукав, что я сразу поняла – случилось нечто из ряда вон выходящее. Мне снова всю ночь снились драконы, и далеко не все сны были приятными. Как раз в момент пробуждения на меня угрюмо смотрел Мальткассион. Он пытался мне втолковать, что это значило для него – быть драконом, но я по невниманию прослушала что-то очень важное и сама на себя злилась за это…

– Что за шум? – спросила я, открывая глаза.

– Красный телефон звонит!

– Нету у меня никакого красного телефона… А ты-то что делаешь в Башнях Замбини?

– Мы не в Башнях Замбини!

Он оказался прав. Мы находились в жилой части нашего офиса. Я вскочила и побежала вниз. Красный телефон держали рядом с мечом Чрезмером, под стеклянным колпаком, слегка напоминавшим крышку для сэндвичей. И вот теперь этот аппарат негромко, жалобно всхлипывал. Именно таким образом Охотнику надлежало узнавать о том, что дракон сотворил нечто противозаконное. Трясущимися руками я схватила трубку и стала внимательно слушать.

Новости были совсем не те, которые я хотела бы услышать…

Часы показывали пять утра. Солнце только-только расстилало по лугам косые лучи, когда я подъехала к Лонгтауну – городку, расположенному у самой границы Драконьих Земель. Возле замка дорогу пересекала желтая пластиковая лента с надписью «Работает полиция, вход воспрещен!», и я припарковала «Роллс-Ройс» рядом с внушительным скоплением полицейских машин. Потом представилась женщине-полисменше, и та повела меня к месту происшествия, минуя сотрудников МЧС и команды телевизионщиков, уже освещавших случившееся. Под ногами растекалась вода, я прикинула количество пожарных расчетов, и мне стало нехорошо.

– Вот мы снова и встретились, мисс Стрэндж, – сказал мне детектив Нортон. Они с сержантом Вилльерсом стояли возле опрокинутого восемнадцатиколесного грузовика. – Арестовать бы вас прямо тут за сокрытие сведений…

– Я же не знала тогда, что последней Охотницей окажусь.

– Это лишь ваша версия.

– Слушайте, с тех пор многое успело произойти, – сказала я им.

Они смерили меня взглядами.

– Немножко молода для того, чтобы Охотницей быть? – сказал затем Нортон.

Я не сводила с него пристального взгляда.

– Может, расскажете наконец, что тут произошло?

– Мы обнаружили на кабине отметины когтей.

Он жестом пригласил меня следовать за собой, и мы вместе подошли к огромной фуре компании «Объединенные Полезности», валявшейся посреди поля колесами вверх. Пламя буквально выпотрошило машину, а воды на борьбу с огнем ушло столько, что подтопленное поле превратилось в болото, и через дорогу текла грязь. Нортон указал пальцем. На борту грузовика, чуть ниже крыши, виднелись две большие зазубренные дыры. Так, словно кабину в самом деле стиснула огромная и очень сильная лапа, вооруженная прочнейшими когтями.

– А это не вандалы постарались? – спросила я, впрочем, довольно беспомощно.

Детектив Нортон посмотрел на меня, точно на идиотку.

– Это когти, мисс Стрэндж. Когти! Вчера вечером эта фура пропала в Глостере, и поди ж ты, куда ее занесло! Пожарные со всей уверенностью говорят, что на момент их прибытия следов от колес в поле не наблюдалось. А теперь посмотрите-ка вот сюда…

И он продемонстрировал мне жуткие разрушения ближе к корме грузовика. Там все было просто раздавлено, да так, что задний мост висел буквально на волоске.

– Все говорит о том, что грузовик сбросили с порядочной высоты.

– Стало быть, вы к чему клоните? – спросила я.

– А это уж вы мне должны сказать, мисс Охотница. На мой взгляд, улики свидетельствуют, что Мальткассион схватил грузовик и пытался уволочь его в Драконьи Земли, но не удержал и обронил по пути. После чего поджег, чтобы скрыть следы преступления.

– По-вашему, уничтожение грузовика может считаться «ущербом, причиненным скоту»?

– Это уже казуистика. Согласно Пакту, наказуемым деянием является ущерб, причиняемый собственности. А значит, что мы тут имеем? Дракона-правонарушителя!

– Не стоит торопиться с выводами, – сказала я, пытаясь приуменьшить инкриминируемое Мальткассиону деяние. Обвинение было очень серьезное. Дракон, признанный правонарушителем, автоматически признавался опасным, ибо не желал считаться с уложениями Пакта. Значит, он мог быть законным образом уничтожен. Это-то и скверно во всем, что касается предсказаний. Они имеют паскудное свойство сбываться…

Я спросила:

– Свидетели есть?

Нортон принялся разглядывать свои ботинки.

– Нет.

– Кто-нибудь что-нибудь слышал? Может, люди видели, как дракон тащил сюда грузовик?

– Нет.

– В таком случае, – сказала я, – согласно уложениям Пакта, я должна увидеть свидетельства как минимум двух нападений дракона, не подтвержденных свидетелями. Только после этого я смогу начать размышлять, а не объявить ли дракона правонарушителем.

Нортон рассерженно вскинулся.

– Но ведь все ясно как Божий день!

– Если вам все ясно, детектив, можете пойти и собственноручно его наказать, – ответила я. – Мне требуются улики повесомее этих.