Волшебный витраж - Диана Уинн Джонс

– Помогите, пожалуйста, – попросил Эйдан Эндрю. И добавил, позабыв, что Эндрю может и не понять, когда говоришь по-бабушкински: – Я тут нож заэскалибурил.

– Вижу-вижу, – отозвался Эндрю, сняв очки и прищурившись. – Меч в Корнеплоде. Правда, в легенде о короле Артуре было несколько романтичнее.

Едва Эндрю произнес эти слова, как его осенило, что он сказал очень важную вещь. Он замер и задумался.

А Эйдан рассмеялся – до того он обрадовался, что Эндрю понимает все не хуже бабушки.

Эндрю продолжал думать и думал целый час, пока они одолевали и укрощали пастернак – получилось, кстати, очень вкусно, – а потом думал весь вечер и еще полночи. Он решил до поры до времени отказаться от идеи расспрашивать Эйдана и даже не упомянул при нем о визите Мейбл В-92. Все равно Эйдану было не до разговоров: он катался по полу с Рольфом. Эндрю глядел на них и размышлял.

В Эйдане было что-то крайне странное. Эндрю не понимал, как он раньше этого не заметил. А ведь надо было сразу же начать разбираться. По крайней мере, сообщить хоть кому-нибудь, где мальчик находится. После визита Мейбл В-92 Эндрю стало ясно: Эйдана сейчас по всему Лондону ищут социальные работники – настоящие социальные работники. Когда пропадает ребенок, все обычно очень волнуются. Эндрю ругал себя за то, что мало думал про Эйдана. Теперь ему стало очевидно: он вел себя с Эйданом словно со своим студентом. Если бы кому-то из его студентов взбрело в голову махнуть на досуге в Сан-Франциско или в Гонконг, Эндрю не волновался бы ни секунды – если, конечно, ему вовремя сдадут курсовую; вот и про Эйдана он невольно думал так же. Нет, это никуда не годится! Понятно, почему миссис Сток вечно бормочет про «витает в облаках».

Эйдан уже давно спал, когда Эндрю наконец принял решение. Завтра он отправится в Лондон и осторожно наведет там некоторые справки. Неясно только, говорить ли Эйдану. Пожалуй, надо. Так будет честно. Эндрю пошел наверх и сунул голову в дверь комнаты Эйдана – и увидел, что вся она залита лунным светом. Эйдан с Рольфом спали в кровати Эйдана спина к спине, головами на одной подушке. Рольф уперся в стену всеми четырьмя лапами, и было ясно, что к утру он спихнет Эйдана на пол. У Эндрю не хватило духу их будить. Он поулыбался, спустился в кухню и оставил на столе записку, где говорилось лишь, что он уехал в Лондон.

Утром он укатил в Мелфорд и сел на лондонский поезд.

На станции он купил газету. Когда поезд тронулся, он развернул ее посмотреть результаты скачек, невольно подумав: «Да я становлюсь сумасбродом почище Стейси!» При мысли о Стейси он улыбнулся – и изумленно замер. Победителя первого вчерашнего забега в далеком Каттерике звали Подтверждение. Вторую лошадь звали Осторожно-Осторожно, а третью и вовсе Ой. Эндрю убеждал себя, что все это полная ерунда, но тем не менее решил и вправду вести себя поосторожнее.

В Лондоне он взял такси и поехал на ту улицу, где, по словам Эйдана, жили Аркрайты, к которым его отправили. Медленно шагая к нужному дому, Эндрю пытался прогнать ощущение, всегда охватывавшее его, стоило выйти за границы области попечения, когда мир становился одновременно очень скучным и очень опасным. Дома были самые заурядные, большие, на две семьи, с фальшивыми балками на фасаде и с разнообразными ухоженными садиками. Однако ощущение опасности все нарастало. Когда Эндрю миновал дом номер 43, у него возникло такое сильное ощущение пристального взгляда в спину, что даже мурашки по телу побежали. Когда он прошел мимо дома номер 45, ощущение стало еще сильнее, прямо хоть поворачивайся и беги отсюда подальше. Но Эндрю оборвал себя – ерунда, стоило тогда ехать в такую даль?! – и направился по нужному адресу, в дом номер 47. Когда он отодвигал щеколду на калитке, все невидимые наблюдатели словно бы разом ахнули и после этого уже не сводили с него глаз.

«Приехать сюда – отменная глупость!» – подумал Эндрю. У него по всему телу бежали мурашки – и, ежась от них, он прошел по дорожке через садик и нажал на кнопку звонка у самой заурядной входной двери.

В доме нежно прозвенело – «понгль-понгль». Дверь открыла уютная дама средних лет с красиво уложенными седыми волосами и с уютным животиком, обтянутым фартучком в цветочек, – открыла и вопросительно посмотрела на Эндрю. Она была на диво нормальная, и Эндрю тут же отругал себя: тоже мне разнервничался!

– Миссис Аркрайт? – спросил он.

Дама кивнула.

– Здравствуйте, – сказал Эндрю. – Извините за беспокойство. Я ищу мальчика по имени Эйдан Кейн. Я его дальний родственник, а он, насколько я знаю, должен быть здесь. Моя фамилия Хоуп. Эндрю Хоуп.

Он протянул ей старую визитку, чудом сохранившуюся в бумажнике.

Миссис Аркрайт взяла визитку и поглядела на нее с явной досадой. Там значилось «Д-р Эндрю Хоуп» и был дан старый адрес, еще университетский. Взгляд у миссис Аркрайт сделался такой, словно это была для нее последняя капля. Она полуобернулась и закричала:

– Отец! Отец! Сюда, скорее!

Они ждали. Эндрю не знал, кого ожидать. Старенького папу миссис Аркрайт? Или священника – ведь священников часто называют отцами?

Дверь за спиной миссис Аркрайт отворилась, и на крыльцо зашаркал мужчина средних лет. На нем были тапки и старая кофта на молнии. Выглядел он неважно. Эндрю сразу стало ясно, что это не папа и не священник, а муж миссис Аркрайт. Похоже, супруги брали себе в семью приемных детей, поскольку мистеру Аркрайту нужны были деньги на лечение. Коридор за мистером Аркрайтом понемногу заполнялся любопытными детьми. Они были самых разнообразных размеров и принадлежали к нескольким расам, однако все без исключения на несколько лет младше Эйдана. «Бедный Эйдан! Он, наверное, возвышался среди них, будто башня», – подумал Эндрю.

– Что, мать? – продребезжал мистер Аркрайт.

Голос у него был слабый и дрожащий, но все равно сразу стало понятно: мистер Аркрайт здесь главный.

– Тут какой-то профессор из университета пришел насчет Эйдана, – беспомощно отозвалась миссис Аркрайт.

– Ну так пригласи его в дом, мать. Пригласи его в дом, – продребезжал мистер Аркрайт. – А вы идите, идите, – ласково велел он. – В гостиную, смотреть телевизор. Это взрослые дела, поэтому в кухню не заглядывайте, пока мы не договорим. Сидите себе в гостиной.

– Входите, мистер… доктор Хоуп, – проговорила миссис Аркрайт. – Сюда.

Она захлопнула за Эндрю входную дверь и повела по коридору, где пахло беконом и комнатным ароматизатором, а дети толпились впереди. Когда миссис Аркрайт привела Эндрю в кухню, он мельком увидел, как все дети уселись рядком на длинном диване перед телевизором, на котором разыгрывалась бесшумная космическая битва. Мальчик-китаец лет восьми схватил пульт. Девочка-индианка, еще меньше, тоже вцепилась в пульт и попыталась вырвать его у мальчика, но потом сдалась. Мальчик нажал кнопку. Комната наполнилась воем, свистом и взрывами.

Эндрю содрогнулся. Телевизора он не выносил. И был рад, когда мистер Аркрайт твердо закрыл дверь в гостиную и зашаркал следом в безупречно чистую кухню, где сильнее всего пахло ароматизатором.