Тростниковая птичка - Ольга Смайлер

Никлас обиженно сопел, Кларк нервно теребил края куртки, а я все вглядывался в их лица и пытался понять, удалось ли мне достучаться до этих упрямцев.

— Понимаете, парни, все эти правила, которые в вашем возрасте кажутся скучными и никому не нужными, писались кровью. Настоящей кровью реальных людей. И хорошо, если эта кровь принадлежала таким же молодым самонадеянным воинам: иногда за чужую оплошность приходилось платить другим людям. За наши с вами ошибки платится самая высокая цена — человеческие жизнь и здоровье. И не стоит считать, что другие воины не бросаются на приключения только потому, что они обленились или в них уснул дух авантюризма. Сегодня вы убедились сами, что настоящая авантюра требует тщательной, вдумчивой подготовки. Вам понятно?

— Так точно, командир! — отрапортовали они хором.

— До конца поездки поступаете в полное распоряжение Безила, — приказал я, — будете искупать свою вину ударным трудом на благо рода.

Парни тут же сникли: Бэзил, сын Раймона, наш снабженец, обладал богатой фантазией и недюжинным талантом направлять молодую, кипучую энергию в мирное русло путем выполнения множества общественно полезных поручений, начиная помывки автобуса губкой для посуды (размером с ладонь), и заканчивая мелкой и нудной инвентаризацией канцелярских товаров. В общем — парней ждала настоящая каторга.

Девушки расселись по автобусам непривычно тихие, без привычной суеты и традиционных поддразниваний. Даже Малышка неожиданно перестала дистанцироваться от нас, как будто разом прекратила поднадоевшую и ей самой игру.

— Соня? — осторожно позвала меня Мия.

— Да? — отозвалась я, поворачивая к ней лицо.

— Ну… — помялась Мия, — как тебе Брендон?

Я вздохнула: худшего советчика по сердечным делам нужно было поискать.

— Мий, я не знаю…

Мы помолчали.

— Ты сама знаешь, чего от будущего мужа ждешь? — уточнила я.

— Не знаю. Я никогда не думала, что выбирать придется, я же рассказывала, — созналась Мия, — считала, что приспособлюсь как-нибудь. Ну, главное, чтоб отвращения не вызывал. А ты?

— И я не знаю, — вздохнула я. — Наверное, чтобы любил, как папа маму…

Мы снова примолкли. Я старательно вспоминала одногрупниц и девушек из компании Майкловых друзей.

— Некоторым важно, чтобы мужчина с достатком был, подарки дорогие делал. Некоторым — чтобы красивым был, таким, чтобы другие завидовали. Ну, как будто они их всех уели, что теперь это их мужчина. Кто-то хочет, чтобы домоседом был, а кто-то наоборот, чтобы дома не сидел. Тут не угадаешь. Бывает, годами встречаются, все никак решить не могут, а бывает — встретятся, и понимают, что вот она, вторая половинка, и никто больше не нужен.

— И что мне теперь делать? — голос у Мии был растеряным

— Я бы тебе сказала: "Слушай свое сердце", — я попыталась скопировать интонации, с которыми этот лозунг произносили героини сериалов, и Мия хихикнула, — только вот сама в это не очень верю.

Мия достала минибук, и я, облегченно вздохнув, решила подремать, когда получила весьма ощутимый толчок в бок.

— Слушай, я его тут немного поснимала, ну, до крастов! Смотри!

Я захихикала: для того, чтобы Мия научилась открывать книги в программке-читалке, ей потребовалась пошаговая инструкция, но стоило появится настоящей цели, как простенькую камеру бука она освоила самостоятельно. Правда вот качество снимков… На большинстве из них Брендон был маленькой невнятной фигуркой в углу и так не слишком большого экрана.

— Боялась, что он заметит, поэтому вблизи почти не снимала, — оправдывалась Мия.

Впрочем, три кадра были достойны пристального внимания. На одном из них лицо Брендона, снятое крупным планом было беззащитным и растерянным.

— Как это ты его подловила, да еще так близко? — удивилась я

— Да это он сам как-то подошел, у меня рука и дернулась, кнопку нажала.

— Ой, Мий… так это он на тебя так смотрит!

— Ты правда так думаешь? — Мия стремительно покраснела и сосредоточилась на экране.

— А давай вечером за ним понаблюдаем? — я так обрадовалась предстоящему развлечению, что слишком активно зашевелилась и тут же зашипела от боли в плече. — Вернее я понаблюдаю, а ты будешь вести себя как ни в чем не бывало.

Мия задумалась, перелистнула еще несколько снимков и остановилась на следующем удачном кадре, который вызвал живейший интерес и у меня: Брендон стоял возле Сая, склонившего голову к одной из невест. Оба воина при этом улыбались.

— Это кто? — неожиданно для себя выпалила я.

— Это? — Мия задумалась, — А, это Хлоя. Ей Мист нравится.

— Только ей? — ехидно уточнила я

— Мист многим нравится, — примирительно отозвалась Мия, потом вскинула голову, — что, и тебе?

— Да ты что? — ужаснулась я, — Нет, Мист, конечно, славный парень… но не в этом смысле. Так что эта Хло от командира хотела, если ей Мист нравится?

— Как что? Узнать — правда ли, что они с командиром братья.

Мия снова уткнулась в экранчик, перебрала еще несколько снимков, выведя на экран кадр, на котором задумчивый Брендон пропустил между пальцев выбившуюся из хвоста длинную черную прядь.

Я осторожно поерзала в кресле, устраиваясь поудобней, снова зашипела от боли, и решила намазать плечо обезболивающим немедленно. Мия отвлеклась от своего увлекательного занятия, и вызвалась мне помочь. Помня о возможной побочке, плечо я намазала сама, доверив Мие помощь с одеждой.

— А тебе совсем-совсем никто не нравится? — искренне переживала Мия, помогая мне застегивать пуговицы.

— Нравится, — созналась я, не совсем понимая, чего мне больше хочется: поделиться своими переживаниями, или, наоборот, всячески их скрывать.

— Может подаришь бусы-то? Раз нравится…

— Да не нужны ему мои бусины. И я ему не нужна, все время только все порчу, — я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Это он сам так сказал? — ахнула Мия.

— Это и так видно, — я решительно поставила точку в своих откровениях. — Если я это еще и услышу — будет слишком больно.

— Трусишь? — в голосе Мии послышалось удивление

— Трушу, — согласилась я, и прикрыла глаза. — Я посплю, ладно? Когда сплю — не болит.

— Я тогда пока почитаю, — покладисто ответила Мия, запуская на буке недочитанную книгу.

Заснуть не удалось — мысли крутились вокруг Сая. Терри сказал, что ему до Рубежа осталось шесть дней, включая сегодняшний. Чуть меньше недели — это так мало… А потом, если он не возьмет ничьих бус, что-то случится, и, судя по тому, как отреагировал Терри на мой вопрос, что-то неприятное. Но Сай не берет ничьих бусин, — и что это значит? Я окончательно запуталась и поняла, что если продолжу думать об этом, то обеспечу себе головную боль. Однако мысли упорно не хотели покидать мою многострадальную голову, и тогда я попыталась зайти с другой стороны. Пришлось признаться самой себе, что мне нравится Сай, даже чуть больше чем просто нравится, и мне не хотелось бы, чтобы с ним что-либо случилось. Я подумала, что могу отдать ему свои бусины: я же улечу при первой возможности, так что все эти традиции не слишком меня касаются, а Саю это могло бы облегчить жизнь. Но как нашить их ему на куртку, чтобы он не смог отказаться? И что делать, если он узнает, что бусины мои? О том, какой меня видит Сай, я старалась не думать. А то, как он смотрел на меня сегодня после нападения крастов, только подтверждало мои худшие опасения. Таким бешенным я его еще не видела, и злился он явно на мою выходку. Так что стать ещё хуже его мнение обо мне просто не сможет.