Алхимистика Кости Жихарева - Михаил Успенский

– Должно быть, вы хотите, юные сэры, чтобы я благословила пасхальный кулич? Надеетесь исцелить им вашего учителя? Но я же не архиепископ, и сегодня не Светлое Воскресенье! Хотя, говорят, Папа Римский нынче какой-то чудной…

И Нил Филимонов, будущий нобелевский лауреат, подбирая слова, постарался объяснить своенравной волшебнице, кто такой Колобок, каково его всемирно-историческое значение и что с ним произошло под сенью рокового камня. А для пущей убедительности показал малиновый кафтанчик с позолоченными пуговичками и даже с карманчиком для мобильничка.

Владычица Озера задумалась. Но, напомним, в Средние века люди спокойно относились к чудесам… Да и к тому, что странствующие рыцари, собравшись за своим Круглым столом, врали напропалую!

– Грустную историю рассказали вы мне, сэр Нил… Впервые слышу о големе, вылепленном из теста да ещё говорящем… Что ж, добрые юноши, я осмотрю вашего больного…

Костя передал ей Колобка с великим трепетом.

Нимуэ взяла каравай обеими руками, втянула тонкими ноздрями благоухание свежеиспечённого хлеба – и закрыла глаза.

Богатырь встревожился: вдруг эта странная девица вопьётся беленькими зубками в хрустящий бочок Виссариону Глобальному да и сметелит наставника за милую душу! Соблазн велик, поскольку в этой Британии пекут не хлеб, а сплошное недоразумение!

Но лицо Владычицы Озера стало серьёзным. Она положила каравай на ладонь левой руки, а правой ладонью стала делать круговые движения.

Друзья стояли не шевелясь.

Наконец Нимуэ сказала:

– Вы не солгали, достойнейший сэр Нил. Я чувствую следы мощной магии…

– Что-то вроде остаточной радиации или наведённого магнетизма, – сказал ботан, словно находился не на берегу озера из легенды, а на каком-нибудь симпозиуме среди таких же ботанов…

На личике волшебницы написалось недоумение, но она быстро совладала с собой и многозначительно изрекла:

– Можно сказать и так. Напрасно, добрые сэры, избрали вы для ночлега столь злосчастное место. Чары там клубятся, словно ядовитые пары в пещере Сивиллы. Великий Мерлин в своём хрустальном убежище не устаёт прибегать то к одному, то к другому заклинанию (а знает он их великое множество) в попытках пробудиться и выйти на волю!

– Так это работа Мерлина? – очень фальшиво удивился сэр Нил. – Видимо, только он и может снять собственное заклятье?

– Увы, не может, добрые сэры. Старик выжил из ума и стал опасен и для себя, и для окружающих. Самые дикие помыслы стали возникать в помрачённой неумолимым временем голове. Он даже начал ухаживать за мной, бедный чародей! Вот и пришлось поместить больного в спокойное тихое место, где он, окружённый теплом и заботой, проводит в сладком полусне свою счастливую старость. Я же присматриваю за этой последней обителью мудреца, чтобы никто, вроде скорбного умом сэра Бадемагуса, не осмелился потревожить его покой…

– Выходит, ничего нельзя сделать? – простонал Костя, хотя горестная судьба Мерлина была ему глубоко пофиг.

– Увы, мощный сэр Константин. Вернуть этому удивительному существу прежние качества и достоинства может один лишь его создатель…

Богатырь скрипнул зубами:

– Всё равно я Колобка сто пудов не брошу! Обойду всю вашу выдуманную землю, найду волшебника старше и опытней…

– Ах, я для вас чересчур молода?

На мгновение вместо прекрасной Владычицы Озера возникла скрюченная старая ведьма в лохмотьях и с горящими глазами. Но только на мгновение. То ли Нимуэ хотела напугать юных рыцарей, то ли показала свою истинную сущность, они так и не узнали.

– Что вы, добрая леди, мы доверяем вашему диагнозу… – пролепетал Джульверн.

Вечно этот Жихарев обостряет ситуацию!

К счастью, чародейка сменила гнев на милость.

– Впрочем, я не сержусь. Такая верность наставнику делает вам честь, и я желаю вам удачи в ваших поисках. Но не назовёте ли вы мне причину, по которой хлебный голем привёл вас в эти края? Разумеется, если эта причина не связана с репутацией благородной дамы…

– Не связана, – сказал ботан. – Ростовщики отбирают у сэра Константина за долги родовой замок. Со всеми пристройками.

– И только-то? – всплеснула руками Нимуэ. – Так почему же прекрасный сэр до сих пор не расправился с негодяями? Требовать долги с рыцаря – какая низость! До какой степени падения могут дойти люди! Но… Нет заимодавца – нет и долга, не так ли?

Костя пробурчал, что не собирается топтать зону из-за всяких козлов, а Джульверн пояснил:

– У нас иные правила, милая леди. На заёмные деньги наложено особое заклятие, и если зарубить одного гада, то право взыскать долг сразу же переходит к другому гаду. И так до бесконечности…

– Почему же вы сразу мне об этом не сказали? А, понимаю. Вы не хотели омрачать нашу высокую беседу столь низменными материями… Ну, уж этакой-то беде нетрудно помочь…

С этими словами Нимуэ извлекла прямо из воздуха солидный кошель, тяжёлый даже с виду.

– А теперь, прекрасные сэры, вы сможете все свои усилия употребить на поиски того, кто вернёт вашему наставнику прежнее обличье…

– Леди Нимуэ, ваша щедрость не знает границ! – проникновенно сказал Джульверн, и даже ладони сложил молитвенно. – Но… Верно ли мы слышали, я и собрат мой Константин, что золото, полученное чародейным путём, непременно обращается в черепки или сухие листья?

– Увы! – сказала леди Нимуэ. – Правда, моё золото превратится не в черепки, а в отблески лунного света на тёмной воде, но кто же неволит вас дожидаться этого печального момента? Расплатились – и ходу!

– Но это ведь как-то не по-рыцарски… – неуверенно сказал Филимонов.

– Кто же обращается по-рыцарски с ростовщиками? – удивилась Владычица Озера. – Но, коль скоро щепетильный сэр Константин не хочет осквернять вручённый ему меч презренной кровью заимодавцев…

– Так это теперь… Это мне? – ахнул Костя.

– Конечно, мой юный герой. Не потащу же я его обратно в озеро – это против правил, – сказала леди Нимуэ. – Доброго вам пути и славных подвигов на этом пути! Мне же настала пора проведать мою заклятую подругу Моргану…

– А меч не превратится в какую-нибудь кривую ветку? – спросил предусмотрительный ботан.

– Меч настоящий, проверенный, – сказала Владычица Озера. – Кроме того, такое оружие вручается рыцарю впервые. Это так называемый Меч Спецназначения…

И зловеще хохотнула.

Костя не обратил на это внимания, а Филимонов очень даже обратил. Нобелевскую премию и в далёком будущем не вручат кому попало!

Нимуэ повернулась к озеру, взмахнула рукавами – и полетела над водой в сторону другого берега. При этом едва не столкнулась с возвращавшимся Кузьмой-Демьяном, но как-то обошлось.