Буря ведьмы - Джеймс Клеменс

Существо пискнуло и уперлось всеми восемью конечностями в рыхлую почву. Глаза на стебельках обратились к воину, и чудовище заковыляло к пленнику.

Станди осознавал, что за тварь приближается, но вовсе не страх завладел его чувствами. Нельзя было вот так бросать Вира'ни, он не меньше других повинен в ее страданиях. Эр'рил зажмурился и прижался затылком к столбу, не обращая внимания на чудовище, которое, точно охотничий пес, шумно обнюхивало его сапог.

И кто обошелся с Вира'ни более жестоко — Темный Властелин или он сам? Эр'рил боялся признаться себе, что знает ответ.

Элена сидела на берегу распухшей от талого снега речушки, съежившись и сжимая в руках топор. Журчание заглушало все звуки, и она ужасно нервничала, а когда какая-нибудь лягушка вдруг подавала голос, и вовсе подскакивала на месте.

Трясло не только от холода. Девушка с такой силой стиснула зубы, что заболели челюсти. Где же Фардейл? Он оставил ее здесь, у самого ручья, в невысоких зарослях боярышника, а сам отправился на разведку. И, даже делая скидку на страх, заставлявший думать, будто время бежит быстрее, она понимала, что волка нет слишком долго. Неужели с ним что-то случилось?

Элена приподнялась на коленях и выглянула между ветвями. Пламя костров разгоняло мрак за холмом. Казалось, она осталась совсем одна в этом поле.

Напряженно вслушиваясь, девушка время от времени улавливала обрывки разговора со стороны палаток, но, возможно, то была лишь игра воображения. Элена снова спряталась и села, обхватив колени руками. О каждой минутой крепла уверенность в неминуемом поражении. Как она может рассчитывать на успех? Ее друзья гораздо сильнее и опытнее, однако они в плену. Девушка судорожно пыталась придумать что-то дельное, но ничего не получалось.

Когда сердце до краев наполнилось отчаянием и страхом, трава за спиной зашуршала. Элена резко обернулась: вдоль берега плыла черная тень с горящими янтарными глазами. Из груди вырвался вздох облегчения.

Волк бесшумно скользнул к ней, и в его зубах что-то блеснуло. Он бросил свою ношу на землю и молча отошел напиться.

Элена озадаченно разглядывала грязный предмет. Зачем волк его принес? Напомнив себе, что за звериным обличьем Фардейла скрывается острый ум, она склонилась к земле, и вдруг ее осенило. Девушка вскочила на ноги. Ну конечно же! Элена затаила дыхание, прогоняя последние сомнения, и покрепче схватила рукоять топора — похоже, надежда наконец перевесила отчаяние.

Подошел си'лура, во взгляде читалась готовность к действиям. Опустившись на одно колено, Элена крепко обняла его свободной рукой.

— Спасибо, Фардейл, — прошептала она.

Он лизнул ее в щеку, принимая благодарность, высвободился и внимательно посмотрел на нее сияющими глазами — в голове пронеслось:

«На отставшего от стаи волка нападает затаившийся медведь».

Элена понимающе кивнула: нужно спешить. Словно в награду за решимость, Фардейл задержал на ней внимательный взгляд и только затем пошел вдоль берега к лагерю. Поспешно подняв с земли сверкающий предмет, девушка последовала за ним.

Ни'лан видела, как паук расправляет четыре крыла, каждое размером с руку. В свете костров по их поверхности метались черные маслянистые отсветы. Он оставил Эр'рила в покое и жалобно застонал от голода. Нифай чувствовала, что существо — некое подобие куколки, оно совсем недавно появилось на свет и истинную форму обретет, только насытившись.

Ни'лан попыталась отыскать слабое место в сковывавших ее веревках, но они были прочны и завязаны на совесть. Даже покрасневший от усилий Крал не мог с ними справиться. Мерик и Могвид, видимо, смирились и не пытались сражаться с путами. Элв'ин стоял, гордо выпрямившись, его голубые глаза потускнели; Могвид съежился от страха.

Маленькая женщина оставила затею с веревками, понимая, что сила здесь не поможет. Но она не хотела сдаваться, только не сейчас. Возможно, умом и хитростью… И тут она поняла, что опоздала.

Существо сидело неподвижно, но вдруг забило крыльями и, скребя по земле конечностями, бросилось на Эр'рила. Тот резко вдохнул, когда паук вцепился в грудь. Восемь ног обхватили тело, когти вонзились в дерево столба. Задыхаясь, воин покраснел, и впервые с момента их первой встречи в Уинтерфелле Ни'лан увидела в его глазах страх.

Демоница по имени Вира'ни захихикала, ее губы искривились в жестокой усмешке.

— Поцелуй его, мой миленький! — подбадривала она мерзкую тварь.

Нужно действовать немедля.

— Хватит! Останови свое чудище! — крикнула Ни'лан.

Вира'ни перевела на нее злобный взгляд.

— Темный Властелин не одобрит смерти Эр'рила, — поспешила сказать нифай, чувствуя, как решимость оставляет ее.

Демоница шагнула к пленнице.

— С чего бы это? Может, ты лучше меня знаешь, чем порадовать моего господина?

Краем глаза Ни'лан видела, что паук опустил двойную челюсть к горлу Эр'рила, но выдержала взгляд Вира'ни.

— Я знаю только, что Черное Сердце ищет ведьму. Больше всего на свете он желает ее заполучить.

Казалось, эти слова сумели преодолеть барьер безумия, и хищная улыбка исчезла с бледного лица.

— Только Эр'рилу известно, где она, — солгала нифай. — Если убьешь его, никогда не узнаешь, где он ее спрятал.

Вира'ни тихонько свистнула пауку, и страшные челюсти послушно замерли на расстоянии пальца от кожи воина. Жажда мести в глазах Вира'ни сменилась сомнением и беспокойством. Она вдруг съежилась и отступила на шаг.

— Ведьма… Да, ведьма.

Рука Вира'ни, точно заплутавший котенок, метнулась к волосам, принялась играть с черными прядями.

— Нужно поймать ведьму для моего господина. Я не могу его подвести. — Она снова взглянула на станди. — Отложим наши забавы на потом.

Ни'лан выдохнула. Добрая Матушка, у нее получилось!

Она видела, как Вира'ни подошла к чудовищу и нежно поскребла ногтем его крыло.

— Ну-ну, слезай оттуда. Не будем трогать Эр'рила… Какое-то время.

Нифай с облегчением наблюдала, как паук по очереди вытаскивает конечности из дерева и спускается на землю. Он сердито встряхнулся, и его пронзительный вопль — голос самого мрака, перед которым, казалось, померкло пламя костров — разбудил сокровенные страхи во всех живых существах. Ни'лан почувствовала, как у нее подгибаются колени.

К счастью, Вира'ни успокоила монстра, положив ладонь ему на спину.

— Тише, дорогой, не надо скандалить. Я знаю, что ты голоден. — Демоница указала на пленницу. — Иди покушай, малыш.

Глаза Ни'лан широко распахнулись от ужаса, когда, размахивая крыльями и перебирая конечностями, чудовище помчалось к ней.