Сияющие руины - Вик Джеймс

Сильюн взял канделябр, от легкого движения его руки в воздухе появилось пять горящих свечей.

Когда они переступили порог поместья, практически вся мебель была закрыта чехлами от пыли. В свою бытность Рикс предпочитал жить в небольших комнатах, в еще большей степени он любил пользоваться гостеприимством своих знакомых. В каждом углу стояли рыцарские доспехи, как жертвы похищения, аккуратно упакованные в мешки, перевязанные веревками. На двух стенах висели огромные полотна, каждое прикрытое покрывалом. Сильюн заглянул под одно из них:

– Посмотри на это.

Он снял покрывало, живописное полотно XIX века изображало фантастическое строительство Стонхенджа. В книге, которую Сильюн только что отложил в сторону, сообщалось, что художник, чья подпись отчетливо виднелась в углу картины, был младшим братом двадцать второго лорда Фар-Карра.

Своими яркими мазками он изобразил строителя в одеянии друида, который силой Дара поднимал в воздух огромные менгиры и укладывал их в знаменитый на весь мир круг.

Люк наклонил голову, чтобы повнимательнее осмотреть картину.

– Я не видел, как ты восстанавливал крыло Кайнестона после того, как твоя тетя его разрушила, – проговорил Люк. – Но мне рассказывали, что́ ты делал. Должно быть, это выглядело вот так же.

О, такое сравнение не приходило Сильюну в голову. Он был польщен.

– Как бы ты назвал то, что изображено на картине, – историческая правда или миф? – спросил он.

– Ну, у нас нет достоверных сведений. Мы лишь знаем, что Стонхендж был построен, но каким способом – неизвестно.

– Действительно. А что об этом скажешь?

Он подвел Люка к противоположной стене и показал второй холст. Это был наполненный светом пейзаж, по сравнению с предыдущей картиной он был странным образом лишен конкретных деталей.

Был изображен рассвет на берегу моря. Обширные заросли тростника и редкие деревья с корой, тронутой серебристым свечением. Художник выбрал палитру размытых цветов: бледно-коричневые стебли, бледно-голубое небо, бледно-серая вода. Но мир в картине сиял, словно сквозь старую ткань светило невидимое солнце.

И только когда Сильюн переместил канделябр, стала видна фигура, и Люк ахнул.

Король стоял на берегу моря в красном одеянии, изодранном и тонком, как тень, его рука лежала на шее оленя, застывшего рядом с ним. Рога оленя и корона из веток на голове короля делали их силуэты на сверкающей воде узорчатыми. Человек как будто тихо разговаривал со своим спутником или, возможно, с окружавшим их пространством.

Казалось, в любое мгновение тонкая небесная лазурь может порваться и они пройдут сквозь нее.

– Это он! – выдохнул Люк. – Но я никогда не видел эту картину, поэтому я не мог себе представить…

Собака наклонился к раме в поисках таблички с названием картины.

– Названия нет! – прорычал он.

– Закрыто позолотой. Но если присмотреться, можно разглядеть буквы. Полотно называется «Прощание с королем».

– Пейзаж напоминает морской берег у Фар-Карра, но короля мы видели на Эйлеан-Дхочайсе, – сказал Люк. – Кто он?

– Он был единственным монархом в этой стране, который обладал Даром.

– Я не думал, что такой вообще когда-либо существовал.

– Существовал, – ответил Сильюн. – Теперь ты понимаешь, почему я снова хочу его найти. Если, конечно, ты согласен пуститься со мной на эти поиски.

Люк прислонился к длинному столу, протянувшемуся через весь зал, и внимательно рассматривал картину.

– Но почему он имеет для тебя такое значение? Ты сказал, что есть нечто более важное, чем безопасность моей семьи и друзей, и убийств, которые совершаются по воле твоего отца, и всего того, что происходит в мире.

Горло у Сильюна перехватило, когда он поставил канделябр на стол. Он всегда проводил свои исследования один в библиотеке или в лесу. Обретение знаний проходило в уединении.

И вот теперь…

– Есть два вопроса, на которые я хотел бы получить ответ, – произнес наконец Сильюн. – Что есть источник Дара? И почему Равные не правили изначально, а существовал период королей и королев, лишенных Дара? Я полагаю, что оба эти вопроса ведут к королю-чудотворцу, так его называют в наших сказках. Его следы разбросаны повсюду. Я показал твоей сестре кресло канцлера в Кайнестоне, на нем сохранилась резьба, которая, как мне кажется, является фрагментом жизнеописаний короля-чудотворца. Мы с моей тетей Эвтерпой любили читать друг дугу «Сказания о короле» – прекрасный средневековый стихотворный цикл о его деяниях. В сгоревшей библиотеке в Орпен Моуте была копия, подлинник мне так и не удалось найти. Возникает вопрос, – продолжал Сильюн, – почему о нем так мало сведений? Раньше я думал, его вычеркнули из истории по той причине, что мы никак не можем забыть всех королей и королев былой эпохи. Да, мы читаем перед сном сказки, где насмехаются и глумятся над монархами, как, например, над несчастной статуей последнего короля, у которой вместо лица выдолбленная дыра. Тем не менее каждый школьник может перечислить всех королей и королев. – Сильюн заметил, как Люк скептически усмехнулся, и поправился: – Каждый прилежный ученик. Но кто знает короля-чудотворца? Все, что мы имеем, – это вот такие фрагменты, как эта картина, поэма или резьба на кресле канцлера.

Люк внимательно слушал. Он тяжело сглотнул, Сильюн понял, что у него перехватило горло.

– И ты думаешь, что сможешь найти ответы в моей голове? – спросил Люк.

– Но именно в твоей голове мы его и видели. Там мы с ним познакомились. Более того, ты разговаривал с ним.

Сильюн запомнил все детали той встречи. Люк спрашивал короля, умер ли он и чудится ли ему его присутствие. И король подтвердил, что Люк жив и он не причуды его воображения. Люк спросил, где они, и король ответил – здесь. Светящийся контур двери, в которую Люк вошел и увидел себя сидящим в кресле в замке Крована. И загадочные слова короля: «Видишь, как близко мы друг от друга». И приглашение короля: «Заходи».

Это было самое потрясающее переживание в жизни Сильюна. И с тех пор он мечтал о новой встрече с королем.

Судя по выражению лица Люка, он погрузился в размышления. Сильюн был уверен, что у него рождается какая-то идея.

Действительно, в голове у Люка созрел план.

– Если я соглашусь на эксперимент, то ты в свою очередь тоже должен кое-что сделать для меня. Мне нужно вернуться в замок Крована, чтобы убедиться, что с моей подругой все в порядке. Тебе тоже может быть интересно с ней познакомиться. Поэтому, как только ты закончишь путешествовать в лабиринтах моего мозга, я хочу, чтобы ты сразу позвонил своей семье и выяснил, где сейчас находится Крован. Если он в Лондоне, то мы немедленно отправляемся в Шотландию.

– Люк, тебе не терпится познакомить меня со своей подругой? Восхитительно! – усмехнулся Сильюн, заметив, как сильно Люк покраснел. – Договорились.