Самая красивая - Гейл Карсон Ливайн

Я одинока, как вырванный зуб,

Одинока, как нежеланная правда,

Как рыбка, отставшая от косяка,

Гений в толпе дураков.

Потом я написала письмо родителям, рассказала, какое несчастье приключилось с королем. Среди прочего я сообщила:

Вы не поверите еще одной новости. Королева сделала меня своей фрейлиной. Не могу объяснить…

Иначе угожу в тюрьму.

…но это правда. Мне полагается жалованье и земля, в общем, скоро я стану леди.

Я описала им подробности, стараясь придерживаться веселого тона и надеясь, что они не заподозрят ничего дурного. А в конце попросила их поцеловать Имилли, виновницу моей удачи.

Хотя мне хотелось рассказать им об Айори, рассказывать, по сути, было нечего. Ну красивый, даже очаровательный, добросердечный. А еще любит своего пса и не доверяет мне.

Одеваясь к выходу, я перебирала оставшиеся наряды дамы Этель, все как один безвкусно украшенные, все как один отвратительные. То платье, что я выбрала, было кирпичного цвета с фиолетовыми, зелеными и голубыми вставками.

И почему только дама Этель не предпочитает какой-то один цвет?

Выйдя из комнаты, я отправилась к герцогине, чтобы помочь ей собраться в дорогу. Она встретила меня на удивление сердечно и пообещала доставить письмо. Она даже разрешила пользоваться платьями дамы Этель столько, сколько понадобится. И если подумать хорошенько, то это, возможно, было вовсе не проявление сердечности, а, наоборот, наказание!

С большим трудом закрыв набитые до предела сундуки герцогини, я пожелала ей счастливого пути. Она была последней ниточкой, связывающей меня с домом, а скоро я и этого лишусь. Пусть она отличалась несговорчивостью и скверным нравом, но не желала никому зла, и мне будет ее не хватать.

В Банкетном зале я попросила у горничной поднос, чтобы отнести королеве.

Гадая, какой меня ожидает прием, я постучала в дверь королевских покоев. Ответа не последовало. Я снова постучала — и снова не получила ответа.

— Леди Эза!

По коридору ко мне спешила Иви в развевающемся за спиной халате. Сквозь окна струилось солнце, окутывая королеву своим светом. Она показалась мне небесным созданием.

— Я была в палате больного, с моим Оскаро.

Иви вспорхнула на кровать и улеглась, глядя на меня снизу вверх.

Я засомневалась, правду ли она говорит.

— Как себя чувствует король?

— Он провел спокойную ночь.

Она села и приняла поднос с завтраком, устроив его на коленях.

Я отдала поднос и налила в королевскую кружку остумо из серебряного самовара, обернутого льняной салфеткой. Потом оглядела комнату в поисках Скулни. А вот и оно, на туалетном столике, лежит себе преспокойно. Я подошла к столику под предлогом навести порядок среди хаотично расставленных баночек и флакончиков. И увидела лишь свое обычное отражение.

Возле очага валялись осколки фарфора. Пришлось их подмести.

— Благодарю вас, леди Эза. — Королева облизнула губы. — Вчера вечером случайно кое-что разбила. Я такая неловкая. Спасибо за завтрак и за мой голос на вчерашней спевке. — Она улыбнулась мне. — Я прошу у вас прощения. Вы подарили мне несравненный голос, а я в ответ обвинила вас в своей неудаче. Это непростительно. И все же я надеюсь на ваше великодушие. — Она умолкла в ожидании ответа.

— Мне не за что вас прощать. — Я не сумела скрыть злости в голосе, поэтому заставила себя улыбнуться.

Королева отставила чашку.

— Дорогая моя, вы уже побывали у портного?

— Ч-что? Э-э, прошу прощения, ваше величество.

Она рассмеялась:

— Моей фрейлине понадобится новый гардероб.

У меня даже мысли не возникло о новом гардеробе. Новые платья — это было бы божественно, если бы только не пришлось расплачиваться моей честностью.

Иви загорелась этой идеей:

— Мы можем вместе отправиться к портному. Эза, это будет так весело! Я знаток моды. У меня безупречный вкус.

Я не хотела идти вместе с королевой к портному и тем более не желала, чтобы меня там измеряли в ее присутствии.

Она убрала поднос с колен и вскочила с кровати.

— Вот бы нам устроить бал, как в Киррии. Вы бы надели новое платье, и я тоже.

И королева закружилась в танце с невидимым партнером — раз-два-три, раз-два-три. Она наклонила голову и кокетливо улыбалась, а потом вдруг остановилась.

— Я собиралась попросить Оскаро закатить бал. А теперь нельзя. Я скучаю по нему, Эза. Я скучаю по моему господину. — Она подошла к окну и выглянула наружу.

Я поправила покрывало.

— Эза… как по-вашему, принц похож на короля? В нем можно угадать особу королевской крови?

— Я… я не знаю.

В висках у меня застучало.

Королева по-прежнему смотрела в окно.

— Только вот уши. Такие смешные. Найти бы фею, чтобы она их уменьшила. — Королева расхохоталась. — Зато у него волос больше, чем у Оскаро, и мои подданные знают его, и он уже принц.

Она выбирала себе второго мужа, преемника короля!

Королева обернулась.

— У вас глаза стали как плошки, Эза. Больше, чем кто-либо, я надеюсь, что мой господин выживет. Он любит меня, поэтому я, конечно же, хочу, чтобы он жил. Но у меня есть советник, который тоже меня любит, и этот советник говорит, что, если король не выживет, я должна снова выйти замуж ради блага Айорты.

Интересно, кто этот советник?

Иви захихикала:

— А ради моего собственного блага я бы предпочла, чтобы у моего мужа были красивые уши.

Мои собственные уши горели огнем, хоть свечки зажигай.

По пути в Большой зал нам попалась горничная Изоли с подносом в руках. Та самая девушка, с которой я столкнулась на кухне. Когда мы отошли достаточно далеко, Иви сказала:

— Хорошенькая девчушка, правда?

Я согласилась с королевой. Мне бы половину ее красоты.

— Обратили внимание на ее цвет лица? Он такой же прелестный, как у меня?

— Не знаю, ваше величество.

— Вот как? Вы считаете, что ее цвет лица сравним с моим? — В ее голосе прозвучала угроза.

Я начала беспокоиться за Изоли. Иви выпускала коготки без всякого предупреждения. Действуя как раболепный льстец, я сказала:

— Ваш цвет лица ни с чем не сравним, ибо он идеален.

— Вы душка.

Мы пошли дальше по коридору. Жалость в моей душе смешалась со страхом. Да, Иви беспощадная особа, а еще она капризная и вздорная. Как она вообще выносит себя такую?