Империя смерти - Тимур Туров

Вестибюль, куда они попали, мог принадлежать крупному банку или иной богатой конторе: отполированный пол, мягкий, приглушенный свет; дюжина деревьев в кадках, образующая настоящий садик; и маленький водопадик, с журчанием рушащийся с метровой скалы.

Сдержанная, не бьющая в глаза роскошь.

Двери лифта разошлись бесшумно, открылись его зеркальные внутренности. Тяжесть ускорения навалилась на плечи, цифра «один» в крохотном окошечке превратилась в «два», а затем в «три», и гостей вывели в очень широкий светлый коридор.

Контраст с тем, что они видели внизу, оказался разительным, и Олег невольно хмыкнул.

Бледно-желтые стены коридора покрывала резьба – сплетающиеся стволы, ветви, листья. На зеркальном полу через равные промежутки стояли массивные тумбы из черного камня, и над каждой пылал лепесток синего огня. Запах цветов был столь силен, что наводил на мысли о том, что поблизости спрятана клумба.

– Прошу сюда, – сказал проводник, останавливаясь у участка стены, на первый взгляд ничем не отличавшегося от прочих.

Узкая бледная ладонь легла на развилку искусно вырезанного клена, и на желтой поверхности обозначилась черная щель. Превратилась в очертания двери, и та с шорохом провалилась внутрь.

Молодой Наблюдатель отступил в сторону и сделал приглашающий жест.

– Благодарю, – Аристарх Сергеевич первым шагнул в открывшуюся дверь, Олег двинулся следом.

Кабинет, куда они попали, был невелик и после коридора выглядел даже скучно – голые стены, жалюзи на единственном окне, стол в виде буквы «Т». В кресле позади ее верхней перекладины сидел Наблюдатель в темно-синем костюме, двое его сородичей, одетых в серое, расположились на стульях по бокам от нее.

Людям, похоже, предназначались еще два стула по разные стороны от ножки.

– Проходите, садитесь. Рад видеть, что вы… прибыли вовремя, – медленно проговорил «бесцветный» в синем, морща лоб, и Олег мгновенно ощутил в его словах ложь.

Что угодно испытывал этот тип, но никак не радость.

– И мы рады видеть, что нас встречают столь достойные персоны, – отозвался Аристарх Сергеевич и отодвинул один из стульев.

Судя по гостеприимно открытым аурам, все трое Наблюдателей и в самом деле являлись очень сильными магами. Притягивал взгляд тот, что в синем костюме – широкоплечий, с выступающими надбровными дугами над темными глазами и шишками на голом сером черепе.

Садясь, Олег обратил внимание на его лежащие на столе руки – тяжелые, мощные кисти с короткими толстыми пальцами.

– Недостойных нет… в нашем ордене, – опять же с легкой заминкой сказал обладатель синего костюма, и стало ясно, что это просто особенность речи. – Меня зовут Борис, и я взял на себя ответственность за… эту сделку и за то, что информация, переданная вам, достоверна на девяносто процентов.

Вот тут обладатель синего костюма не соврал – и насчет имени, и относительно собственного статуса.

– Почему на девяносто? – спросил Аристарх Сергеевич.

– С момента внесения последних… правок прошел год, – сказал Борис. – Поэтому вероятны не отмеченные нами… изменения. Их может и не быть, но мы… должны учитывать такую возможность.

– Хорошо, – кивнул отставной капитан. – И где же информация?

– Сейчас ее доставят. – Борис поднял руку и щелкнул пальцами.

Дверь в коридор открылась, и вошел молодой Наблюдатель с черной пластиковой папкой в руке. Отвесил поклон сородичам, затем гостям, положил папку на стол и удалился.

– Забирайте… – Борис протянул руку, осторожно погладил наклеенное на папке изображение желтого глаза. – Здесь все «черные», живущие в Нижнем и в области.

– Спасибо, – Аристарх Сергеевич взял папку, поднялся. – Да, кстати, а не догадываются ли уважаемые собеседники, что именно творится сейчас со слаш нашего города? Или, может быть, знают точно? И имеют сведения, как это остановить?

Наблюдатели в сером переглянулись, их бесстрастные лица дрогнули, в глазах появилось беспокойство. Борис кашлянул, выдержал паузу, а затем равнодушно проговорил:

– Нет.

И в этом единственном слове оказалось столько лжи, что ее хватило бы на целую речь кандидата в депутаты. Олег вздрогнул, стало мерзко, словно обнаружил кучу мусора в собственной квартире. Захотелось поскорее выбраться из пирамиды с ее цветочными ароматами и «бесцветными» хозяевами.

– Хорошо, мы будем иметь это в виду, – Аристарх Сергеевич улыбнулся, вежливо и холодно. – Всего хорошего.

Олег нашел силы только кивнуть.

– До встречи, – процедил в спины людям Борис, и это прозвучало как угроза.

В коридоре их встретил тот же молодой Наблюдатель, проводил до лифта, а затем вниз, через вестибюль к выходу и по дорожке до забора. Когда за спиной Олега с клацаньем закрылась калитка, он не сдержался, выругался, помянув ершову бабушку.

– Что такое? – спросил Аристарх Сергеевич.

– Они нам врали. Тот рукастый – точно… Насчет того, что не знают о слаш. Что-то тут нечисто.

– До сих пор ты ни разу не ошибался, – отставной капитан задумчиво почесал подбородок. – Твой дар чувствовать ложь работает, как швейцарские часы. Я склонен полагать, что и тут ты прав… Но в любом случае, мы не можем ничего проверить и ничего сделать. Ведь то, что Борис говорил насчет достоверности переданной нам информации, – он встряхнул папкой, – правда?

– Да, скорее всего.

– А большего нам на данный момент и не нужно. Давай выясним, где Степан, – и Аристарх Сергеевич полез за сотовым.

«Копейку» и ее блондинистого водителя они нашли в переулке рядом с фабрикой одежды «Весна». Увидев соратников, Степан выкинул в окно недокуренную сигарету и спросил:

– Ну, куда дальше?

– Сейчас разберемся, – ответил Аристарх Сергеевич, забираясь в машину. – Поглядим, что у нас и где.

Внутри папки обнаружились обычные листы писчей бумаги, на каждом сверху – герб ордена Желтого Ока и печатный штамп «Информация для внешнего пользования», снабженный залихватской подписью. Под «шапкой» располагались сведения о жителях Нижнего Новгорода и области, принадлежащих к черной сфере.

Всего о сорока семи гражданах.

Вроде бы немного – капля в море, но если представить, что все дружно сойдут с ума и начнут разбрасываться заклинаниями из арсенала некромантов, то мурашки побегут не только по коже, но и по внутренностям.

– Вот и наш приятель из Сормово, – проговорил Аристарх Сергеевич, взяв верхний листок. – Почти пятьсот лет, надо же… хотя данные недостоверны… но зато его магическую силу они оценили верно. Мы сегодня в этом убедились, – он улыбнулся, и улыбка вышла невеселой, – и едва остались живы.

Олег протянул руку и цапнул второй лист, пробежал глазами: Торсверн, отпрыск Храстена, дата рождения – конец восемнадцатого века; параметры тела Силы… объем, любимые заклинания; знаменательные события, в которых участвовал; ага, адрес… улица Шекспира… это где-то в нижней части, а где точно, и не вспомнить сразу, но в любом случае – далеко.