Проклятый. Hexed - Кевин Хирн

– Почему темно-синее?

– Я не знаю, просто этот цвет у меня ассоциируется с ней. Она не станет носить яркие, вызывающие цвета вроде бирюзы, ведь так?

– Ладно, продолжайте. Какие у нее туфли?

– Практичные. Но очень высокого качества, не дешевые теннисные тапки, сделанные бедными азиатскими девчонками на конвейере.

– А как насчет особого одеяния и головного убора, какие надевают в церковь?

– Думаю, нет. Это уже вышло из моды. Простая белая лента, чтобы волосы не попадали в глаза – ничего больше.

– Если она придет сюда, в Темпе, как вы считаете, чем она захочет заняться?

– Такая святая женщина? Скорее всего, она отправится на бульвар Апачей, чтобы помогать бездомным, шлюхам и наркоманам… слушай, как их называют на сленге?

– Торчки.

– Правильно. Да, она станет помогать торчкам с бульвара Апачей.

«А ты не замечал, что бульвар Апачей похож на Мос-Айсли?^[24] Ты вряд ли найдешь где-нибудь больше подлецов и отбросов общества»^[25].

Когда Оберон говорит такие вещи, мне приходится напрягать всю мою волю, чтобы не нырнуть во вселенную фанатиков «Звездных войн»; я решительно его проигнорировал, потому что мне следовало создать у вдовы надлежащее настроение.

– Замечательно, миссис Макдонаг. Она наверняка сделает очень много хорошего на бульваре Апачей. Более того, если она там окажется, то сможет благословить мое оружие, чтобы мне удалось прикончить демона ада.

– Да, верно, ей такое по силам. Разве это не божественно?

Мы с Обероном посмотрели на вдову и обнаружили едва заметную улыбку на ее лице, приятную, но загадочную.

«А она понимает, что у нее получилась игра слов?» – спросил Оберон.

«Не знаю, не уверен».

«Чувак. Она с нами шутит. Она уже в автобусе».

– Миссис Макдонаг, я хочу, чтобы вы сосредоточились или даже погрузились в медитацию – нет, мне нужно, чтобы вы помолились, сегодня, прямо сейчас, вложите в молитву всю свою веру в способность Марии к чудесному исцелению и другим добрым делам, которые она сможет свершить для наркоманов с бульвара Апачей. Постарайтесь представить ее как можно четче.

– И ты думаешь, что, если я так сделаю, Мария спустится с небес и пройдется по бульвару, исцеляя людей от наркомании и убеждая их больше не грешить?

– Вполне возможно. Тут все зависит от того, как она сегодня себя чувствует.

– Ну, конечно, она чувствует себя чудесно! – Вдова с укором посмотрела на меня. – Она ведь мать Бога, ради всего святого!

– Да, но Мария обладает свободой воли, не так ли? Она не может стать рабыней ваших молитв и сама решает, стоит ей появиться на бульваре, как вы ее просите, или нет. Разве молитвы произносятся не с таким смыслом?

– Ну, наверное. Но так думать… как-то странно. Все получается наоборот.

– Это лишь незначительное изменение причинно-следственной связи. Вера – основа всего. Ничто не работает без вашей веры. Никакая религия. Как язычник, присоединившийся совсем к другому пантеону, я никогда не сумею убедить Деву Марию здесь появиться.

– Но, Аттикус, как может моя жалкая молитва…

– Вера, миссис Макдонаг! Вера! Если вы хотите получить научное обоснование, я не могу вам его дать. Наука не в состоянии сомкнуть кулак разума на чуде сознания, как я не могу превратить мой клинок в световой меч.

«А было бы круто! Ты мог бы нарядиться в коричневые одеяния и обмениваться пресными диалогами со своим падаваном, Грануаль».

«Не сейчас, Оберон».

«Признайся. Ты слегка разочарован, что она называет тебя сенсей. Втайне ты мечтаешь, чтобы она обращалась к тебе Мастер».

«Боги Преисподней, отправляйся в дом и погоняй кошек!»

– Прошу прощения, – сказал я вдове, – вы не против, если Оберон войдет в дом ненадолго?

– Что? Нет, конечно, мой мальчик, вовсе нет. Это будет полезной гимнастикой для моих кисок. Они хорошие, собакобоязненные кошки.

«Мне нравится, когда они на меня шипят и у них изо рта выпадают комочки шерсти».

«Только ничего там не разбей».

«Если что-то разбивается, всегда виноваты кошки».

Я открыл для него входную дверь и сразу же услышал его радостный лай и мяуканье испуганных до ужаса кошек. Мы с вдовой немного посмеялись, потом я снова уселся с ней рядом, а она сделала очередной глоток виски.

– Так вы сможете помолиться об этом для меня? – спросил я, когда шум в доме немного стих.

– Дева Мария на бульваре Апачей? Конечно, могу, если это порадует твое сердце.

– Порадует, – сказал я. – И не забудьте упомянуть, что она может помочь мне убить демона, сбежавшего из ада. Молитесь изо всех сил, если такое возможно, и сосредоточьтесь на том, как она выглядит, и тогда это произойдет – то есть в течение ближайших двух часов. А я пока подстригу траву на вашей лужайке.

– Хороший мальчик, – сказала она с блаженной улыбкой, когда я встал и сбежал с крыльца, чтобы отыскать газонокосилку.

Я обнаружил ее в гараже и вытащил наружу, чтобы быстро проверить, как она работает. Вдова закрыла глаза и принялась тихонько раскачиваться в кресле.

Я не знал, сработает ли моя идея, но надежда оставалась. Мария была склонна чаще посещать землю, чем остальные христианские святые и ангелы. Я встречался с ней около дюжины раз, и всегда в результате молитв о заступничестве, которые кто-то возносил от имени группы людей.

Если ничего не получится, я не стану переживать; просто отнесу стрелы в католическую церковь и попрошу священника их благословить. Сильная христианская вера всегда помогает против демонов, но личное благословение Марии будет большой удачей, если стрелы ее удостоятся.

Закончив подстригать лужайку, я поставил газонокосилку на место и вернулся к вдове. Она на мгновение открыла глаза, и я увидел, что они полны слез.

– О, Аттикус, я очень надеюсь, что она меня услышала и спустится к нам, как ты говорил. Я знаю, что она присматривает за моим Шоном, да упокоится он с миром. – Она перекрестилась при упоминании умершего мужа. – Не думаю, что он будет против, если Дева Мария немного отвлечется, чтобы помочь заблудшим душам, у которых наступили плохие времена. Это стало бы могущественным благословением, я уверена. И неважно, придет она или нет, мое сердце радуется, когда я думаю, что такое возможно и для несчастных еще есть надежда найти бога и доброту ее улыбки. Спасибо тебе за то, что надоумил меня ей помолиться.

Я взял маленькую, покрытую пятнышками руку вдовы и быстро ее пожал. Мы немного посидели рядом, глядя на клубящиеся на востоке грозовые тучи, пока не пришло время моей встречи с Койотом.