Проклятый. Hexed - Кевин Хирн

Сейчас она говорила не на английском – то был язык дипломатии.

– Я ничего не имею против мира и процветания, – заметил я.

Ведьмовская кладовая Малины по контрасту с убранством гостиной была выкрашена в бледный болотно-зеленый цвет, вдоль стен шли полки из кедра, на которых стояли ряды стеклянных бутылок. Я попытался найти хотя бы одну с чем-то ужасным – человеческим мозгом, губами оленя или яйцами выдры, – но увидел лишь лекарственные растения, мази, приворотные зелья и диковинную коллекцию когтей крупных кошек. У нее имелись когти тигров, снежных леопардов, львов, черных ягуаров, а также гепардов, кугуаров и рысей. Еще я обратил внимание на клювы хищных птиц, но в остальном припасы Малины имели растительное происхождение.

В центре помещения находился деревянный рабочий стол, купленный в «Икее» в отделе кухонь. На нем стояли обязательные пестик и ступка, ножи для резки и чистки и электроплитка, включенная в сеть при помощи удлинителя. Я был слегка разочарован, когда увидел на плитке обычную кастрюлю, а не черный железный котелок – и мое разочарование только усилилось, когда в кастрюле не оказалось несчастной рептилии. Напротив рабочего стола висела небольшая копия картины из гостиной: три Зори смотрели со стены, дожидаясь момента, когда можно будет благословить работу Малины.

– А кто снабжает тебя лекарственными травами? – спросил я. – Возможно, я смогу помочь, если у тебя возникнут проблемы с чем-то особенно качественным и свежим.

– Мы почти все получаем от знатока трав в Чандлере, – сказала Малина, – хотя я не сомневаюсь, что вскоре нам потребуется больше золототысячника, если мы хотим окончательно разобраться с hexen. У тебя есть запасы?

Золототысячник – это одно из названий тысячелистника. Ведьмы используют его для ворожбы, однако он является составной частью многих заклинаний защиты и нападения. Со своей стороны я много его использую для создания лекарств, в том числе нескольких оригинальных чаев – иммунный чай при простудах и гриппе, чай-фасили для улучшения пищеварения при желудочно-кишечных болезнях – и еще одной галлюциногенной смеси, которую я называю «Улучшенный чай-висибили». Последний я завариваю для художников, которые хотят видеть мир иначе, поскольку при определенных концентрациях тысячелистник способен менять восприятие цвета.

– Конечно, у меня полно этой травы, и я постоянно ее использую. Я выращиваю тысячелистник на своем заднем дворе, без удобрений, и он очень сильный. Сколько тебе нужно?

– Три фунта меня вполне устроит. – Малина кивнула. – Ты можешь кого-нибудь прислать с травой?

– Конечно. Утром прибудет курьер. Ты сможешь расплатиться с ним. Заодно я пришлю список других моих запасов и еще один список, в котором будут перечислены травы, которые я могу для тебя вырастить, если ты попросишь меня заранее.

– Отлично, пусть нас свяжет торговля.

Малина подошла к полке рядом с картиной с Зорями и посмотрела на бутылку без пробки и надписи – мне она показалась пустой. Слева от нее стояли флаконы с прядями волос и именами людей. Все они находились в полной власти Малины и, возможно, даже не подозревали об этом. Мне стало их жаль.

– Они должны быть здесь, – озадаченно проговорила Малина. – Последним наш этаж посетил офицер, который сообщил о смерти Вацлавы. – Она указала на флакон с надписью, стоявший рядом с пустым. Внутри лежала прядь светлых волос, на этикетке розовыми чернилами было выведено имя Кайла Гефферта. – Твои волосы должны быть в этой пустой бутылке, – сказала она и подняла глаза на кондиционер, откуда выходила слабая струя воздуха.

Очевидно, все волосы посетителей, входящих в коридор, подхватывает воздушный поток и через систему труб отправляет в пустые бутылочки, но ни в одной из них не оказалось моих рыжих волос.

– Что здесь происходит, во имя Утренней Зари? – Малина бросила на бутылочку мрачный взгляд, словно та могла ей ответить, а я с трудом сдержал улыбку.

Ха-ха. Мое заклинание оказалось сильнее, чем у нее. Бе-бе-бе, Малина. Тебе меня не поймать.