Две принцессы Бамарры - Гейл Карсон Ливайн

По моему лицу струились слезы. Что, если мы больше никогда не увидимся?

– На поиски лекарства.

– Ты оставишь дом ради меня? – В ее голосе послышались слезы. – Ах, Эдди!

Мы обнялись и несколько минут молчали. Наконец сестра прошептала с горечью:

– Госпожа Серая Смерть отняла у меня приключение и отдала тебе.

Я обняла ее крепче:

– Ей за многое предстоит ответить.

Следующие слова принадлежали прежней Мэрил:

– Мы заставим ее пожалеть об этом. – Сестра высвободилась и окинула меня взглядом. – Шансов у тебя больше, чем у отца. Ты полностью отдашься делу, и это тебе поможет. – Она немного подумала, и лицо ее прояснилось. – Можешь взять Бесстрашный. Он тоже тебе поможет. – Она пожала плечами. – По крайней мере, призраку я им угрожала. Хоть чуть-чуть попользовалась.

Я взяла меч с каминной полки и положила на пол у двери. Интересно, как он мне поможет? Фехтование для меня – темный лес.

– Откуда бы ты начала поиски лекарства?

Мэрил улыбнулась:

– Откуда угодно, ведь это было бы великое приключение. Но сначала я поискала бы фейри.

– Как?

– Я планировала изловить призрака и спросить у него, как их найти. Когда ты отбываешь? Завтра утром?

Я кивнула и отдала ей письмо для отца.

– А Белла что сказала?

– Белла не знает, и ты ей не говори.

– Надо ей сказать. Она никогда не простит тебя, если не скажешь. И никому ничего не сообщит. Белла тебе поможет. Мильтону тоже скажи.

Спорить не хотелось. Мы попрощались и снова обнялись. Я так бы и держала сестру в объятиях оставшиеся девятнадцать дней, но она сказала:

– Ступай, Эдди. Мне надо поспать – завтра снова в бой.

Уже подойдя к двери, я услышала:

– Ты самая храбрая сестра в Бамарре.

– Хотела бы я быть храброй. – Я вернулась и еще раз обняла ее. – Как ты.

Затем подхватила Бесстрашный и выбежала из комнаты.

У подножия лестницы в спальню Беллы я остановилась. Пришла пора думать самой, и мне показалось лучше и безопаснее не говорить Белле или Мильтону. Но меня мучило ощущение, что Мэрил слышит мои мысли.

У себя в комнате я уснула мгновенно и крепко.

Проснулась я перед рассветом. В качестве первого приключения мне предстояло выскользнуть из замка и незаметно пересечь подъемный мост. Я достала из шкафа самое простое из своих платьев. Оно было пышнее, чем хотелось, но должно было сгодиться.

Необходимые вещи я сложила в швейную корзинку. Смену белья уместила на дно, поверх него – карты, волшебный плащ и волшебную скатерть. Сверху придавила собственным потрепанным экземпляром «Друальта». Выбрала две золотые броши для обмена на деньги в случае нужды и приколола их к платью, чтобы не потерять, – из корзинки они бы точно выпали. Наконец я спрятала на дне корзинки первый из подарков Риса – деревянный шарик с прекрасной тканью. Не самая нужная в походе вещь, но мне не хватило духу его оставить.

Сборы отодвинули мысли о самом походе. Страхи тоже отступили. Даже вопрос о том, куда податься в первую очередь, не занимал меня. Я просто работала в такт ударам сердца.

Взгляд мой упал на Бесстрашный. Как же его…

Кто-то постучал в дверь. Я сунула корзинку в платяной шкаф, подбежала к двери и приоткрыла ее. Это был Мильтон.

– Мэрил! Ей хуже! – Я распахнула дверь, впуская эльфа.

Он покачал головой и вошел.

– Не хуже. Я не хотел вас пугать. – Он уселся на стул возле шкафа. – Я встал рано и заглянул к принцессе Мэрил. Она говорит, вы уходите…

– Ты кому-нибудь сказал?

– Белле.

– И она помчалась к советникам?

– Нет. Только сказала, что у нее для вас кое-что есть. И у меня тоже. Вот, дорогая. – Он протянул мне кожаный кошель.

Не успев открыть его, я уже почувствовала запах – чистый, как мята, сладкий и насыщенный, как сирень. Внутри лежали крохотные засушенные лиловые цветки. Я озадаченно повернулась к Мильтону.

Эльф улыбнулся:

– Это наша травка мойли. Мойли придаст вам сил. Положите цветочек в чай – и обретете силы идти дальше. Если нет чая, просто суньте в рот и пососите.

– Спасибо. Я…

Влетела Белла в ночной рубашке и чепце. Через руку у нее была перекинута одежда, а в другой она несла неуклюжего вида холщовый мешок. Гувернантка резко остановилась и неуверенно помялась, глядя то в потолок, то в пол – куда угодно, только не на меня. Затем она расплакалась.

– Я должна идти, – сказала я. – Должна.

Белла кивнула.

– Вот. Наденьте это. – Она протянула мне одежду.

В обычной жизни я бы ни за что не надела это платье из грубого ярко-зеленого муслина с канареечно-желтым передником. Наряд годился для бойкой служанки ниже меня ростом и фигуристее. Но в таком виде легче покинуть замок незамеченной.

– А вещи понесете в этом. – Белла подняла мешок.

Так лучше, чем с корзинкой: у той отсутствовала крышка.

– Вот еще полезная вещь. Только осторожнее с ними. – Белла полезла в мешок и извлекла пару поношенных черных сапог.

– Ой, они такие большие, – заметил Мильтон.

Сапоги были впору королевскому гвардейцу, тем более у меня на ногах уже красовались мои собственные сапожки для верховой езды, очень прочные.

– Это не простые сапоги, а семимильные. – Белла снова полезла в мешок. – А это к ним в придачу.

Я ничего не поняла.

– Что за семимильные сапоги? И зачем к ним подзорная труба?

– Это ваша матушка оставила вам с Мэрил. – Белла вытерла слезы и шмыгнула носом. – Она говорила, сапоги покрывают семь миль за один шаг. А зачем подзорная труба, не знаю.

– Почему ты их раньше нам не давала?

Белла покраснела:

– Они не годились для принцесс, а Мэрил обязательно бы ими воспользовалась. – Лицо ее сморщилось. – Теперь это уже не важно.

Мэрил бы сапоги понравились. Мы с Беллой обе удерживали Мэрил от исполнения ее заветнейших желаний.

– Спасибо. – Я засунула сапоги и подзорную трубу обратно в мешок и добавила свои вещи из корзинки.

Мэрил правильно сделала, что сказала Мильтону. Она снова выступила моей сестрой-защитницей.

Одной из брошек я приколола к нижней юбке кошель с мойли. Затем посмотрела на Бесстрашный, прислоненный к умывальнику.

Воин из меня никудышный, но это был подарок Мэрил. Меч тоже отправился в мешок – еле поместился, мне едва удалось затянуть шнурок на горловине. Хотелось надеяться, что ножны не пропорют ткань.