Изгнанники - Михаил Михеев

– Я не люблю эту гадость, лучше армянский.

– О, ну, значит, вы настоящего коньяка и не пробовали, раз считаете его гадостью… После перегона прошу к нам, на флагман – поить буду до изумления.

– Непременно воспользуюсь приглашением, сэр, а пока прошу пристегнуться – старт будет жестким…

Четыре часа спустя «Идзумо» вывели на орбиту Нового Амстердама и аккуратно пришвартовали к посадочному терминалу. На борт покалеченного корабля немедленно хлынула орда инженеров и техников, стремящихся оценить повреждения и возможность ремонта, а Соломин вернулся на свой флагман, договорившись с Ван Дер Клейном о времени пьянки. Слово капитан привык держать, к тому же на этих людей у него были собственные виды. И первым, кто встретил его на борту «Эскалибура», был, естественно, Петров, сияющий наглой рожей и искрящийся весельем.

– Ну что, бродяга, вернулся? И все еще живой? – радостно заухмылялся он вместо приветствия.

– Твоими молитвами. Ну, что скажешь?

– А что сказать? Все сработано чисто, с «Таймыра», как с корабля независимых, хе-хе, наблюдателей, зафиксирован факт атаки турецкой эскадры на мирный русский корабль. Ты, кстати, молодец, что не стрелял в ответ – получилось исключительно правдоподобно. Так что теперь никто и вякнуть не посмеет. Нападение на русский корабль с главой независимой планеты на борту, да еще и в территориальном пространстве этой самой планеты – это же ой-ой-ой!

– Сам знаю. Что будем требовать с турок? А то одних кораблей, думаю, будет мало.

– Ну, я подсчитаю размеры предполагаемой контрибуции. Надеюсь, ты позволишь Российской империи представлять интересы Нового Амстердама в столь щекотливом деле?

– Разумеется, позволю. А какой процент от прибыли империя возьмет за услуги своих адвокатов? Более пятидесяти не дам, сразу предупреждаю.

– Я хотел вести разговор о двадцати пяти, но ты сам сказал…

– Сказал, сказал, не отказываюсь. Но я рассчитываю, что империя пришлет действительно первоклассных юристов.

– Разумеется, первоклассных. Я так думаю, этим делом займется контр-адмирал Устинов – ты его должен помнить.

– Помню, конечно – он всегда стрелял прежде, чем думал. Наш адвокат так и командует эскадрой быстрого реагирования?

– Ну да. Думаю, любые его требования будут восприняты турками совершенно адекватно.

– Согласен. Единственно, передай ему, чтобы планеты на этот раз не взрывал – все-таки люди…

– Хорошо, – Петров рассмеялся, – я передам. Только имей в виду: последнее слово в таком деле – за непосредственным исполнителем.

– А то я не знаю. Ладно, есть еще что-нибудь интересное?

– Да нет… Разве что Андрей просил передать тебе спасибо.

– Да пожалуйста.

– Угу, передам.

– Ну что скажешь, прошли мои люди проверку боем?

– Да, вполне, штрафники себя вполне оправдали.

– Ну и замечательно. Жду следующую группу.

– Само собой. Ты лучше скажи мне, что собираешься делать со своим японским трофеем?

– Как что? Ремонтировать, конечно.

– Он в таком состоянии, что ремонт влетит тебе в копеечку. Подозреваю, проще и дешевле купить или построить новый корабль.

– Ничуть не сомневаюсь. Но ты же знаешь, русские своих не бросают, а этот корабль послужил нам честно и вполне достаточно, чтобы заняться им всерьез.

– Ладно, смотри сам. Ну что, обмоем наши новые приобретения? А то мне вечером отправляться.

– А давай!

Борт русского линкора «Белоруссия», две недели спустя.

– Ну, что я вам говорил, адмирал? Не подкачал наш пират. Сами видите, операция только началась, но уже полностью себя окупила и даже принесла империи прибыль. Согласитесь, это выгоднее, чем игры в ассимиляцию, которые так нравятся нашим социологам.

– Да уж, первый блин вышел очень приличным. Даже удивительно.

– А чему удивляться? Мы очень неплохо готовим своих офицеров, и Соломин это подтвердил. Я буду составлять доклад Его Величеству. Примете участие?

– Приму, конечно. Как-никак, я и сам во всем этом поучаствовал.

– Да уж… Кстати, я считаю, что можно было работать и аккуратнее, кипятить море было не самой лучшей идеей.

– Зато крайне эффективной. Согласитесь, эти потомки янычар моментально сообразили, что мы не шутим, и признали законность наших требований именно после этого. И сами подумайте, обошлось это всего в пять минут работы.

– Да, вынужден признать, что старые трюки по-прежнему эффективны, адмирал. Думаю, вы можете рассчитывать на повышение.

– А почему бы и нет? Здоровый карьеризм присутствует у всех у нас. Я ведь не спрашиваю, что вы с этого будете иметь?

– Я и не спорю, адмирал. Все мы стремимся вверх, и каждый из нас тянет за собой команду, на которую, случись нужда, стоит опереться. Кстати, о птичках, мне тут сорока на хвосте принесла, что вы недавно утверждали, будто Соломин давно перерос свои погоны?

– У вас хорошие осведомители…

– Работа такая, стараемся… Ладно, я это к чему. Он ведь у нас числится в запасе. Если я внесу предложение о присвоении ему следующего звания – поддержите?

– Вы знаете, я не люблю пиратов… Но я вас поддержу.

– Вот и договорились. А теперь давайте согласуем наши отчеты…