Обнаженная для тебя - Сильвия Дэй

Но по крайней мере, на работе все шло как надо. Ланч, который руководство устроило в честь заключения соглашения по «Кингсмен», искренне меня порадовал: мне нравилось работать в столь позитивной атмосфере. Правда, услышав, что Гидеона тоже пригласили — хотя на его появление никто реально не рассчитывал, — я тихонько вернулась за свой стол и сосредоточилась на текущих вопросах.

После работы я посетила спортзал, а затем зашла в магазин и купила все необходимое, чтобы приготовить феттучини «Альфредо» и крем-брюле на десерт: блюда, сулившие мне углеводную кому. Хотелось верить, что сон помешает моему мозгу терзаться вопросами типа «а что, если бы», по крайней мере до субботнего утра.

Ели мы с Кэри в гостиной, причем не вилками, а китайскими палочками: он придумал это, чтобы меня позабавить. По его словам, все удалось на славу, но я фыркнула, и он замолчал. Я уныло осознала, что друг из меня не высший класс.

— Когда начнется рекламная кампания «Грей айлз»? — нарушила я молчание, чтобы разрядить обстановку.

— Я не уверен, но… — ухмыльнулся он. — Знаешь, быть моделью мужского пола еще тот прикол: мы там болтаемся как дерьмо в проруби. Очень трудно выделиться из толпы, если не сумеешь обратить на себя внимание, например, какой-нибудь знаменитости. Но мне нежданно-негаданно перепала такая возможность благодаря нашим фото, которые появились в прессе. И пусть я там сбоку припеку, а в центре ваши отношения с Гидеоном Кроссом, все равно и на меня смотрят. Глядишь, спасибо тебе, и я стал лакомым кусочком.

— Брось, моя помощь тебе в этом вовсе не требовалась, — рассмеялась я.

— Да ладно, мне это только в кайф. Так или иначе, они пригласили меня еще на пару съемок. Думаю, в общей сложности они намерены наработать со мной материала больше чем на пять минут.

— Это надо отпраздновать, — поддразнила я.

— Само собой. Когда ты будешь готова?

После обеда мы решили посмотреть «Трон», но где-то на двадцатой минуте фильма у Кэри зазвонил смартфон. Похоже, звонили из агентства.

— Конечно. Буду через пятнадцать минут. Как только доберусь до места, позвоню.

— Работу предлагают? — спросила я, когда он отключился.

— Ага. Парень, который должен был участвовать в вечерней съемке, так нажрался, что лыка не вяжет. — Кэри посмотрел на меня. — Может, поедешь со мной?

— Не-а. Мне и здесь хорошо, — отозвалась я, вытянув ноги на диване.

— Уверена?

— Все, что мне нужно, — это отдохнуть и постараться ни о чем не думать. От одной мысли о необходимости одеваться мне уже плохо. — Я и вправду была бы рада проваляться все выходные во фланелевых пижамных штанах и дырявой майке. Мне казалось, будто приятное ничегонеделание поможет снять внутреннюю напряженность. — За меня не беспокойся. Да, меня тряхнуло, причем не слабо, но все уже в прошлом. Так что иди занимайся своими делами.

Кэри ушел, а я поставила фильм на паузу и отправилась на кухню за вином. Остановившись у барной стойки, я провела пальцами по букету роз, присланному накануне Гидеоном, и лепестки упали на стойку, как слезы. Я подумала, что надо подрезать стебли и насыпать порошок из пакетика, приложенного к букету, но потом решила, что это бессмысленно. Завтра я все равно выброшу букет — последнее напоминание о моих столь же обреченных отношениях.

Всего за неделю я зашла с Гидеоном дальше, чем за два с лишним года предыдущих связей. И я всегда буду его любить только за одно это.

А возможно, настанет день, когда любовь уже не будет так ранить.

* * *

— Просыпайся, соня, — пропел Кэри, стягивая с меня ватное одеяло.

— Да ну тебя. Отстань.

— Даю тебе пять минут на то, чтобы оторвать задницу от кровати и отправиться под душ, а не то душ явится к тебе.

Разлепив один глаз, я уставилась на него. Он был без рубашки, в мешковатых штанах. Тот еще будильник.

— С чего это вдруг я должна вставать?

— С того, что пока лежишь на спине, ты не стоишь на ногах.

— Вау! Какая глубокая мысль, Кэри Тейлор.

Он скрестил руки на груди и одарил меня игривым взглядом:

— Нам нужно пройтись по магазинам.

Я зарылась лицом в подушку:

— Нет.

— Да. Если мне не изменяет память, ты что-то говорила о воскресной вечеринке в саду и сборище рок-звезд, причем в одном флаконе. И что, по-твоему, я надену на такую тусовку?

— Ах надо же. Ты все верно запомнил.

— Сама что наденешь?

— Э… не знаю. Склонялась к чему-то вроде «англичанки в шляпке», но не уверена.

Последовал короткий кивок.

— То-то и оно. Так что собирайся: двинем по магазинам и подберем что-нибудь сексуальное, классное и крутое.

Пробурчав что-то в качестве символического протеста, я сползла с кровати и пошлепала в ванную. Оказалось, что мыться, не думая о Гидеоне, не рисуя в воображении его мускулистое тело и не вспоминая те безумные звуки, которые он издавал, засаживая мне в рот, решительно невозможно. Куда бы я ни посмотрела, повсюду был Гидеон. Дошло до того, что мне уже начал мерещиться его черный «бентли»: куда бы я ни направлялась, казалось, что эта чертова тачка следует за мной.

Перекусив, мы с Кэри прошвырнулись по магазинам в Верхнем Ист-Сайде и бутикам на Мэдисон-авеню, после чего взяли такси и отправились в Сохо. Две девчонки попросили у Кэри автограф, что, похоже, зацепило меня больше, чем его.

— Это все ты, — сказал он.

— Я-то с какого боку?

— Они узнали меня по блогу развлекательных новостей. Одному, где в основном про тебя с Кроссом.

— Рада, что моя личная жизнь хоть кому-то приносит пользу, — фыркнула я.

К трем Кэри нужно было на работу, и я отправилась с ним в студию шумного, нахального фотографа, где проторчала несколько часов. Вспомнив, что нынче суббота, я отыскала тихий уголок и позвонила отцу.

— Ты все еще счастлива в Нью-Йорке? — спросил он, перекрывая треск рации, работавшей в его служебной машине.

— Пока все нормально.

Конечно, это было вранье, но кому нужна была правда. Его напарник что-то сказал, но я не разобрала что. Папуля фыркнул.

— Слышь, Крис уверяет, что намедни видал тебя по телику. По какому-то кабельному каналу, где всякие сплетни. И не он один. Ребята меня достают по этому поводу.

— Скажи им, что смотреть такие шоу вредно для клеток мозга, — вздохнула я.

— Так ты правда закрутила с одним из самых богатых ребят в Америке?

— Глупости. А как твоя личная жизнь? — поспешила я сменить тему. — Видишься с кем-нибудь?

— Ничего серьезного. Подожди… — Он ответил на обращение по рации, потом сказал: — Извини, лапушка, но у меня вызов. Я люблю тебя. Ужасно по тебе скучаю.