Наслаждения ночи - Сильвия Дэй

Полная решимости вытряхнуть из этого загадочного красавца всю правду, Лисса взбежала по лестнице, перескакивая через две ступеньки, и влетела в спальню, когда только что вышедший из ванной голышом Эйдан, подняв руки, вытирал полотенцем мокрые волосы. Его грудные и брюшные мышцы поигрывали так, что рот ее мигом увлажнился и она резко остановилась.

— Я… Ты… Ты это… Ох… Ну и ну! — Речь ее оборвалась, когда его член стал набухать и твердеть прямо у нее на глазах.

Он вздохнул и опустил руки:

— Ну вот, я только-только от этого отделался. Выходит, зря старался.

Она тяжело сглотнула, перед ее мысленным взором возникли образы того, как он это делал. Струя воды, намыленная рука, ритмично гуляющая вверх и вниз по члену, пока похоть не уйдет в слив. Ей ли было не знать, каково держать его в руках, каким толстым и твердым становится он в момент эрекции. Черт, да ведь он вот-вот вскочит. Как такое возможно?

У него родинка на правом бедре.

Ее взгляд метнулся туда, и рот открылся при виде маленького коричневого кружочка. Но Лисса тут же мысленно сказала себе, что вполне могла неосознанно заметить эту особенность под душем. Так что это воспоминание еще ничего не значит.

— Не беспокойся, — прервал ее размышления низкий, хриплый голос. — Для тебя тут осталось более чем достаточно.

Господи, она просто обожала то, как открыто и свободно говорил он о своей сексуальности, о том, как ее желает. И все-таки подкатывал ли он к ней так прежде? Может, где-нибудь в клубе, когда она была моложе? В колледже она проводила время бурно, оттягиваясь после занятий на вечеринках. Ей представилась сцена: она в шортах и майке с открытой спиной стоит возле стойки и громко, так, чтобы не заглушила грохочущая музыка, заказывает в баре выпивку. И тут руки Эйдана оказываются на ее бедрах, член упирается в зад, губы прикасаются к шее — все как нынче внизу. А потом он ее уводит.

Может быть, так все и было? Она изо всех сил пыталась вспомнить. И ведь надо же, ее тело определенно помнило его, даже если сознание отказывалось.

С грацией дикого зверя он двинулся к ней и обнял одной рукой за талию, запустив другую в мокрые волосы, с тем чтобы наклонить ее голову поудобнее для поцелуя. Поцелуй получился жарким, страстным, с глубоким проникновением языка, таким, что ее даже повело и она ухватилась за его мокрую спину.

— О чем ты подумала, увидев меня вот таким? — спросил он сочившимся грехом голосом.

— Э… Хм…

Она не могла ни о чем думать, потому что его поцелуй выжег ей мозг.

— О нашем грязном сексе?

Он прижал ее бедра к своим, чтобы она ощутила его горячий, пульсирующий член, и, держа рукой за затылок, шепнул:

— О том, как я тебя уже трахал? Или о том, как оттрахаю?

— Эйдан, — простонала она, тая от близости его похотливого тела, от его первозданной, жаркой соблазнительности. — У нас с тобой все так здорово, я просто не могу об этом не думать.

Глаза ее закрылись, кончики пальцев безостановочно мяли твердые мускулы его спины.

— Лучше некуда, — прохрипел он.

Она кивнула:

— Ты для этого явился? Посмотреть, так ли хорошо, как было раньше? Просто перепихнуться, и все?

Будет ли продолжение? Или на этом все кончится?

От одной мысли о разлуке с ним у нее сдавило грудь.

Он прижал ее пылающее лицо к ямке у основания своей шеи.

— Нет, нет и нет. У тебя есть время поговорить?

Лисса с горестным вздохом покачала головой:

— Мне надо на работу. Я уже опоздала.

— Можно мне с тобой?

На миг она растерялась. И что ей там с ним делать? Кроме того, нужна некоторая дистанция, чтобы она могла подумать. Может быть, провести расследование. Позвонить старым знакомым, а вдруг кто-то помнит Эйдана.

— Мне лучше отправиться одной. Я ведь буду занята. Да и не сомневаюсь, у тебя тоже найдутся дела, пока я в городе.

— Есть вещи, которые тебе нужно узнать.

Ты не настроен на серьезные отношения, ты не хочешь себя ни с кем связывать, тебе не нужна подружка. Это только секс.

— Пожалуйста, Лисса.

Сила дежавю была ошеломляющей. И причиняла боль. Одна ночь. Вот все, что у них было. Все, чего хотел Эйдан.

— Не пытайся от меня отделаться. Выслушай то, что я должен тебе сказать.

Подняв на него глаза, она уловила краткую вспышку желания, которую он, впрочем, тут же скрыл за кривой ухмылкой, и, понимая, что выхода у нее все едино нет, сказала:

— Ладно, одевайся и… Черт, тебе же надеть нечего. — Лисса наморщила нос. — Есть соображения насчет того, когда авиакомпания сможет доставить твое барахло? — Но тут она снова вспомнила о создавшейся ситуации, и глаза ее подозрительно сузились. — Эй, а откуда ты вообще узнал, где я живу?

— От тебя, — незатейливо ответил он, поглаживая ее руками по спине.

— Надо было позвонить, перед тем как приезжать.

Он потерся носом о ее нос, а потом и всем телом о ее тело.

— Знаю.

— И как долго ты собираешься здесь остаться?

— Так далеко вперед я еще не заглядывал, — пробормотал он, касаясь при этом ртом ее губ.

Лисса вздохнула, слишком усталая, чтобы спорить, тем более находясь в его объятиях.

— Надо идти, а то я и так уже опаздываю.

Кивнув, Эйдан отстранился, чтобы взять с кровати штаны, натянул их, а потом добавил к ним внушительного вида солдатские башмаки без шнурков, застегнувшиеся от одного прикосновения пальцев.

Когда он встал, она скрестила руки и покачала головой:

— Башмаки классные, но не можешь же ты отправиться в город вот так.

У него поднялась бровь.

— Почему?

— На улице холодно.

— Все прекрасно.

Вот сам он и точно был прекрасен, со своим обнаженным, напоказ всему миру, торсом. Темная прядь, нависавшая над бровью, привлекала внимание к его сверкающим синим глазам и чертовски сексуальным губам. Если он выйдет из дома в таком виде, то вокруг тотчас соберется толпа сексуально озабоченных женщин.

Она поджала губы: