Наслаждения ночи - Сильвия Дэй

Вид его разогнал остатки сна, хотя она сама поразилась тому, что вид невесть откуда взявшегося мужчины, размахивающего диковинным мечом, ничуть ее не пугает. Напротив, возбуждает. Очень даже возбуждает.

В этот момент Эйдан повернулся, встретился с ней взглядом, и сосредоточенность в его синих глазах уступила место восхитительно порочной улыбке. Он подмигнул, ввергнув в пламя все ее мозговые клетки, и продолжил свои упражнения.

— Доброе утро, жаркая штучка, — произнес Эйдан, ничуть не сбившись с дыхания.

— Привет, — пробормотала она, порабощенная красотой его мощного тела воина, равно как и его вниманием.

Он являл собой полнейшее и чистейшее воплощение мужской сексуальности, и эта вызывающая чувственность напомнила ей, что она женщина с потребностями, которые долгое время подавлялись изнеможением. Ее соски напряглись и заныли, кожа разгорячилась, но это заставило ее вспомнить о его вчерашней температуре.

— Как ты сегодня себя чувствуешь?

Он поднял бровь:

— Хорошо. И если ты будешь на меня так смотреть, то я покажу тебе, как именно.

Чувственная дрожь пробежала по ее телу.

— Все обещания, обещания… — поддразнила она неожиданно охрипшим голосом.

— Ох, не заводи меня еще больше, чем уже успела. После того как ты провела всю ночь, обернувшись вокруг меня, мне как-то не хочется отпускать тебя на работу.

Обернувшись вокруг него. Черт побери, ну разве не ясно, почему она терпеть не может принимать это гадкое снотворное? Ей бы так хотелось это запомнить.

— А как я оказалась на диване?

— Я тебя перенес. Мне хотелось оказаться первым, что ты увидишь, когда проснешься. Нам надо поговорить.

Поднявшись, она пробежала рукой по растрепанным, спутанным волосам и наморщила нос. Вот уж кто-кто, а она поутру возбуждающе не выглядела. Дерьмово она выглядела, а быстрый взгляд на часы известил ее о том, что уже девять.

— Мне надо принять душ. Через час нужно быть на работе.

— Собирайся, — бросил он через плечо. — Когда спустишься, тебя будет ждать кофе.

Она потянулась:

— Спасибо. В холодильнике есть ванильный крем.

— Уже взял. И заменитель сахара, как ты любишь. Два пакетика.

— Ага. — Она нахмурилась, удивляясь тому, как много ему о ней известно.

Лисса не переставала поражаться тому, как ощущение привычной домашней близости может исходить от полуголого мужчины, только что размахивавшего у нее в гостиной мечом. Но если это и удивляло, то не тревожило, а, напротив, придавало спокойствия и бодрости, так что по лестнице она поднималась чуть ли не вприпрыжку, задрав подбородок.

Душ Лисса принимала основательно, хотя и понимала, что из-за этого опоздает. Стейси, конечно, будет недовольна, но ничего страшного. Она специально назначала первый прием чуть позже открытия, чтобы у них было время поболтать. Сегодня Лисса употребила это время на то, чтобы особенно тщательно выбрить ноги и втереть во влажную кожу крем с запахом свежих яблок. А когда душ смыл с нее остатки сонливости, снова начала размышлять об Эйдане.

Таинственном Эйдане, который вел себя так, будто они встречаются уже целую вечность, но при этом почти ничего не рассказывал о себе.

Однако в одном он был прав. Поговорить им нужно, потому что ей необходимы ответы.

Лисса вытерлась, оделась и, мечтая о свежезаваренном кофе, спустилась вниз. Мебель в ее гостиной была расставлена по прежним местам, а Эйдан, привалившийся, словно бог секса, к барной стойке, со смехом разговаривал по телефону.

Она помедлила, очарованная его голосом, одновременно глубоким, легким и бесконечно соблазнительным. Такой смех порождает в женских головах мысли о страстных постельных играх на жарких, скомканных простынях. Такие игры тоже сопровождаются подобным безрассудным смехом.

Заметив Лиссу, он улыбнулся уголком рта и скользнул по ней взглядом, от которого вскипела кровь.

— Ну вот и она, Кэти, — сказал Эйдан, выпрямляясь. — Вся как есть, в лучшем виде.

У Лиссы округлились глаза. Она-то думала, что он говорит с другом, быть может, сообщает кому-то, что благополучно добрался до места назначения. Но чтобы он уже свел знакомство с ее матерью! Такого ей даже в голову не могло прийти.

Она подошла ближе, и Эйдан прикрыл трубку ладонью.

— Извини, — шепнул он, — я не собирался вступать в разговоры, но она пригрозила вызвать полицию, если ты не подойдешь к телефону.

Качая головой, Лисса взяла у него трубку, стараясь не обращать внимания на то, что от прикосновения к его пальцам у нее задрожало внутри, и даже отвернулась, чтобы скрыть возбуждение.

— Привет, мама.

— Что, черт побери, у тебя творится?

— Ничего. — Она подскочила, когда сильные руки схватили ее за талию и крепкие теплые губы прикоснулись к шее, а потом подалась назад, прижимаясь к нему. — Я вспотею, — шепнула она, спохватившись и отступив, но он удержал ее.

— Нам действительно надо поговорить, Лисса.

Она понимающе кивнула.

— Не морочь мне голову! — возмущенно воскликнула мать. — Ну-ка выкладывай, что еще за Эйдан?

Лисса задумалась, а затем, ощутив порыв игривости, оттопырила зад и стала тереться о его член. Со свистом выдохнув сквозь зубы, Эйдан отпустил ее.

— Приму ледяной душ, — бросил он, направляясь к лестнице. — Но ты мне за это ответишь, потом.

— Старый друг, — рассмеявшись, сказала Лисса в трубку.

— Откуда? По говору вроде ирландец?

— Чудный выговор, правда? Мне всегда нравились мужчины, говорящие с акцентом.

— Почему я никогда раньше с ним не встречалась? — спросила Кэти с упреком в голосе.

— Живет далеко. А вообще-то, я уже давно взрослая и могу иметь друзей, которые не прошли сначала проверку у тебя.

— Я хочу с ним познакомиться.

— Вот уж ничуть в этом не сомневаюсь. — Лисса взглянула на часы. — Ох, черт, уже десять! Мне пора ехать.

— Лисса Анна Бэйтс! Ты не можешь…

Бросив трубку на рычаг, Лисса повернулась слишком резко и сшибла сумочку на пол. Она подняла ее и уже собралась положить на стойку, но тут ее внимание привлек странный блеск. Приглядевшись, она увидела на полке под барной стойкой небольшую книжку в переплете, усыпанном драгоценными камнями. В первое мгновение она лишь ошеломленно на нее смотрела, но потом, покрепче сжав сумочку одной рукой, другой потянулась к книжке. А подняв ее, обнаружила еще одну, но без украшений, в потертом кожаном переплете.

Не будучи ювелиром и имея не так уж много ювелирных украшений, она все равно поняла, нутром почуяла, что держит в руках настоящее сокровище. Гадая о том, сколь же стара эта покрытая неведомыми письменами бумага, Лисса могла лишь дивиться тому, что такие раритеты находятся не в музее. Украшенный драгоценными камнями томик она пролистала полностью, даже пробежалась пальцами по иллюстрациям, но решительно ничего не поняла. Зато ценность этих книг была настолько очевидна, что неизбежно порождала другой, тревожный вопрос: откуда они у Эйдана и что он с ними делает?