Бросить Word, увидеть World. Офисное рабство или красота мира - Кристина Тюрмер

Когда мы, после того как закупились в Чаме, хотели покинуть город, мы проходили мимо дома с широко открытой дверью. Я с интересом заглянула туда и увидела мужчину, который сидел за письменным столом в небольшом, полностью заставленном офисе.

«Привет!» — дружелюбно крикнула я ему и только после этого прочла надпись на двери: «KZRM — 96,1 — Rocky Mountain Rock».

«Здесь находится радиостанция?» — спросила я очевидную вещь.

«Ну да», — ответил мне мужчина и тут же спросил, кто я и что здесь делаю. Когда я рассказала ему про МГВМ, он немного помедлил. «Проходите, сделаем с вами интервью в прямом эфире», — сказал он. До этого я еще никогда не была на радио.

Я вопросительно посмотрела на скептически заглядывающего внутрь Боба, и у меня тут же нашелся подходящий аргумент для моего глуповатого партнера: «Отсюда нам придется вернуться обратно на тропу. Мы могли бы объявить по радио о том, что нам нужно доехать». И едва мы успели подумать об этом, как ведущий уже проводил нас в звуконепроницаемую кабинку. У меня перед носом поставили микрофон, и в следующие несколько минут я рассказывала жителям Чамы и округа Рио-Арриба о том, что происходило с нами на тропе.

«Может, ты хочешь передать кому-нибудь привет?» — спросил меня ведущий в конце интервью.

«Нет, но если вы увидите нас, стоящих на обочине дороги, пожалуйста, остановитесь и возьмите нас с собой!» — закончила я передачу.

Когда мы через десять минут пришли к дороге, машина нас не ждала. Нас ожидало нечто другое: на обочине дороги стояла высокая худощавая фигура. Рядом с этой фигурой было нечто, что недвусмысленно намекало на то, что это был проходчик: рюкзак и треккинговые палки. Я прищурилась, чтобы получше разглядеть фигуру, и узнала в этой фигуре Тоука, нашего друга по МТХ.

«Тоук, наконец-то мы встретились!» — радостно крикнула я ему и побежала навстречу этому нидерландцу.

«Я так рад тебя снова увидеть!» — сказал Тоук и обнял меня, а после этого поприветствовал Боба, постучав ему по плечу. Я конечно же знала, что Тоук пойдет по МГВМ в этом году, так как он мне прислал несколько писем, когда уже был в пути. Тоук начал поход с канадской границы несколькими днями позже нас и только сейчас смог нас догнать. Спустя какое-то время мы уже стояли и болтали на обочине дороги. Мы вытянули пальцы на дорогу, и нас тут же подобрали.

«Вы услышали о нас по радио?» — решила поинтересоваться я у водителя, сорокалетнего владельца ранчо.

«По радио? — недоверчиво переспросил он. — Не-а, я не знал. Но вы выглядите как путешественники, я потому и остановился». Боб, торжествуя, посмотрел на меня, потому что он изначально не очень-то рассчитывал на мою идею с радио.

Как только водитель высадил нас на Камбрс Пасс, то есть прямо на МГВМ, у меня появилось время, чтобы поговорить с Тоуком более обстоятельно. Нам нужно было многое друг другу рассказать, так как мы не виделись три года, как раз с того времени, как закончили поход по МТХ.

«ЭнТи, ты помнишь? В последний день на МТХ мы говорили с тобой о МГВМ, а сейчас мы оба здесь», — напомнил мне Тоук, пока мы шли по широкой дороге через Национальный лес «Карсон».

Задумчиво кивнув, я поинтересовалась: «Как у тебя в итоге с работой?»

«Я два года работал, а на третий год устроил себе полугодовой отпуск. Раньше я всегда получал одобрение: для АТ, для МТХ и в этот раз — для МГВМ».

«А если бы больше не получилось так сделать?»

«Ты же сама знаешь, что я тогда сделал бы: я бы уволился! А так как мой работодатель об этом знает, он всегда освобождает меня».

«Тоук, меня недавно уволили…», — тихо сказала я и задумчиво посмотрела на дорогу перед собой.

«И ты этому не рада? Ведь ты теперь свободна», — посмотрев на меня сбоку, спросил Тоук.

«Почему же? Рада. Но я просто немного боюсь», — сказала я искренне.

«Чего ты боишься? У тебя какие-то финансовые проблемы?» — поинтересовался Тоук.

«Нет, я хорошо заработала и теперь могу позволить себе не работать еще несколько лет. Но все вдруг стало таким неопределенным…» Я начала рассказывать о своих переживаниях и мыслях. Может, мне придется съехать с квартиры и тем самым лишить себя последнего места, куда я могу вернуться? А как мои друзья и родные отреагируют на то, что я годами буду путешествовать? Смогу ли я после большого перерыва еще когда-нибудь найти высокооплачиваемую работу, если вернусь к прежней жизни?

Следующие полтора месяца мы с Тоуком разговаривали о нашем будущем и планах на путешествия, поскольку нидерландец шел с нами до мексиканской границы. Я была так рада тому, что могла наконец поговорить с кем-то, кроме Боба, что существенно ослабляло напряжение между мной и моим партнером. Да и Тоуку очень нравилось, что мы шли вместе. Для него МГВМ была последней тропой тройной короны, и он хотел, чтобы на мексиканской границе мы в этот момент были рядом. Я, никому ничего не говоря, уже тогда начала строить планы на церемонию коронации Тоука.

Когда мы с Бобом вновь ругались ночью под шатром или когда я приходила на завтрак с заплаканными глазами, Тоук просто молчал. Он всего раз спросил меня: «ЭнТи, почему ты путешествуешь с Бобом? Ведь вы же друг другу не подходите…» Я не смогла ответить ему на этот вопрос…