Бросить Word, увидеть World. Офисное рабство или красота мира - Кристина Тюрмер

Как и всегда, я проснулась за час до восхода солнца. На улице было всего пять градусов тепла и моросил дождь. Мыши тем временем отправились спать. На завтрак я съела прекрасные биомюсли «Каши», которые специально сохранила для этого особенного утра, сняла свой насквозь промокший рюкзак с троса и сложила вещи.

В семь утра, незадолго до восхода солнца, я стояла на горе Спрингер, высота которой достигала тысячу сто пятьдесят метров. К скале была приделана металлическая табличка, отмечавшая южный край Аппалачской тропы. Я в гордом одиночестве стояла в этом унылом пейзаже, наполненном красками поздней осени. Я начала исполнять обычный ритуал, означавший конец похода.

Я разделась до обуви и, дрожа, стояла голой под моросящим дождем. Поскольку никто не мог меня сфотографировать, я поставила свой телефон на скалу и использовала функцию автоспуска в своем телефоне, чтобы сделать этот заключительный снимок. Когда я посмотрела на размытые из-за тумана снимки, меня захлестнули немного щемящие душу воспоминания об МТХ и МГВМ. На этих фотографиях не было и следа веселья с боа из перьев, как в конце похода по МТХ, или комичной серьезности церемонии коронования, как в конце похода по МГВМ. Вместо этого я увидела женщину с растрепанными волосами, которая задумчиво и в то же время с облегчением смотрела в камеру. Туман придавал фотографиям какой-то особенный оттенок меланхолии.

Я сделала пару дюжин фотографий, оделась и занесла себя в последний путевой журнал. Больше мне там делать было нечего. Я еще раз осмотрелась. В этот момент можно было сказать, что у меня пятнадцать месяцев и двенадцать тысяч семьсот километров позади — тройная корона, мечта всей жизни для каждого проходчика. Мне нужно было ликовать от счастья, но настроение было ни хорошим, ни плохим.

Я просто чувствовала себя так же, как и в любой другой день на тропе.

Ведь это и была моя жизнь. Идти. Есть. Спать.