Эволюция потребления - Франк Трентманн

Мы увидели, как потребление росло, словно снежный ком. Чем большим количеством вещей владел человек и чем больше бытовых технологий он использовал, тем больше было у него занятий, тем выше становились его требования и ожидания, что в конечном счете вело к разработке новых технологий. Потребление, по словам экономиста Альфреда Маршалла, можно было сравнить с карабканьем по бесконечной лестнице, только в данном случае новые виды занятий приводили не к появлению еще более изысканных и благородных занятий, а к увеличению числа новых вещей вокруг. К чистоте дома постоянно повышались требования, к образу идеального жилья, которым можно было бы гордиться, постоянно добавлялись новые детали^[660]. И компании хорошо это понимали. Всегда было «белое, которое белее белого», если выражаться словами из слогана Persil. Двигателем потребления во многом оказалось «врожденное устаревание» техники. Не менее важную роль в этом процессе сыграло правило постоянного ужесточения норм эксплуатации для товаров длительного пользования. Пылесос и стиральная машина экономили от двух до девяти часов в неделю, сообщали исследования того периода. Однако это сэкономленное время быстро улетучивалось, так как из-за ужесточения стандартов чистоты люди стали больше пылесосить и стирать. Постельное белье и одежду меняли и стирали чаще. Всего за одно поколение стиральная машина изменила представление людей о личной гигиене: в 1966 году лишь 5 % всех немцев ежедневно меняли нижнее белье; к 1986 году их доля составляла уже 45 %^[661]. В некоторых странах женщины начали гладить нижнее белье. Швейная машинка не просто помогала создавать одежду меньшими усилиями. Она вдохновляла людей шить больше, внося больше индивидуальности, – использовать разные выкройки, добавлять оборки, складки и кайму. Домохозяйки и до этого выражали свою любовь к семье через заботу о доме, однако появление в нем множества новых предметов и бытовой техники потребовало от них больше внимания. Жены из семей рабочего класса пытались перещеголять друг друга самой светлой кухней, самой чистой ванной и самой уютной гостиной. Вот оно, жестокое противоречие: новая бытовая техника обещала сократить домашнюю работу и дать женщинам свободное время, однако культура порицала женское безделье – значит, сэкономленное время можно потратить с умом и пройтись по дому с пылесосом еще раз.

В следующей главе мы подробнее остановимся на том, как менялась природа досуга. А сейчас нас прежде всего волнует влияние новых устройств на женскую работу по дому. Известный историк Рут Коуэн, которая продолжила исследования первых специалистов по домоводству, считает, что домашняя революция подготовила еще «больше работы для мамы». Исследования 20-х годов показывают, что в Америке еженедельно на работу по дому уходило примерно 48 часов у городской жительницы и 61 час у жительницы сельской местности. Результаты опроса 1965 года показали 54 часа, из которых 28 уходило на ведение хозяйства и 27 – на уход за детьми. Новые виды работы по дому «съели» сэкономленное время^[662]. Строго говоря, это так и есть, однако обобщенные цифры многого не раскрывают. Нам важно узнать не только количество времени, но и его качество. Ведь характер работы по дому менялся со временем. Многие женщины говорили, что им нравится готовить больше, чем сидеть с детьми. По иронии судьбы после Второй мировой войны американки стали проводить больше времени с детьми и меньше за плитой. Произошло перераспределение времени, отведенного на домашнюю работу, кроме того, женщины начали больше времени посвящать оплачиваемой работе за пределами дома. Да и обязанности по хозяйству стали выполняться по-новому. Одновременно заниматься стиркой и приглядывать за детьми, слушая радио, – это одно, а выполнять каждую задачу по отдельности, пусть и за такой же промежуток времени, – совсем другое. Возможно, благодаря домашней революции люди стали не только по-новому использовать время, но научились и привыкли заниматься одновременно несколькими домашними делами.

Помимо прочего, обобщенные цифры не раскрывают классовых и региональных различий. Исследования для конференции Гувера в 1932 году показали, что в разных уголках Америки семьи совершенно по-разному ведут хозяйство. По сравнению со своими деревенскими «сестрами» городские домохозяйки тратили в два раза меньше времени на стирку и в два раза больше времени на «заботу о семье». Американская женщина в сельской местности отлично справлялась со всем самостоятельно. А вот у городской домохозяйки имелось еще 27 часов дополнительной помощи. Кроме того, трудосберегающие устройства оказали различное влияние на быт женщин из рабочего и среднего классов. Одной из причин, по которой часы, тратившиеся на работу по дому, оставались неизменными, было то, что в большинстве случаев данные отражали ситуацию в семьях среднего класса (как в случае с опросом семей студенток). Естественно, время за домашней работой в таких семьях за десять лет не сократилось, ведь они расстались со своими слугами. Для матерей из рабочего класса все вышло наоборот: стиральная машина действительно сэкономила время, избавила от изнуряющего труда. Вот как об этом в 1950-е годы сказала одна домохозяйка: «Вы можете забрать у меня кровать, только не забирайте у меня автоматическую стиральную машинку»^[663]. Супруги Линд еще в 1925 году заметили это различие, когда проводили исследование Мидлтауна. Даже если домашним помощникам не удалось полностью избавить всех женщин от «двойного бремени», то, как показывают опросы, они по крайней мере смогли облегчить его для занятых женщин^[664].