Эволюция потребления - Франк Трентманн

То могла быть революция без классовой борьбы, если бы изнуряющий труд можно было так просто превратить в радость. Теперь после стирки домохозяйка чувствует себя не уставшей и раздражительной, а отдохнувшей и счастливой, сэкономленную энергию она может посвятить мужу и детям – такой рекламщики видели современную семью в развитых странах. Но в действительности домашние обязанности и заботы никуда не делись. Хотя границы между производством и потреблением несколько стерлись, в новом виде стирки присутствует свое очарование, утверждали руководства по ведению домашнего хозяйства. У женщин теперь появилось больше свободного времени. Вот почему многие женщины – специалисты по домоводству, несмотря на свой скепсис по отношению к обещаниям сэкономить время, поддерживали промышленную революцию внутри дома. Наряду с повышенным комфортом и более тщательным планированием бытовая техника должна была сделать так, чтобы дом служил «потребностям и желаниям каждого члена семьи», «укрепляя их взаимоотношения и приучая их к взаимовыручке». Бытовая техника возьмет на себя «обязанности слуги, сделав семьи более счастливыми»^[654].

Повсюду освобождение от традиционных норм сопровождалось появлением новой обязанности – создания современного дома. На выставках домохозяйкам говорили, что винить технологические препятствия в прошлых трудностях слишком просто. Ей стоит спросить саму себя, использует ли она «как покупатель и потребитель» в полной мере возможности новых устройств? Всему ли она научилась?^[655] На домохозяйку теперь возложили ответственность за здоровье, воспитание и культуру.

В Японии это «повышение» в статусе отразилось в изменении значения слова shufu. Изначально shufu означало владение деловым предприятием. К началу ХХ века этим словом стали называть домохозяек. В Японии, так же как и в других странах, новая наука о гигиене и правильном питании придала домоводству общественный и научный вес. Ведение домашнего хозяйства превратилось в профессию. Чистый дом и питательная домашняя пища спасали мужчин от грязи, болезней и выпивки, отвечали за здоровье не только семьи, но и всей нации^[656].

Изменение роли женщины в Японии произошло благодаря активности самих домохозяек, деятельности гражданских организаций и государства. Четыре самых популярных женских журнала имели более 1 миллиона читателей, среди них как работающие женщины, так и домохозяйки. Одна жена написала в журнал «Fujin koron» в 1920 году, что пришло время отказаться от «старомодного образа жизни» и выкинуть из нее «огромное количество ненужного». «Среди всего прочего, чему нам стоит поучиться у американской семьи, самым важным, я думаю, является обязанность жены превращать дом в красивое место, где живет счастливая семья»^[657]. Дом окрестили центром семейного счастья, которым можно управлять по науке.

Нового взгляда на семью придерживались не только феминистические организации, но и сама власть. Домоводство стало школьным предметом для девочек еще в конце эпохи Мэйдзи (1868–1912), когда в Японии началась модернизация. Первая мировая война превратила развитие домоводства в важную составляющую внутренней политики. В 1919 году была учреждена Лига повседневной жизни – по инициативе министерства внутренних дел при поддержке женских школ, архитекторов и реформаторов, принадлежавших к среднему классу. Сила нации зависела от процветания и здоровья семьи. Традиции, с ее продуманными до мелочей церемониями, дарением подарков и строгими правилами в одежде, должны были уйти в прошлое, освободив место для более простой жизни. «Реформа дома начинается с кухни», – сообщали плакаты и листовки Лиги городским жителям. Вместо того чтобы мучиться в темной, грязной кухне, покрытой сажей и расположенной на улице, современная домохозяйка должна работать в чистом, закрытом помещении с электричеством, водопроводной водой и столешницей. Именно тут зарождался дух рациональной и ориентированной на семью жизни. На плакате под названием «Не чините антиквариат – побудьте с семьей» мужчины в национальной одежде, занимающиеся своими излюбленными хобби, превращались в любящих отцов и мужей в западных костюмах. Лига не упустила ни одного аспекта домашней жизни. Советовалось отдавать предпочтение стульям, избегать ненужных украшений. Сад должен быть практичным, а не декоративным. Девиз Лиги звучал как «здоровье и безопасность», однако он также требовал перемен в мышлении. «Будни нации показывают, о чем ее мысли», – сказал как-то государственный чиновник Таго Ичимин^[658].

Современная жизнь означала новое распределение домашних обязанностей. В японской семье XIX века уборкой, готовкой и ведением хозяйства занимались мужья, жены и слуги-мужчины. К 1920-м годам все это превратилось в женские задачи. В Японии, так же как и в других странах, семьи среднего класса отныне пользовались услугами меньшего числа слуг. У большинства домохозяек все же оставалась одна или две помощницы, однако само хозяйство превратилось в независимую систему. Теперь в своих четырех стенах домохозяйка пользовалась авторитетом, о котором раньше не могла и мечтать. Даже если она по-прежнему зависела от своего мужа, она больше не подчинялась своим родителям, традиционным праздникам, не должна была тратить деньги на ритуалы. Популярность книг по ведению бюджета семьи того периода отлично показывает, насколько японская домохозяйка стала независимым потребителем – она отвечала за расходы семьи.

Сегодня женщины могут удивиться, куда подевалось обещанное им свободное время. Ученые задавались этим же вопросом еще в 1920-е годы. В 1929 году Эми Хьюис, специалист по домоводству, попросила студенток в колледже Маунт-Холиок рассказать о том, какие электрические приборы появились в их семьях за последние 10 лет. В 1919 году в большинстве семей либо не было ни одного бытового устройства, либо они ограничивались одним-двумя, самым популярным оказался электрический утюг. Спустя десять лет у большинства имелось пять или больше бытовых приборов, среди них холодильники, стиральные машины, вафельницы, тостеры и электрические кофейные машины. Семьи попросили рассказать о том, как изменился их быт. Больше трети сообщили, что они стали больше стирать и гладить. Кроме того, они теперь больше шили и пекли. И лишь одна пятая всех семей сообщила, что благодаря бытовой технике они смогли сэкономить время для более активного досуга. Фактически сэкономленное время было значительно «меньше, чем обещали продавцы электроприборов». В то же время, однако, Хьюис писала, что «нередко горизонт женщины расширяется, когда она больше времени занимается чем-либо на свежем воздухе». И если такое происходит благодаря электрическим бытовым приборам, то они – безусловное добро для домохозяйки и ее семьи^[659].