Врата изменников - Энн Перри

– После полуночи гораздо меньше шансов быть замеченным, – предположил Томас.

Взгляд Телмана, брошенный на начальника, был полон насмешки.

– В этих местах многолюдно хоть днем, хоть ночью. Самое лучшее – сразу концы в воду. Перевезти в кебе, когда их на улицах полно, – разумно заметил он. – Кто заметит еще один лишний кеб? Их замечаешь после часу ночи, когда заканчивается театральный разъезд. Те, кто ездит на ночные вечеринки, все имеют свои экипажи.

Суперинтендант гадал, стоит или нет рассказывать сотруднику о предположениях Шарлотты. Поначалу это показалось ему абсурдным, но чем дольше он думал, тем больше понимал, что такое вполне возможно.

– А что, если убийца хотел, чтобы тело было вынесено водой именно у Врат изменников? – спросил он.

Телман с удивлением уставился на него.

– Как предупреждение тому, кто задумал предать «Узкий круг»? – наконец воскликнул он с блеском оживления в глазах. – Возможно. Но тут надо было постараться. Она могла отказаться спуститься к воде. Так бывает с женщинами. А преступник, даже зная время прилива, мог сам протащить ее какое-то расстояние по воде; так, наверное, и было. Затем ему пришлось ждать отлива, чтобы убедиться, что тело не всплывет. – Голос инспектора крепчал. – Он где-то спрятался и пережидал, пока вода достигнет наивысшего уровня, и тогда бросил ее, зная, что теперь тело не всплывет. – Затем лицо его омрачилось. – Но как он мог быть уверен, что тело выбросит течением именно у Тауэра? Ее могло отнести дальше, к следующей излучине, за Уэппингом, или еще дальше, у доков Суррея. – Телман покачал головой. – Он мог только сам доставить ее туда, и, скорее всего, на лодке. Только сумасшедший мог бы снести ее по Королевским ступеням туда, где мы ее нашли.

– Значит, он не мог доставить ее туда с северного берега. Там таможня, рыбный рынок… Его бы там обязательно увидели, – размышлял Питт вслух.

– А если с другого берега? – тут же подсказал его собеседник, выпрямившись. Все его худое тело напряглось. – Хорсли-Даун. Там всегда ни души! Он мог положить свою жертву в небольшую лодку, переплыть реку и оставить тело приблизительно там, где мы его нашли. Отлив не коснулся бы его.

– В таком случае я отправляюсь на южный берег реки, – решительно заявил Томас, поднявшись и обходя стол.

Телман с сомнением следил за его действиями.

– Похоже, дело хлопотное, если не сказать опасное – доказать, что погибшую уговорили прийти к Тауэру. Не представляю, как это вам удастся.

– Попытка того стоит, – ответил суперинтендант, которого уже ничто не могло остановить.

– Врач сказал, что ее тащили в воде, – уточнил инспектор, все еще сопротивляясь. – Ее платье за что-то зацепилось. Убийца не мог просто принести и положить ее у воды.

– Если он привез ее с другого берега, то мог тащить ее за лодкой, – ответил Питт. – Например, привязав к корме, чтобы были все признаки долгого пребывания тела в воде.

– Господи, – только и смог сказать Телман, шумно втянув сквозь сжатые зубы воздух. – В таком случае мы имеем дело с маньяком. – Он краем глаза поймал выражение лица начальника. – Еще бо́льшим, чем мы думали.

Томас нанял кеб. Ехать было далеко. Он проехал вдоль реки через южную и восточную часть Лондона, пересек Темзу по Лондонскому мосту и сразу же свернул на Тули-стрит.

– Что вы ищете, сэр? – с сомнением спросил его пожилой возница. Не потому, что он был недоволен пассажиром – чем дальше везешь, тем больше денег получишь, а этот оплачивал даже стоянку, – и все же кебмен любил знать, чего от него хотят, а просьбы этого седока были довольно странными.

– Я ищу место, где мог остановиться экипаж, чтобы тайком переждать, когда все на улицах затихнет, кончится прилив и можно будет перевезти в лодке мертвое тело и оставить его на спуске у Врат изменников, – подробно объяснил ему полицейский.

Возница негромко, но виртуозно выругался.

– Простите, хозяин, – сказал он спустя какое-то время. – Ну и мастер вы на небылицы. – Он нервно оглянулся на пустую набережную и реку под солнцем.

Питт печально улыбнулся.

– Я говорю о том, кто убил жену мистера Чэнселлора, – пояснил он и показал кебмену свою визитную карточку.

– Да, да, я помню. Это чертовски страшно. Бедная леди. – Его собеседник был по-настоящему поражен. – Вы думаете, что ее убили здесь, а потом перевезли через реку?

– Нет, я думаю, кто-то привез ее сюда в кебе, переждал, когда закончится прилив, перевез на другую сторону и положил на спуске у Тауэра.

– Зачем? С какой целью? Не проще ли было бросить ее в воду и поскорее смыться? Не все ли равно, где тело всплывет?

– Нет, для того, кто убил ее, не все равно.

– Зачем было ждать смены прилива на отлив? Бросил в воду – и убирайся, пока никто тебя не заметил, – возница поежился, как от холода. – Не иначе, хозяин, вы гоняетесь за сумасшедшим.

– Да, только сумасшедшим от ненависти, а не в том смысле, в каком мы это обычно понимаем.

– Выходит, он доехал до Хорсли-степс, сел в лодку, проплыл еще какое-то время на приливной волне и оставил тело у Тауэра, – размышлял старый кебмен. – Затем поплыл чуть дальше, до Малого моста, чтобы не грести против приливной волны. – Он был очень доволен своими заключениями.

– Если он оставил тело во время прилива, – возразил Томас, – его могло смыть приливной волной, и кто знает, где бы оно оказалось.

– Да, верно, – согласился кучер. – Но я бы рискнул.

– Возможно. Однако я порасспрошу прежде, не видел ли кто в ту ночь ждущий кеб. Вы сказали, Хорсли-степс и Малый мост?

– Да, хозяин. Вы хотите поехать туда?

– Да.

– Это далеко. Займет много времени.

– И все же я поеду, – подтвердил свои слова скупой на улыбки суперинтендант. – Не беспокойтесь, я оплачу вам ланч. Вы знаете подходящее местечко?

Лицо кебмена разгладилось.

– Конечно, знаю. Я не раз бывал здесь или поблизости. Например, здесь есть закусочная «Черный бык», как раз за Лондонским мостом на другой стороне. Или «Трипл-Пли» на улице Королевы Елизаветы, вон там, – указал он узловатым пальцем. – Или за железнодорожной линией, – он повернулся в противоположную сторону. – Там, в Бермондси, есть что угодно, на выбор.

– Попробуем «Трипл-Пли», – пообещал Питт. – Но раньше подвезите меня к Хорсли-даун-степс.

– Хорошо, хозяин… Пшла! – Возница ретиво дернул поводья, понукая лошадь, в предвкушении обещанного ленча.

Лошадь бодрой рысью доставила их по Тули-стрит до улицы Королевы Елизаветы, где кеб резко свернул на улицу, ведущую к набережной. На правой ее стороне высился большой унылый дом, похожий на школу, а сама улица по чьей-то странной прихоти называлась Полем Горшечников, что напоминало Томасу о грубовато-мрачном юморе его возницы. Через сто ярдов спуска она вывела их на грунтовую дорогу, более похожую на тропу, которая шла вдоль берега. От реки эту дорогу отделяла узкая полоса спуска. Здесь не было ни души, даже днем. Экипаж миновал еще две улицы, поднимающиеся от реки к улице Королевы Елизаветы, и наконец добрался до спуска Хорсли-даун-степс. Здесь вполне легко было сесть в лодку.