Кто посеял ветер - Неле Нойхаус

Она закрыла ладонью рот и разрыдалась. Боденштайн гладил ее по спине, прижимая к себе, в то время как она, всхлипывая, продолжала свой рассказ. Он лишний раз убедился в том, что люди, когда им необходимо сохранить тайну при любых обстоятельствах, способны на совершенно немыслимые поступки.

Привычными движениями рук она оседлала гнедую кобылу, крепко подтянула подпругу и прыгнула в седло. Уже несколько недель Пия не садилась на лошадь. Она испытывала сильную боль в мышцах, но не обращала на это внимания. Если требуется прочистить и привести в порядок мозги, лучшее средство, чем быстрый галоп, придумать трудно.

Кобыла нетерпеливо пританцовывала, порываясь пуститься вскачь, и Пии приходилось прилагать усилия, чтобы заставить ее идти шагом. Проехав нескольких сотен метров по асфальтированной дороге, пролегавшей параллельно автобану, Пия достигла поля. Навстречу ей попадались редкие прохожие — прогуливавшиеся, бегавшие трусцой, катавшиеся на скейтбордах и велосипедах. Воскресным утром народу здесь будет не меньше, чем на Цайле[33]. В хорошую погоду в выходные половина Франкфурта выезжала в Таунус. Пия подтянула подпругу, затем укоротила повод и пустила кобылу рысью.

Рапсовое поле ярко-желтого цвета резко контрастировало с синим небом. Шум постепенно стих у нее за спиной, и сейчас она слышала только глухой стук копыт и трели порхавших в воздухе жаворонков. Кобыла самостоятельно перешла на галоп, когда они достигли прямого участка дороги. После прошедшего ночью дождя земля была кое-где сырой и вязкой, но лошадь выбирала сухие места для опоры. Пия промчалась галопом по широкой дуге до Бундесштрассе, которая вела из Келькхайма в Хофхайм. Здесь она перешла на шаг и, доехав до развилки дороги, решила сделать большой круг.

Почему же все-таки Боденштайн не сказал ей о наследстве, полученном его отцом? Интересно, сдержит ли он свое обещание приехать вечером в Биркенхоф?

Копыта лошади, шагавшей на длинном поводе, зацокали по бетону. Из-за спины у нее выскользнула и обогнала ее женщина на роликовых коньках, толкавшая перед собой ультрасовременную высокотехнологичную трехколесную детскую коляску, в которой спал ребенок. Пия с завистью смотрела на стройные, хорошо тренированные ноги мамаши. Женщине было чуть за сорок, и в этом возрасте — Пия знала это из собственного печального опыта — такая фигура сохраняется отнюдь не случайно. Ей вспомнилась Фридерике Францен, имевшая поразительно хорошую для ее возраста фигуру. У нее не было ни грамма жира, одни лишь мышцы — Пия обратила на это внимание сегодня утром, когда обняла ее.

Пия обогнала двух велосипедистов и повернула влево, на дорогу Визенвег, ведущую в Биркенхоф. Она пустила лошадь сначала рысью, затем галопом. В ушах у нее свистел ветер, солнечные лучи приятно согревали лицо.

И тут в ее голове как будто развязался узел. Сумка! Вот что вызвало у нее подозрение! Фридерике Францен заявила, что вернулась в дом за сумкой, забытой ею на кухонном столе. И при этом сумка лежала на переднем пассажирском сиденье ее автомобиля!

Пия остановила лошадь, порылась в сумке, достала мобильный телефон и выбрала в меню номера входящих звонков. Домовладелица Фрауке Хиртрайтер отозвалась после второго сигнала.

— Да, совершенно верно, — ответила она на вопрос Пии. — Госпожа Францен заезжала ненадолго сегодня утром, около восьми. Она пробыла некоторое время во дворе. Сидела в автомобиле и разговаривала по телефону. Из салона так и не вышла. Потом уехала. Мне это показалось странным, и поэтому я стояла у окна и наблюдала за ней.

В голосе пожилой дамы прозвучали горделивые нотки. По всей очевидности, она держала двор под контролем с самого рассвета. Несмотря на возраст, ее памяти и вниманию к деталям можно было позавидовать. Она была поистине бесценным свидетелем.

— Юноша приехал около десяти. Обычно «Рай для животных» открывается как раз в это время, но сегодня Ники здесь не было. Он сидел на лестнице и все пытался до кого-то дозвониться. Вел себя немного нервно… Хм, запамятовала его имя.

— Марк, — напомнила ей Пия.

— Ну да, конечно, Марк! — радостно воскликнула женщина. — Ах, в моем возрасте память уже совсем не та, что в молодости.

— По-моему, у вас просто отличная память, — сказала ей Пия, поблагодарила ее за информацию и попрощалась.

Итак, в восемь утра Фридерике Францен подъехала к зоомагазину, но из автомобиля не выходила, а сидела в салоне и разговаривала по телефону. Оттуда она, по всей видимости, вернулась домой. А собственно говоря, зачем? Что-то там забыла? В этой истории концы не вязались с концами. И еще этот телефонный разговор, из которого Пии удалось услышать лишь обрывки. Я вне себя от ярости! Это было слишком!Что могли означать эти слова? С кем она разговаривала? Где Теодоракис? И что делал сын Штефана Тейссена в доме заклятых врагов своего отца? Марк вполне мог проникнуть ночью в здание «ВиндПро» — наверняка он там хорошо ориентировался. Может быть, Теодоракис и его подруга настроили юношу против собственного отца и уговорили его выкрасть сфальсифицированные результаты экспертиз?

Сплошные вопросы! Но по сравнению с тем, что было всего два часа назад, ситуация изменилась. Пия чувствовала, что ответы на эти вопросы не заставят себя долго ждать. И ключом к ним был юноша.

Янис пребывал в состоянии полузабытья. Его рот был словно набит ватой, распухшие губы растрескались, но он почти не чувствовал боли — благодаря капельнице, подсоединенной к его левой руке. Ему еще повезло. Так сказал осматривавший его врач. Правда, у него оказались выбиты пять зубов, зато челюсть осталась целой. Левая нога была сломана в нескольких местах, но ее привели в порядок в ходе операции с применением штифтов и винтов. Все тело было покрыто шишками, синяками и ссадинами, вызывавшими сильную боль при малейшем движении.

Придя в сознание после наркоза, Янис долго не мог понять, где находится. О случившемся у него сохранились лишь обрывочные воспоминания, и тем отчетливее он помнил смертельный страх, охвативший его, когда до его сознания дошло, что эти типы не шутят. Хладнокровная, безжалостная решительность, с которой они средь бела дня вначале переехали его, а затем до полусмерти избили, что-то изменила в нем. До конца жизни он будет помнить эти кошмарные минуты и никогда не избавится от этого страха. Что сделали бы с ним эти парни, не появись случайно рядом женщина с собакой? Янис глубоко вздохнул, и по его телу пробежала дрожь. Опасения Ники были вполне оправданны, а он отнесся к ним столь легкомысленно. Он совершенно неправильно оценил ситуацию и поплатился за то, что слишком много болтал. Проклятье.

Янис повернул голову влево. Ну конечно, Рики не догадалась привезти ему запасные очки. Она плакала, устроила целый спектакль. Это могло бы показаться неблагодарностью, но он был рад, когда она исчезла, а вместе с ней ее слезливые причитания и лихорадочная суета.

Янис сонно наблюдал за тем, как лучи солнца постепенно перемещались по выбеленной стене. За окном стоял чудесный солнечный майский день, клонившийся к вечеру, а он лежал здесь, в четырех стенах, обреченный на бездействие. Стук в дверь заставил его вздрогнуть. Первое, что он увидел в дверном проеме, был огромный букет цветов.