Восьмой круг. Златовласка. Лед - Эд Макбейн

— Зачем?

— Я плакал.

— Это было после того, как вы поняли, что она мертва?

— Да.

— Из-за этого ваша одежда испачкалась в крови?

— Да.

— Когда вы взяли мачеху на руки?

— И мою сестру Эмили тоже. Я держал Эмили на руках.

— Вы также обнимали Еву?

— Нет, Ева была… под покрывалом. Только Эмили. Я просто держал Эмили. Я поднял ее… она лежала на полу за дверью.

— Вы сейчас говорите об Эмили?

— Да, об Эмили.

— В чем она была одета?

— Короткая ночная рубашка и… трусики.

— Какого цвета рубашка?

— Светло-голубая.

— С рукавами?

— Нет.

— Какого цвета трусики?

— Не помню.

— Что было на Еве?

— Не знаю. Она находилась под покрывалом.

— Но Эмили была не в постели?

— Нет.

— Когда вы зашли в комнату девочек?

— После.

— После чего?

— После Морин.

— Почему вы направились в комнату девочек?

— Морин была мертва. Я хотел…

— Хотели?

— Я решил посмотреть на девочек.

— Вы по-прежнему держали нож в руке?

— Что?

— Нож. Был он…

— Да.

— … все еще у вас в руке?

— Да, я… все еще держал его.

— Вы пошли в комнату девочек с ножом в руке?

— Да.

— Что вы сделали потом?

— Ударил ножом и девочек.

— Кого из них вы ударили первой?

— Эмили. Она находилась за дверью.

— Ее не было в постели, и она стояла прямо за дверью?

— Да.

— Вы что-нибудь сказали ей?

— Нет.

— Сколько раз вы ударили ее ножом?

— Много.

— Она закричала?

— Не помню.

— Что потом вы сделали?

— Я двинулся к кровати, где лежала Ева. У стены. И я… я ударил и ее тоже.

— Через покрывало?

— Да.

— Что произошло позднее?

— Я ушел из этого дома.

— Вы говорили, будто обняли сестру.

— Что?

— Эмили. Вы сказали, что обнимали ее.

— Да, это должно было… Думаю, после того, как я заколол Еву. Эмили лежала на полу прямо за дверью. Я взял ее на руки. Кажется, я плакал. Да, я все еще плакал. Потому что все это было печально. Очень печально.

— Что вы сделали потом? После того, как обняли Эмили?

— Я осторожно положил ее… Опустил осторожно… обратно на пол и ушел из дома.

— Через парадную дверь?

— Нет.

— Почему?

— Из-за крови на одежде.

— Как вы ушли?

— Через боковую дверь. Я запер ее за собой.

— Как?

— Повернул дверную ручку.

— Понятно. Вы вышли через черный ход, а потом куда направились? Можете описать ваш маршрут?

— Пошел на запад, к пляжу.

— У вас все еще был при себе нож?

— Не помню.

— А где тот нож сейчас?

— Не знаю.

— Вы не знаете, что случилось с ножом?

— Нет.

— Вы оставили его в доме?

— Не помню.

— Или бросили где-нибудь поблизости?

— Не помню.

— Вы направились к каналу, когда покинули дом?

— Нет.

— Вы не приближались к каналу?

— Нет.

— То есть вы не могли выбросить нож в воду там, за домом.

— Я не помню.

— Но вы помните, что не пошли к каналу?

— Да, верно.

— Вы покинули дом…

— Да. И обошел его. И двинулся на запад, по Джакаранда-драйв, к пляжу.

— Вы все еще держали в руке нож?

— Кажется, да.

— Что вы сделали потом?

— Там частное владение, которое принадлежит… Это дорога к пляжу, она принадлежит людям, живущим в районе новой застройки, частная дорога. Въезд перегорожен цепью. Я перелез через цепь и зашагал вниз через сосновую рощу.

— С ножом в руке?

— Не помню.

— Продолжайте.

— Я вышел на пляж и шел по нему.

— С ножом?

— Дайте подумать.

— Не торопитесь.

— Наверное, я выбросил его в воду.

— В заливе?

— Да. Пока я шел вдоль по берегу. Я бросил его в залив.

— А потом?

— Сел и заплакал. Вскоре я встал и направился обратно к сосновой роще. Там есть маленький тент прямо за пляжем, а также стол и скамейки вокруг него. Я залез на стол и улегся, вытянув ноги и положив руки под голову. Наверное, я решил, что там и буду спать. Я все еще не осознавал ничего. Не знал, что хочу делать.

— Делать с чем?

— С… тем, что Морин мертва. И девочки. Думал, может, пойти в полицию и рассказать обо всем или… просто подождать. Вообще-то, я не хотел идти в полицию. Боялся, что меня будут бить.

— Но ведь никто здесь не применял к вам физического насилия!

— Нет, не применял.

— А психологического давления?

— Тоже нет. Это все из-за тех баек, которые про полицию рассказывают. Я думал, что они могут… вы понимаете… Из-за того, что я сделал что-то… с Морин.

— Что вы имеете в виду, говоря «сделал что-то»?

— Сами знаете.

— Нет.

— Она была в ночной рубашке и все такое…

— Ну и что?

— В полиции могли решить, будто я что-то с ней сделал. Вроде домогался ее, или нечто подобное.

— Вы домогались ее?

— Нет, сэр. Нет.

— Но вы взяли ее на руки. Обнимали.

— Да, но я не делал того, что они могли бы подумать.

— Вы обнимали и Эмили тоже?

— Да, но я не делал…

— Продолжайте, я слушаю.