Восьмой круг. Златовласка. Лед - Эд Макбейн

— Розового, такого же, как рубашка.

— Что еще было на вашей мачехе?

— Вроде все.

— Тапочки?

— Нет.

— Украшения?

— Обручальное кольцо.

— Что-нибудь в волосах?

— Нет.

Только что он подробно описал, во что была одета Морин. Я слышал это описание два часа назад от Джейми. Когда он рассказывал нам о том, как вошел в спальню и обнаружил свою жену в гардеробной. Даже розетка. Майкл как раз описал ту самую розетку. Я должен был сделать еще одну попытку и обратился с заявлением к Эренбергу:

— Мистер Эренберг, в интересах своего клиента я категорически возражаю против продолжения допроса до тех пор, пока я не посоветую ему…

— Слышите, вы, — сказал Майкл, повысив голос, — заткнитесь уже, черт бы вас побрал!

— Все, что ты говоришь, записывается на пленку…

— Знаю.

— И потом может быть использовано против тебя.

— Черт с ним, дадите вы мне…

— Мистер Эренберг, — произнес я, — можете остановить запись на минуту?

Детектив немедленно нажал кнопку с надписью «стоп». В комнате повисла тишина.

— Майкл, — произнес я, — я хочу задать тебе всего один вопрос. Если ты ответишь на него «да», я буду сидеть тихо, а ты сможешь говорить все, что хочешь. Я не стану вмешиваться. Не буду пытаться остановить тебя. Но если ты ответишь «нет»…

— Какой вопрос?

— Ты хочешь попасть на электрический стул?

— Да.

Эренберг вздрогнул. Вряд ли он ожидал услышать от Майкла утвердительный ответ; о себе могу сказать, что я не ожидал.

— Так можно нам уже, наконец, продолжать? — проговорил Майкл.

Эренберг взглянул на меня, ожидая согласия. Я промолчал. Он кивнул и нажал кнопку магнитофона. Его голос теперь звучал мягче.

— Расскажите, что произошло позднее?

— Морин сказала мне, что отца нет дома, и спросила, не хочу ли я войти.

— Вы вошли?

— Да, сэр.

— Через парадную дверь?

— Да.

— Куда вы направились? В какую часть дома?

— Сначала в кухню.

— Хорошо, продолжайте.

— Мы сели там.

— Понятно.

— В кухне есть стол.

— Продолжайте.

— И пока мы сидели там… мне тяжело вспоминать все это.

— Понимаю. Но, пока вы сидели в кухне за столом…

— Наверное, я увидел ножи.

— Какие ножи?

— На стене был держатель. В кухне. Магнитный держатель, и на нем четыре-пять ножей. Ножи разных видов.

— Что произошло, когда вы увидели этот держатель с ножами на нем?

— Кажется, я… э… встал и схватил один из них.

— Который?

— Это был один из больших ножей.

— Можете описать его более подробно?

— Нет, я не помню, какой он. Один из больших с этого держателя. Я просто… Я просто протянул руку и схватил… ближайший ко мне нож.

— Вы не помните, какой именно нож это был?

— Это был один из больших ножей.

— Сколько больших ножей находилось на держателе?

— Не знаю.

— Но вы потянулись к одному из них?

— Да.

— Как именно потянулись? Можете показать мне, где был держатель для ножей по отношению к столу в этой комнате?

— Да, он был… справа. Я встал, повернулся направо и снял нож с держателя.

— Что сказала Морин, увидев, что вы это делаете?

— Не помню.

— О чем вы беседовали до того, как дотянулись до ножа?

— Тоже не помню.

— Это была приятная беседа?

— Не помню.

— Почему вы встали и потянулись за ножом?

— Я просто встал и схватил его с держателя.

— Что вы сделали потом?

— Ударил ее ножом.

— Вы находились в кухне, когда нанесли ей удар ножом?

— Да. Нет, на самом деле мы были… это было в спальне.

— Как вы оказались в спальне?

— Не помню. Думаю, она вбежала туда.

— Вы последовали за ней?

— Да.

— С ножом?

— Да.

— Вы держали нож в правой руке, когда нанесли ей удар?

— Да.

— Она закричала?

— Ее рот…

— Что с ее ртом?

— Рот был открыт.

— Она кричала?

— Нет.

— Но рот был открыт?

— Да.

— Она что-то говорила вам?

— Нет.

— Где она находилась, когда вы нанесли ей удар ножом?

— На… возле… она была… я сначала не видел ее. Она была… там было…

— Хорошо, мистер Парчейз, успокойтесь. Пожалуйста, успокойтесь.

— Простите.

— Хотите стакан воды?

— Нет, спасибо.

— Просто постарайтесь…

— Да.

— Сосредоточьтесь.

— Да.

— Когда будете готовы продолжить…

— Я готов.

— Пожалуйста, повторите, что произошло в спальне.

— Я нанес ей удар ножом.

— Где она находилась?

— В гардеробной.

— Что она там делала?

— Сначала я ее не увидел.

— А когда вы ее увидели… Что произошло дальше?

— Я… вонзил нож.

— Сколько ударов ножом вы нанесли ей?

— Не помню.

— Вы были в ярости?

— Мне было грустно.

— Почему вам было грустно?

— Она была мертва.

— Вы опечалились, потому что вы убили ее?

— Это правда.

— Что правда?

— Она была мертва.

— Вы подумали, что это на самом деле было не так?

— Я хотел… чтобы это было ошибкой.

— Не понимаю. О какой ошибке вы говорите?

— Что она была мертвая.

— Когда вы осознали, что это не было ошибкой?

— Ну, я увидел ее… она… лежала на полу… в рубашке, разорванной в клочья… совсем изрезанной… и… горло перерезано, и я… я взял ее на руки, я держал ее, качал…