Тайная жизнь Софи - Сьюзен Льюис

Он опустил глаза, и его лицо омрачилось тревогой.

– Думаю, ты знаешь ответ.

Да, она знала, но по-прежнему не понимала, как ответить. Ее мысли находились вместе с Грэмом – в его магазине, в его доме, среди сцен путешествия в Италию… Ей всегда хотелось побывать в Италии.

– Ты хотя бы выслушаешь меня, прежде чем отвергнуть? – тихо спросил Мартин.

Ощущая его беспокойство, а возможно, даже ужас в интервалах между ударами собственного сердца, она нежно сжала его руку и ответила:

– Ну конечно.

– Я понимаю, что ты обустроила жизнь для себя и детей в Кестерли, – начал он. – Я знаю, что ты счастлива здесь и не хочешь уезжать, но я и не прошу об этом. На самом деле я ни о чем не прошу, кроме шанса вернуть тебя.

Несмотря на озабоченность, в его глазах мелькали огоньки самоиронии, что глубоко тронуло ее.

– Я никогда не переставал любить тебя, – продолжал Мартин. – Даже когда переживал кризис среднего возраста и думал, что решение или правильный ответ вообще никак не связаны с тобой. Сейчас мне трудно поверить в то, что я сделал. Это не имеет для меня никакого смысла… Я хочу сказать, тот контракт был чем-то особенным; эту возможность просто нельзя было упустить, но не было никакой необходимости… Мне не следовало поступать так, как я поступил. Жаль, что я не мог объяснить тебе, как это запало мне в душу, какое безумие заставило меня думать тогда, что мне необходимо уехать отсюда, но я не мог ничего поделать с собой. Я лишь знал, что это продлится недолго. Мне с самого начала стало ясно, что я умудрился все испортить. Беда в том, что вред уже был причинен. Ты вполне оправданно злилась на меня и винила меня в случившемся, а я не мог придумать ни одной веской причины, почему ты должна простить меня. Ты тоже не могла, и было совершенно ясно, что тебе даже не хочется пытаться это сделать.

Мартин с шумом вдохнул и медленно выдохнул. Вероятно, он надеялся, что Энди что-то скажет, но нужные слова так и не пришли к ней.

– Поэтому мы оказались в нынешнем положении, – продолжал он. – Наши жизни по-прежнему соприкасаются, в основном из-за детей, но для меня еще и потому, что ты единственная женщина, которую я когда-либо любил. Даже единственная, с которой я спал, не считая Бриджит, но и здесь я умудрился создать полный беспорядок. Ее общество заставило меня осознать, какой пустой была моя жизнь без тебя, но потом я понял, что причиняю ей боль, и чем хуже я себя чувствовал из-за этого, тем глубже ранил ее и увязал в этом болоте. – Он покачал головой, явно утомленный от переживаний и раздражения на самого себя. – Сейчас мне удалось более или менее разобраться в ситуации. Она говорит, что хочет дать нам еще одну возможность, если ты заинтересована в этом. Но я сказал, что даже если ты не проявишь никакого интереса, у меня с ней все равно ничего не получится.

Мартин проследил взглядом за чайкой, слетевшей с края утеса и подхваченной воздушным потоком.

– Если хочешь, можешь остановить меня, – продолжал он. – То есть прежде чем я скажу какую-нибудь глупость, если уже не сказал, а я совсем не уверен в этом.

Не в силах удержаться от улыбки, Энди наблюдала, как ветерок шевелит его волосы. В ее сердце боролись сложные и противоречивые чувства. Ей было невозможно представить жизнь без Мартина, и ей не хотелось начинать новую жизнь, но жизнь шла своим чередом, и прошлое должно было оставаться в прошлом.

– Не буду лгать, – тихо сказала она. – Мои чувства к тебе изменились, хотя это не значит, что ты стал мне безразличен. Не думаю, что это когда-нибудь случится. Ты отец моих детей, моя первая любовь и мой лучший друг. Ты занимаешь совершенно особенное место в моем мире, и я хочу, чтобы ты по-прежнему там оставался. Но не знаю, как мы сможем все восстановить, если…

– …если ты перестала доверять мне, – быстро закончил Мартин. – Я понимаю, и я пытался найти способ убедить тебя, чтобы ты снова поверила мне. Беда в том, что я не смог придумать ничего лучшего, чем обещания, и лишь время покажет, могу ли я сдержать их. Я знаю, что могу, но понимаю, что тебе трудно верить мне на слово.

– Не сомневаюсь в твоей откровенности, – отозвалась Энди. – И я верю, что ты сделаешь все возможное, чтобы мы снова стали доверять друг другу. Но вот что я хочу сказать: я не понимаю, как мы сможем все наладить, если тебе придется уезжать в Лондон, Каир или Сингапур… Честно говоря, в последнее время я с трудом представляю, где ты находишься. Я полагаюсь на детей, но иногда даже они не знают.

– Это правда, после заключения контракта с американским правительством я мотался туда-сюда как безумный, но сейчас все меняется. Мои юристы находятся в процессе переговоров, и, возможно, через две-три недели мне придется улететь в Вашингтон для окончательного утверждения документов. Они покупают мою компанию.

Энди удивленно заморгала.

– Разве ты этого хочешь? – удивленно спросила она. – Ты потратил много лет на создание этого бизнеса.

– Это именно то, чего я хочу, – заверил Мартин. – И предложение более чем щедрое.

Она чувствовала, что он говорит серьезно.

– Чем же ты будешь заниматься, когда все закончится?

– Еще не решил, но, думаю, сейчас для нас обоих наступает подходящее время, чтобы обдумать наши возможности. Дети быстро становятся взрослыми… – Он беспомощно пожал плечами. – Честно говоря, я еще далеко не все продумал, и, насколько мне известно, ты не хочешь никаких изменений в своей жизни. Раньше ты всегда была открыта для перемен, но я понимаю, что иногда мечты остаются лишь мечтами или же разлетаются в разных направлениях…

– Так куда улетают твои мечты? – немного растерянно спросила Энди. – Какие возможности ты рассматриваешь?

– Я мог бы управлять отцовским бизнесом. Он всегда этого хотел.

– А разве ты этого хочешь?

Мартин встретился с ней взглядом.

– Но тогда я снова буду вместе с семьей, – тихо произнес он.

Энди пришлось отвернуться.

– Я… Если не… – начала она.

– Почему бы нам не отложить эту тему на какое-то время? – поспешно вмешался Мартин, как будто почувствовав, что она готова ему отказать. – Я понимаю, тебе нужно о многом подумать, и если у тебя все серьезно с тем другим человеком… Что ж, в таком случае мое предложение выглядит не слишком привлекательно.

Энди не знала, что и сказать.

– Мы можем хотя бы договориться еще об одной встрече, когда ты все обдумаешь? – спросил он.

Энди хорошо представляла, какими трудными будут следующие несколько дней, поэтому с готовностью ухватилась за предложенную отсрочку.

– Да, – сказала она. – Пожалуй, так мы и сделаем.