Тайная жизнь Софи - Сьюзен Льюис

– Отлично. Удачи вам на новой работе.

Завершив разговор, Энди позвонила сержанту Джеку Трэверсу, ответственному за содержание подозреваемых.

– Как ведут себя супруги Монро? – поинтересовалась она.

– Очень тихо, – ответил он. – Оба отказались от завтрака. Только что прибыла машина, на которой их доставят в суд.

Первый день незапланированного путешествия, откуда они уже не вернутся. Неизбежность происходящего часто заставляла ее ощущать панику и беспомощность. Сейчас происходило то же самое.

– Значит, за ночь они не изменили свои показания?

– Ни слова, хотя она много плакала.

– Хорошо, спасибо за информацию, – сказала Энди, ничуть не удивленная этим обстоятельством. – Мне пора идти.

Она поднялась в свою спальню с мобильным телефоном в руке, закрыла дверь и нашла номер Грэма. Вместо того чтобы вызвать его, она некоторое время смотрела на экран, испытывая желание поговорить с ним, но не зная, что сказать. Сегодняшний день был целиком и полностью посвящен семье, хотя это не означало, что она должна вести себя так, словно его не существует. Это было бы неправильно. Грэм существовал, и она была этому рада. Если бы это было возможно, то сейчас она бы отправилась к нему хотя бы для того, чтобы заглянуть ему в глаза и произнести слова, которые уже набирала в сообщении.

Думаю о тебе. Скучаю по тебе. Позвоню при первой возможности. Энди.

Она опустилась на кровать и представила, как он получает сообщение и облегченно вздыхает от того, что она наконец вышла на связь. Потом она подумала о других вещах, связанных с Грэмом, и закрыла глаза, а ее дыхание участилось. Через некоторое время Энди встала и направилась в ванную, где начала готовиться к прощанию с Дугом.

Когда все собрались возле крематория в Южном Кестерли, было уже больше часа дня – поздновато для проведения службы, но никто не возражал. В сущности, атмосфера была почти веселой. Разные светила и знаменитости собрались перед красным кирпичным зданием вместе с двумя сотнями друзей из города, и все шло именно так, как хотелось бы Дугу. Он оставил подробный список с инструкциями по поводу этого дня – от тех, кто должен был нести его гроб, до священника, проводившего церемонию, и изречений, зачитываемых над гробом специально выбранными людьми. Никаких цветов, настаивал он, лишь пожертвования в местные благотворительные общества; никаких слез, лишь забавные воспоминания, и никаких гимнов, лишь несколько его любимых песен.

Хотя все шло более или менее так, как он запланировал, лишь у немногих глаза остались сухими, когда все потянулись к выходу из зала. Дуг был популярным человеком, а теперь, когда его не стало, Энди видела, как всем хочется поговорить с его сыном. Наблюдая за Мартином, принимавшим соболезнования и добродушно слушавшим истории о Дуге, она по-прежнему ощущала тепло его руки в своей руке, крепость его пожатия в наиболее трудные моменты церковного обряда. Хотя его голос дважды дрогнул, когда он читал заранее подготовленную надгробную речь, в целом он держался хорошо. Время для настоящей, личной скорби начнется только после сегодняшней церемонии.

В окружении Алайны и своей матери, Энди, в свою очередь, приветствовала их друзей, когда они вышли на передний двор, и в то же время присматривала за Люком, прилагавшим героические усилия для поддержки отца.

Как бы Дуг сейчас гордился ими!

И как повезло ее детям, что они были частью этой семьи.

Хотя печаль от расставания с Дугом омрачала душу Энди, а воспоминания о собственном отце продолжали кружиться перед мысленным взором, она не могла не думать о Софи, которая тоже когда-то находилась в центре любящей семьи. Энди думала о том, как быстро все изменилось для нее, как неожиданно и даже жестоко жизнь обрушила на нее свои испытания, – без направляющей силы, доброго совета или хотя бы снисхождения к ее молодости и уязвимости.

Встретившись взглядом с Голдом, она ощутила болезненный укол под сердцем и кивком дала ему понять, что знает последние новости: тело Софи было обнаружено и доставлено на берег озера. В течение следующих сорока восьми часов они должны выяснить, как она умерла, а вскоре после этого тело доставят обратно в Кестерли. Последнее одинокое путешествие, где никто не встретит ее дома. Энди уже страшилась этого.

Подошел Мартин, он держался превосходно.

– Ты в порядке? – спросила она Мартина.

Кивнув, он обнял Алайну за плечи и поцеловал ее в лоб.

– Пора повеселиться, – пробормотал он. Его глаза, пожалуй, блестели слишком ярко, когда он копировал голос и манеру своего отца. Энди понимала его настроение, и ей хотелось обнять его, но она знала, что любое проявление эмоций с ее стороны лишь сделает его ношу еще более тяжелой.

Мартин подмигнул ей, как будто прочитав ее мысли, и добавил:

– Сегодня у нас не будет особой возможности поговорить, но я надеялся, что смогу встретиться с тобой завтра, или… – он пожал плечами. – Или когда тебе будет удобно.

– Само собой, – ответила Энди, догадываясь, о чем он хочет поговорить. В следующие дни ей придется принять много решений, задать себе немало вопросов и найти какие-то ответы, но сейчас она не собиралась думать об этом.

– Церемония была достойной, – заметил Голд, приблизившись к ней. – У меня возникло ощущение, как будто Дуг проводил ее собственной персоной.

– И у меня тоже, – призналась она. – Все было гораздо проще, потому что мы знали, чего он хотел. Может быть, нам всем следует поступить так же.

Голд иронично изогнул бровь.

– Супруги Монро в любую минуту могут предстать перед судьей, – сказал он, взглянув на часы.

Энди серьезно кивнула и вдруг обнаружила, что сочувствует их страху, но потом мысль о Софи высосала последние капли жалости из ее сердца.

– Сикора пропал, – сообщил он.

Ее глаза расширились от удивления.

– Утром Барри поехал к ним и обнаружил пустые комнаты. В доме престарелых, где работает Кася, ему сказали, что она позвонила вчера вечером и сказала, что больше не придет.

– Стало быть, они ударились в бега?

– Похоже на то.

Хотя Энди не слишком удивилась такому развитию событий, она испытала досаду из-за того, что личные показания Сикоры не помогут осудить его работодателей.

– Он не единственный, кто пошел против Пойнтеров, – напомнил Голд. – А поскольку это не твое расследование, то и проблема не твоя.

Он был прав, но, возможно, Сикора больше всех знал о подпольной операции, и кроме того, Энди не могла примириться с исчезновением людей, независимо от причины.

– Вы ищете его?

– Разумеется, и я не сомневаюсь, что поиски будут успешными.

Она понимала, что лучше остановиться на этом, и сказала:

– Я еще не видела сегодняшних новостей, но могу догадаться, что у репортеров нашлись подходящие выражения, показывающие, как много времени понадобилось нам – то есть мне, – чтобы добраться до родителей.