Вечный сон. Прощай, красавица. Высокое окно - Реймонд Чандлер

— Послушайте, — сказал я, — не надо журнала. Карандаш у вас есть?

— Ну конечно же, у меня есть карандаш. Я…

— Записывайте. Меня зовут Филип Марло. Адрес: Голливуд, Кауэнга-билдинг, шестьсот пятнадцать. Это на Голливудском бульваре, недалеко от Айвара. Номер телефона: Гленвью семьдесят пять тридцать семь.

Я продиктовал по буквам свою фамилию.

— Да, ми-истер Марло. Я записала.

— Мне нужно поговорить с мистером Амтором о человеке по фамилии Марриотт. — Я продиктовал по буквам и его фамилию. — Это очень важно. Вопрос жизни и смерти. Я хочу повидать его поскорей. По-ско-рей. Другими словами — быстро. Вы меня поняли?

— Говорите вы оч-чень странно, — произнес голос с акцентом.

— Нет. — Я схватил корпус телефона и потряс. — Чувствую я себя нормально. Я всегда говорю так. Это очень необычное дело. Мистер Амтор, вероятно, захочет повидаться со мной. Я частный детектив. Но обращаться в полицию, не повстречав его, не хочу.

— А-а. — Голос стал холодным, как обед в кафетерии. — Вы из полиция, нет?

— Послушайте, — сказал я. — Я из полиция нет. Я частный детектив. Неофициальный. Но дело это тем не менее очень важное. Вы позвоните мне, нет? У вас есть номер телефона, да?

— Си. У меня номер телефона есть. Мистер Марриотт — он болен?

— Не совсем, — сказал я. — Значит, вы его знаете?

— Нет. Вы сказали, вопрос жизни и смерти. Амтор, он вылечивает много людей.

— На сей раз он потерпел неудачу, — сказал я. — Буду ждать звонка.

Положив трубку, я полез за бутылкой. Чувствовал я себя так, словно меня пропустили через мясорубку. Прошло десять минут. Зазвонил телефон. В трубке послышался тот же голос:

— Амтор будет видеть вас в шесть часов.

— Прекрасно. Какой у вас адрес?

— Он пришлет машина.

— У меня есть своя. Скажите только…

— Он пришлет машина, — холодно произнес голос, и раздался щелчок.

Я взглянул на часы. Уже давно было пора обедать. От последнего глотка в желудке горело. Голода не ощущалось. Я закурил. У сигареты был какой-то свинцовый привкус. Я кивнул висящему на стене мистеру Рембрандту, взял шляпу и вышел. Когда подходил к лифту, меня поразила одна мысль. Безо всякой связи или причины, как упавший кирпич. Я прислонился к отделанной мрамором стене, повертел на голове шляпу и вдруг рассмеялся.

Девица, идущая от лифта к своему рабочему месту, обернулась и бросила на меня такой взгляд, от которого по спине у меня должны были побежать мурашки. Я помахал ей рукой, вернулся в кабинет и позвонил одному знакомому, работающему в справочном отделе юридической компании.

— Можете вы дать сведения о владельце дома только по адресу? — спросил я.

— Конечно. Какой адрес?

— Пятьдесят четвертая Западная улица, шестнадцать сорок четыре. Мне хотелось бы узнать что можно об условиях правовладения.

— Я перезвоню. Какой у вас номер?

Позвонил он через три минуты.

— Берите карандаш, — сказал он. — Дом записан на Джесси Пирс Флориан, вдову. Правовладение ограничено несколькими условиями.

— Так. Какими же?

— Не уплачена половина налогов, две задолженности десятилетней давности за ремонт улицы, одна за строительство коллектора ливневых вод, тоже десятилетняя, ничто из этого не является серьезным правонарушением, кроме того, ею выдана закладная в покрытие долга суммой две тысячи шестьсот долларов.

— Стало быть, дом может перейти в другие руки через десять минут после предупреждения?

— Не совсем так, но гораздо быстрее, чем просто заложенный дом. Тут нет ничего необычного, кроме цены. Она слишком высока для того района, разве что дом совершенно новый.

— Дом очень старый и в скверном состоянии, — сказал я. — На мой взгляд, он стоит не более полутора тысяч.

— Тогда это очень странно, потому что деньги получены владелицей всего четыре года назад.

— Ну, а кому принадлежит эта закладная? Какой-нибудь компании?

— Нет. Частному лицу. Некий мистер Марриотт, холостяк. Все?

Не помню, что я ответил, в каких выражениях поблагодарил его. Надеюсь, они прозвучали членораздельно. И продолжал сидеть, тупо уставясь на стену.

Внезапно в желудке у меня появилось прекрасное ощущение. Захотелось есть. Я спустился в кофейню «Мэншн-Хаус», поел, затем вывел машину со стоянки у здания.

Ехал я на юго-восток, к Пятьдесят четвертой Западной улице. На сей раз без бутылки.