Живые не любят умирать - Маргарита Малинина

– Дождь?! – изумлению Логинова не было предела. – Ребята, кто-нибудь видел здесь дождь?

– Нет, что ты! – покачали мы все головами. – Никакого дождя не было, однозначно!

– Может быть, тебе приснилось? – предположил мучитель.

– Ага! – не поверил Самойлов. – А откуда вода на моем теле?

– Ну, Паша… Не при дамах будь сказано, но ты и сам в курсе своей ночной проблемы…

Мы захохотали, а Паша разобиделся, оповестив, что теперь с нами не разговаривает и ехать к Ольгиной матери согласился путем написания записки.

Загрузившись в машину, Андрей проверил зажигание и был ошеломлен: «двенадцатая» завелась. Это Женька бегал ночью изымать какую-то штучку, которую подкладывал под провода. Обрадованный, он велел нам садиться. Серов очень точно знал карту города, чуть ли не наизусть, все дороги-повороты, потому мы, не отвлекаясь на указатели, просто наслаждались обществом друг друга, травя анекдоты и байки, впервые за последние две недели чувствуя некую легкость и беззаботность в душе, и элементарно радовались жизни. Паша, что и говорить, анекдоты, когда до него доходил черед, писал в блокноте, давая Женьке читать вслух, чтобы все могли посмеяться. Самым чудаковатым в его поведении было то, что, прослушав чей-то анекдот либо забавную историю, Павел, не издавая ни малейшего звука, писал в блокноте или «уа-ха-ха!», если это было очень-очень смешно, или скромное «хи-хи» для обычных анекдотов, не произведших на него слишком сильного впечатления.

Короче говоря, мы сильно удивились, когда машина, как нам показалось, слишком скоро затормозила на тротуаре.

– Что, уже приехали? – изумленно проговорили мы с Женей, а Паша кинулся писать что-то в блокнот, видимо, то же самое, что мы и сказали.

В следующее мгновение мы огляделись… и отпали.

– Ты не перепутал адрес? Это улица Чехова? – спросил Логинов и потребовал карту. Изучив ее досконально, мы вынужденно констатировали, что параллельно этой улице расположен Смоленский проспект, где находился салон красоты, в котором работает Валентина Юрьевна – потомок Варламовых. А дом, где затормозил Андрей, был тем самым, куда мы наведывались четыре дня назад.

«Или я козел, или мы тут уже были», – значилось в листе блокнота, сунутого Пашей мне под нос.

Я лишь сумбурно повторяла вслух имя Господа, не сумев ни произнести чего-то осмысленного, ни даже кивнуть.

– А в чем дело? – не понял нашего поведения Андрей.

– Помнишь, мы рассказывали про Леонову? – принялся объяснять Женька.

– Эта которая Пахана по башке огрела? Как же, забудешь! Молодец тетка!

Паша выхватил у меня из рук блокнот и с разгневанным видом начал что-то там строчить, сильно нажимая на карандаш.

– Ну вот, – продолжил Евгений, – это тот дом, где она живет. И судя по номеру квартиры – апартаменты те же.

– Боже… Боже… – продолжала твердить я, неотрывно глазея на знакомый подъезд.

– Не может быть! – поддержала мою панику Юлька.

– Это наступает нашему плану на горло, – проговорил Андрей. – Что теперь делать будем?

Я нашла в себе силы справиться с потрясением. В общем-то, то, что сейчас произошло, было довольно-таки логично, и имея аналитический склад ума, которым я так люблю кичиться, я могла бы до всего сама догадаться.

Продолжая корить себя за тупость, я попросила Андрея набрать мне Ленку.

– Гаврилова, где твоя мама работает? – задала я с места в карьер вопрос, как только услышала: «Да, котик?»

– Катя? – немного смутилась та, но быстро ответила: – В «Амелии», а что?

– Почему же ты раньше молчала?!

– А ты разве не знала?

– Откуда? Я знала, что твоя мать парикмахер, и все! И Ольгина мать там же работает? – Услышав однозначное «да», я серьезно пожалела о том, что рассказала ей краткую версию расследования, без имен, фамилий и названий.

Отключившись и отдав телефон Андрею, я решительно вышла из машины. Мужчины последовали моему примеру, и, перейдя дорогу, мы вошли в нужный подъезд.

Увидев на пороге Дрюшу, Валентина Юрьевна схватилась за сердце:

– Серов! По нашу душу приехал! Не отпирайтесь, я видела его в газете, он занял первое место по плаванию в соревнованиях! – отмахнулась она от Женьки, выдавшего свою коронную улыбку и хотевшего что-то сказать. – Что, возражать будете?

– Нет, – покачали мы котелками. – Это действительно Серов.

Она начала рвать на себе волосы.

– Не отдам я вам документы! Убить можете, если хотите!

Андрею настолько неприятно и больно было видеть то, что сотворили с этой семьей его старший брат, почивший дед и адвокат, что он даже не сумел ничего сказать в свое оправдание, только смотрел на эту женщину печальными глазами и растерянно моргал.

– Тетя Валя, – обратилась я к женщине. – Помните, мы ведь ваши друзья и мы обещали помочь. Мы сдержали обещание. Этот Серов не замешан в том, что творил его старший брат. И ему вам также придется довериться и все рассказать. Кстати, Оля дома? – как будто невзначай поинтересовалась я, не зная, как еще проявить свое желание с ней повидаться. Мы же не ведали, что она рассказала своей матери о поездке в замок. Сдается мне, ничего, ибо свой мобильник с настойчивыми звонками родительницы Оля сбагрила мне, как стало ясно, чтобы избежать объяснений.

– Что ж, если так… Проходите, Оленька в комнате.

Мы вошли в указанное помещение. Увидев меня, Оля, точно увидевшая кота мышка, забралась с ногами на диван и забилась в дальний угол, прижимая к груди маленькую диванную подушечку, словно та была щитом, который мог спасти слабую девочку Олю от злой волшебницы Кати.

– Оля, рассказывай все с самого начала, – потребовала я, присаживаясь на тот же диван, только с другого края.

Леонова-младшая долго молчала, косясь на Андрея и собираясь с духом.

– А что говорить-то? – наконец открыла она рот, испуганно моргая большими глазами и не теряя сходства с девочкой из сказки. Еще не слыша оправданий, я уже жалела ее. – Лучшая защита – это нападение. Ты понимаешь, они лишили меня жизни! – Она обращалась почему-то лишь ко мне, хотя гостей было пятеро. – Я выучилась на лингвиста, мне нравятся языки. Мне предложили достойную работу в Москве, и другая бы на моем месте, не думая, согласилась. Это моя мечта – заниматься любимым делом, получать при этом хорошие деньги и жить в столице. Я могла бы это все иметь, но нет! Мы вынуждены постоянно кочевать с места на место, пока нас не нашли и не убили! Я отказалась от мысли иметь детей. Да, потому что нет ничего страшнее, чем бояться за своего ребенка, что его вот-вот убьют! Можешь у моей мамы спросить, каково это. Вскоре после знакомства с Леной обнаружился такой факт, что она, оказывается, девушка одного из Серовых. И позвала меня в замок! Я расценила это как шанс на долгожданное избавление. Я должна была спасти свою семью и свое будущее, пока они не истребили нас всех! И я отправилась в логово врагов. Было страшно, но мне нужен был какой-то компромат, чтобы было чем их взять. Засадить их всех – и дело с концом! А что еще? Я ведь не убийца, как они!