Туман над Парагон-уок - Энн Перри

Лицо Джессамин было совершенно белым, как лилии на могиле. Обе женщины промокли насквозь под сильным дождем, их воздушные муслиновые платья прилипали к ним, становясь похожими на саваны.

— Вы очень умны, — медленно проговорила Джессамин. — Но вы не сможете доказать ничего из того, что говорили. Если вы начнете рассказывать это полиции, я просто заявлю, что вы ревнуете ко мне Поля Аларика. Вы не принадлежите к нашему обществу, — ее глаза сузились. — Вы не отсюда. Даже ваши платья переделаны из платьев Эмили! Вы пытаетесь проложить себе дорогу сюда. И говорите все эти гадости из желания отомстить, я поняла!

— Нет, полиция поверит мне, — Шарлотта почувствовала прилив энергии и гнева. — Видите ли, инспектор Питт — мой муж. Вы не знали этого? Кроме того, существуют любовные письма, написанные вашей рукой. И еще: очень трудно смыть с ножа всю кровь. Она собирается в маленьких, едва заметных трещинках — там, где ручка соединяется с лезвием. Они найдут ее. Если будут знать, где искать…

Лицо Джессамин разительно изменилось. Вдребезги разлетелось ее спокойствие, вылепленное из белого алебастра, и наружу хлынул поток ненависти. Джессамин подняла ножницы и бросилась с ними на Шарлотту, промахнувшись всего на несколько дюймов, поскольку ее нога поскользнулась на мокрой глине.

Шарлотта вновь почувствовала прилив энергии и побежала назад по траве и корням тисовых деревьев. Она бежала по кладбищу, мокрое платье прилипло к ногам. Она знала, что Джессамин преследует ее по пятам. Дождь лил теперь вовсю, собираясь в коричневые ручьи, бегущие по раскаленной почве. Шарлотта перепрыгивала через трещины в земле, ее ноги запутывались в цветах, она высвобождала их и запрыгивала на сырой мрамор могильных плит. Внезапно перед ней появился гипсовый ангел, и она непроизвольно вскрикнула, уклоняясь от него.

Только однажды Шарлотта обернулась назад и увидела, что Джессамин бежит всего в нескольких футах от нее. Ножницы в ее руке зловеще поблескивали.

Шарлотта была вся в синяках, ноги забрызганы грязью, руки болели от ударов о могильные камни. Неожиданно она упала. Джессамин оказалась почти над ней, но в последний момент Шарлотте удалось увернуться и вскочить на ноги. Она пыталась восстановить дыхание, подавляя рыдания. Ей бы только добежать до улицы, где кто-нибудь помог бы ей…

Шарлотта почти достигла своей цели — и снова обернулась, ища глазами Джессамин. Внезапно она уткнулась во что-то твердое, и чьи-то руки сомкнулись вокруг нее.

Шарлотта пронзительно вскрикнула. В ее воображении мелькнули острые ножницы, уже воткнувшиеся в нее, подобно ножу, настигшему Фанни и Фулберта. Она начала бить наугад ногами и кулаками.

— Прекратите!

Это был голос Аларика. Целую долгую секунду, не в силах вздохнуть, она не могла сообразить, кого ей больше бояться — его или ее.

— Шарлотта, — тихо сказал Поль. — Все кончено. Было крайне глупо приходить сюда одной, но сейчас все кончено. Все!

Шарлотта медленно повернулась и увидела свою преследовательницу, всю мокрую и заляпанную грязью. Джессамин уронила ножницы. Она не могла бороться с ними обоими — и уже не имела возможности скрыться.

— Перестаньте, — Аларик обнял Шарлотту. — Вы выглядите ужасно! Я думаю, что нужно вызвать полицию.

Шарлотта вымученно улыбнулась:

— Да, пошлите за полицией… Позовите Питта. Больше ничего не надо… позовите Питта!