Туман над Парагон-уок - Энн Перри

— Мы должны поговорить с Фебой, — ответила Шарлотта.

— Ты думаешь, я с ней не говорила? — Эмили начала сердиться. — Если бы это было так легко, я бы знала ответ несколько недель назад!

— Я знаю, что она сама нам ничего не расскажет. Но она может оговориться, может, что-то соскользнет у нее с языка, — не унывала Шарлотта.

Послушно, но без особой надежды, Эмили повела Шарлотту к тому месту, где Феба попивала маленькими глотками лимонад и разговаривала с какой-то незнакомой дамой. Через десять минут вежливой беседы Феба осталась наедине с ними.

— Дорогая моя, — вздохнула Эмили. — Что за скучное создание. Если бы я услышала еще одно слово о ее здоровье, я бы начала грубить.

Шарлотта не упустила выигрышный момент, чтобы вступить в разговор.

— Моя сестра не понимает, как ей повезло, — сказала она, глядя на Фебу. — Если бы она должна была вынести такое напряжение, которое вы выносите постоянно, она бы не упоминала о нескольких бессонных ночах… — Шарлотта заколебалась, не будучи уверена, как сформулировать следующий вопрос. — Когда вы узнали, что здесь случилось нечто ужасное и подозрения пали на вашу семью, для вас это, наверное, было совершенно невыносимо?

На какой-то момент лицо Фебы выразило неподдельное непонимание.

— Нет, я ничуть не беспокоилась. Диггори никогда не сделает ничего жестокого. Он очень добр. И я точно знаю, что это не мог быть Афтон.

Шарлотта была ошеломлена. Если среди них и был жестокий от природы человек, то это Афтон Нэш. Она все время подозревала его в способности совершить преступления, а из всех преступлений изнасилование больше всего соответствовало его характеру.

— Откуда вы знаете? — спросила она, не подумав. — Он был один в тот вечер.

— Я… — К удивлению Шарлотты, Феба покраснела до кончиков волос. — Я… — Она заморгала — глаза наполнились слезами — и отвернулась. — Я верю, что это был не он… Что… Это все, что я могу сказать.

— Но вы знаете, что на Парагон-уок творятся какие-то темные дела! — Эмили воспользовалась тем, что Шарлотта неожиданно замолчала.

Феба пристально смотрела на нее, глаза широко открыты, на лице немой вопрос.

— Вы знаете, что именно? — выдохнула она.

Эмили колебалась, не зная, что лучше — солгать или признаться в незнании. Наконец она пошла на компромисс.

— Я кое-что знаю — и собираюсь бороться с этим. Вы должны нам помочь.

Отлично сказано. Шарлотта смотрела на сестру с одобрением.

Феба взяла ее за руку и сжала с такой силой, что Эмили вздрогнула.

— Не делайте этого, Эмили! Вы не понимаете, куда это может вас завести! Опасность не миновала. Будет еще хуже! Поверьте мне!

— Тогда мы все должны бороться с этим злом.

— Мы не можем! Оно слишком большое и ужасное. Просто носите крест, молитесь каждый вечер и утро и не покидайте дом по вечерам. Даже не смотрите в окна. Просто оставайтесь в доме и не вмешивайтесь ни во что. Делайте, как я говорю, Эмили, и, может быть, оно не придет за вами.

Шарлотта хотела что-то еще сказать, но внутри ее вдруг проснулся страх. Она схватилась за Эмили и произнесла, подавив свои чувства:

— Может быть, это хороший совет. Пожалуйста, извините нас, мы должны поговорить с леди Тамворт. Мы еще даже не представились ей.

— Конечно, — промурлыкала Феба. — Но будьте осторожны, Эмили! Помните мои слова.

Эмили слабо улыбнулась ей и неохотно пошла по направлению к леди Тамворт.

Прошло еще полчаса, прежде чем у сестер появилась возможность скрыться за розовой клумбой и затем уйти незамеченными в отдаленную часть сада. Там пролегала довольно заросшая тропинка, а за ней возвышалось высокое ограждение, совершенно непреодолимое.

— Куда теперь? — спросила Шарлотта.

— Позади, — ответила Эмили, — должна быть окружная тропинка и еще одна калитка.

— Надеюсь, она не заперта. — Шарлотту беспокоила эта мысль. Это было бы серьезным препятствием. Странно, что такое не пришло ей в голову раньше, потому что сама она никогда не запирала свою калитку.

Они шли вдоль тропинки, держась за руки и рассматривая плотную листву, пока не нашли дверь в заборе, полностью заросшую вьющимися растениями.

— Выглядит так, будто ею никогда не пользовались, — недоверчиво сказала Эмили. — Этого не может быть.

— Подожди-ка минуту, — Шарлотта посмотрела на дверь более внимательно, особенно пристально рассматривая шарниры. — Она открывается в другую сторону. Ее надо смазывать на другой стороне, чтобы она легко открывалась. Попробуй открыть.

Эмили толкнула дверь, но не сдвинула ее с места.

Сердце Шарлотты забилось сильнее. Дверь была заперта.

Эмили вытащила заколку из волос и засунула ее в замок.

— Ты не сможешь отпереть дверь заколкой, — в голосе Шарлотты звучало разочарование.

Эмили игнорировала ее и стала крутить заколкой в замке. Потом снова вытащила кусочек стали, распрямила его, сделала на конце небольшой крючок и попыталась снова.

— Вот, — победно промолвила она и аккуратно толкнула дверь, которая беззвучно отворилась.

Шарлотта была в шоке.

— Где ты научилась этому? — спросила она.

Эмили вся светилась.

— Моя экономка всегда держит все ключи при себе, даже когда идет спать, и мне надоело каждый раз вызывать ее, когда мне нужно открыть бельевой шкаф. В итоге навык оказалось полезным… Ладно, давай посмотрим, что там.

Сестры на цыпочках прошли через дверь и закрыли ее за собой. Сначала они были разочарованы: просто большая беседка, установленная на мощеной дорожке с отдельными участками зеленых растений. Они обошли беседку вокруг, но там ничего не было.

Эмили недовольно остановилась.

— Зачем запирать калитку? — сердито сказала она. — Здесь ничего нет!

Шарлотта наклонилась, сорвала один листик с куста и растерла его между пальцами; запахло горечью и какими-то еще незнакомыми ароматами.

— Интересно, не наркотик ли это, — задумчиво сказала она.

— Ерунда! — отмахнулась Эмили. — Опиум производится из мака, который выращивается в Турции, или в Китае, или где-то еще.

— Есть и другие наркотики, — возразила Шарлотта. — Какая странная форма у этого сада… Я имею в виду, как уложены камни вокруг. Кто-то очень сильно потрудился.

— Всего лишь выложены в форме звезды, — ответила Эмили. — Мне не кажется это очень хорошим вкусом, вышло несимметрично.

— Звезда?..

— Да, другие концы — вон там и сзади за беседкой. А в чем дело?

— Сколько всего концов? — Что-то начало складываться в голове у Шарлотты; вернулись воспоминания о случае, над которым Питт работал более года назад, и о шраме, о котором он говорил…