Дама, которой не было - Мария Жукова-Гладкова

На вторые похороны Анжелики Львовны я не пошла. И Демпси не пошел. И сказал, что не даст ни рубля. И никто из наших не почтил их своим присутствием. Леночка не плакала. Я вообще не заметила ни у кого грусти, как, впрочем, и радости. Все продолжали работать, будто ничего не случилось. Или уже свыклись с мыслью, что Анжелики Львовны не будет никогда?

Я прочитала в Интернете, что похороны прошли очень скромно. Присутствовали законный муж Глеб с адвокатом, незаконнорожденный сын Константин и известный фотограф Екатерина Иванова-Саблезубова, которой Анжелика Львовна в свое время дала путевку в жизнь. Во время первых похорон Екатерины не было в городе. Также на кладбище были замечены сотрудники органов и представители различных изданий и телеканалов. Вероятно, ждали сенсации, но никакой сенсации не получилось. Никто ни с кем не дрался, не ругался. Екатерина плакала, сын с мужем не проронили ни слезинки. С кладбища Глеб уехал с адвокатом, Константин куда-то повез Екатерину. Журналисты и сотрудники органов быстро разошлись. Если кто-то и поминал Анжелику Львовну, то только сам по себе.

Самым интересным было то, что застрелили Анжелику Львовну из того же пистолета, из которого Артем стрелял в Николая и которым тыкал мне в бок. Правда, эта информация в СМИ не попала. Мне ее сообщили в частном порядке.

После работы я отправилась в больницу к Николаю, мне разрешили час просидеть у его кровати. Говорили мы о деле, которое нас познакомило.

– Завтра на работе попытай вашу секретаршу, – посоветовал мне Коля. – Только на работе! Вне работы с ней ни в коем случае не встречайся!

– А она-то при чем?

– Знаешь, пока я тут лежу, мне остается только думать. Неспроста она так рыдала. Ты помнишь, как она переживала смерть начальницы? Или той женщины? Она не лесбиянка. У нее жених есть. Я сам проверял. И «фонарь» ей не жених поставил. Ему она сказала, что на нее вечером напали во дворе.

Но еще до того, как я успела уйти из больницы, в палату буквально ворвались два приятеля Николая.

– Ой, Наташа, хорошо, что и вы здесь! Вам будет интересно! – сообщил один с горящими глазами.

– В прокуратуру из банка приходили, – добавил второй.

– От Бояринова, что ли? – спросила я. Банк у меня ассоциировался с отцом погибшей Ани. Интересно, как он? О нем в прессу в последнее время никаких сведений не просачивалось.

– Да при чем тут Бояринов?! – воскликнул один из друзей Николая. – Из банка, где работал Вячеслав, поклонник балерины Сачковой.

– И… что? – спросила я. Николай молча слушал возбужденных приятелей.

– А то, что они вскрыли его ячейку. Он держал в банке, где работал, небольшую сейфовую ячейку. Срок аренды закончился. Арендатор мертв.

– По идее, они должны были отдать содержимое наследнице. Наследница – мать, – сказала я.

– Вы же, кажется, имели счастье с ней общаться? – хитро посмотрел на меня один из приятелей Николая. – А в банке с ней общались гораздо чаще, чем с вами. И, скорее всего, она про ячейку ничего не знала, иначе бы давно прибежала в банк. Договор об аренде Вячеслав держал в своем столе. Его нашли сотрудницы, которые разбирали его бумаги и собирали пакет с личными вещами, которые отдали матери. Но, самое главное, в ячейке не было никаких денег и никаких документов!

Мы с Николаем вопросительно посмотрели на его приятелей.

– Там лежал портативный диктофон, – сообщили нам.

– Неужели записал Сачкову? – пораженно спросила я.

Мужчины кивнули.

– Она там обещает выйти за него замуж, – сказал один из приятелей Николая.

– А разве подобная запись может служить аргументом… хоть где-нибудь? – спросила я.

– Обещание выйти замуж само по себе не может. Даже если дано в письменном виде. Но Сачкова просит Вячеслава достать конверт с компрометирующими ее фотографиями, который хранился у Анжелики Львовны Романицкой. Она объясняет, что все конверты у Анжелики Львовны подписаны. На «ее» конверте значится «Балерина Сачкова». Вероятно, Романицкая когда-то показывала его балерине, раз та знала, как он выглядит.

– Она предлагает убить Анжелику Львовну?

– Нет, этого нет. Она хочет конверт и предлагает Вячеславу «делать, что хочет». Конверт в обмен на замужество.

– Интересно, ее-то на чем Анжелика Львовна подловила? – хмыкнул Николай.

– Наверное, на мужиках. А может, перед кем-то голой танцевала. На какой-нибудь частной вечеринке. Пока это не всплыло. Но Сачкова явно не хочет, чтобы эти фотографии стали достоянием общественности. Судя по тому, что уже всплыло на других женщин, это нечто мерзкое и сильно порочащее ее репутацию.

Я кивнула.

– И что вы собираетесь делать? – спросила я у ребят.

– Сачкову на завтра вызвали в прокуратуру. Но это, скорее всего, бессмысленно. Она опять приедет с адвокатами и будет молчать как рыба. И она на самом деле не предлагала Вячеславу никого убивать. Она просила достать конверт. И ведь не факт, что неизвестную женщину убил Вячеслав.

– Но Сачкова дала ему ключ от квартиры Романицкой, – сообщил второй парень. – И признается на пленке, что сделала с него слепок. Хвалится ловкостью своих рук.

– Но там же вроде была сигнализация!

– Про сигнализацию на пленке ничего нет, но Сачкова советует идти ночью. Может, имела в виду, что идти следует, пока Анжелика Львовна дома? И сигнализация отключена?

– И советует пытать хозяйку?! – поразилась я.

– Нет, говорит про сейф и рекомендует Вячеславу поинтересоваться на работе, как открывают электронные сейфы. Что-то типа «Должны же у вас быть какие-то универсальные открывалки!». Вероятно, она мало что понимает в этих делах. Но Вячеслава явно выбрала еще и по этой причине. Пистолет при желании в нашем городе купить можно.

Я вспомнила, что Вячеслав один раз точно ходил к Анжелике Львовне днем – о чем свидетельствовала присланная мне анонимом фотография. В какой день? Неизвестно. Может, он в первый раз предложил выкупить фотографии Сачковой? Анжелика Львовна отказала. Тогда он и решил ее убить…

Но у него теперь не спросишь.

А Сачкова ничего никому не скажет. И теперь, наверное, будет следить, чтобы никто ничего не записал.

Или уже что-то записано?

Этого я, скорее всего, не узнаю никогда. Однако я могла спросить у ребят про конфеты, изъятые из квартиры и кабинета Анжелики Львовны. Что показала экспертиза?

Мне ответили, что яд был еще в двух конфетках. Во всех – разный. «Любили» Анжелику Львовну люди…