Счастливый доллар - Екатерина Лесина

Ну, про Истхем говорить-то, конечно, надо, и даже не потому, что Клайд на ферму напал. Тут ведь как, мистер Шеви. Тут вопросец сложный. Я как бывший рейнджер и нынешний шериф вроде бы должен ловить преступников, что, смею вас заверить, и делаю. И никто не упрекнет, что Фрэнк Хеймер работает вполсилы. Нет, я всегда честен, даже когда вроде бы могу и нечестным быть. Тут же не в людях дело, не в Господе, который все видит и всех судить будет уже там, за порогом, а сроку себе добавлять неохота. Тут иное. Самому себе врать – дело распоследнее.

Ну а если не врать, то Истхем премерзейшим местечком был. Да и таким остался, одна надежда, что теперь, когда Симмонс в отставку ушел, хоть чего-то да переменится.

И нет, не спешите думать, будто я Симмонса осуждаю. Не мое это дело. Вон, под него целая комиссия копала, а ничего-то, кроме упреков, не накопала. И добавлять я не хочу.

Я про другое. Жилось-то в Истхеме не сладко. Небось из всех ферм, где заключенных держали, эта наихудшей была. Много чего там непотребного творилось, но вы это не пишите, мистер Шеви, ну про то, что я так говорил. Вы, коль уж так любопытно, порасспросите тех, кто в Истхеме сидел.

И нет, я не думаю, что тюрьмы делают людей сволочами. Клайд Барроу уже был сволочью, когда попал в Истхем. И остался, когда выбрался. Зачем он вернулся? Ну… не думаю я, что он так уж любил своего дружка Гамильтона. Скорее уж он крепко ненавидел Истхем и Симмонса, вот и придумал, как досадить.

Ну, мистер Шеви, тут уж извините, меня в Истхеме не было, меня уж после Ли Симмонс к себе вызвал, поставил да прямо так и сказал:

– Хочу, чтоб ты нашел эту парочку да прикончил на месте.

И не надо думать, мистер Шеви, что я приказ выполнял. Просто получилось оно так, а Ли Симмонс что сказал – то сказал. Ему тоже нелегко приходилось.

Ну с Истхема я, собственно, и познакомился, если можно так сказать, с Клайдом и его подружкой. Я ж приехал на ферму разбираться, как оно было. Ну и вот чего выяснил. Это случилось 16 января. Ранним утром с Тринити Ривер поднялся густой туман, который позволил Клайду Барроу с Фальтсом подобраться к тюрьме. Они залегли в сорняках, поджидая, когда на поле появятся заключенные. Я вам скажу, этот Клайд Барроу был хитрой бестией и успел хорошенько изучить местность и распорядки.

В 7.00 из ворот тюрьмы выползла рабочая бригада вместе с эскортом. Среди заключенных были Рэймонд Гамильтон и Джо Палмер. И оба уже с пистолетами, которые Клайд загодя припрятал в поленнице.

Как только цепочка достигла условленного места, Рой и Палмер выхватили оружие и открыли стрельбу по охране. Майор Кроусон, возглавлявший конвой, не растерялся и принялся палить в ответ. Ему даже удалось ранить Палмера, жаль, несерьезно. Тогда, глядишь, сам бы выжил.

Что, мистер жалеющий, все еще жалеете несчастных заключенных, страдающих в тюрьме? Что вы говорите? Ну да, наша система оставляет желать лучшего, и порой вправду лучше умереть, чем попасть в какой-нибудь ад, вроде Истхэма. Но как иначе? Позволять таким, как Клайд, Палмер или Гамильтон, бегать на свободе? Палмер выпустил майору кишки, а после еще кулаком припечатал рану, чтоб для надежности. И этот удар потом-то и добил. Парень скончался в Хантсвиллской больнице, а было ему всего-то двадцать четыре.

Ранили они и Олина Боузмена, охранника, но, к счастью, только в ногу. Пуля прошла насквозь, и он отделался всего лишь хромотой. Досталось и их собратьям по несчастью. Спасали-то Гамильтона, а на остальных плевать было. Этим остальным пришлось прятаться и жаться в землю, моля Господа, чтоб какая-нибудь случайная пуля не отправила на тот свет раньше времени.

Ладно, увлекся я снова, извините. По фактам если, то наша четверка преспокойно добралась до машины, которую спрятали за милю до фермы. А чтобы дружки не заблудились в тумане, Бонни им сигналила. После все они отправились в Хиллсборо, и подонков на свободе стало четверо.