Достучаться до седьмого неба - Мария Жукова-Гладкова

Француженка и немец направляли друг на друга русские «калашниковы» и ругались на английском языке (каждый – со своим специфическим акцентом) с использованием русского мата.

Англичанина, который теперь сидел, поддерживаемый Васей, еще раз вырвало, и он захлопал глазами, глядя на мокрых до нитки мужчину и женщину с автоматами, предъявляющих друг другу какие-то претензии.

Потом из-под ряда деревьев, которые росли вдоль берега, появилась еще одна очень колоритная группа.

Первым шел абсолютно голый молодой мужик с прекрасным телом. С таким телом надо в стриптизе выступать и стричь деньги с женщин, которым недостает мужской ласки и внимания. Вот только бы побриться красавчику не мешало – ну или отрастить чуть более длинную щетину, а то было ни то ни се. Тут Вася вспомнил, что сам в последний раз брился еще в Петербурге, и непроизвольно дотронулся до щек. М-да, он сам выглядел не лучше красавчика. Васе борода никогда не шла, и он знал, что женщины не любят, когда их колют щетиной. Единственный кусок ткани на голом мужике почему-то был привязан к правой щиколотке и волочился по песку. Это была какая-то белая тряпка непонятного происхождения.

За голым мужиком в ряд выстроились трое, двое мужчин и потрясающе красивая высокая блондинка, как раз в Васином вкусе. Блондинка была одета в весьма потрепанную футболку, чуть-чуть прикрывающую трусики, и кроссовки. Под мышкой держала ноутбук, который в данной ситуации смотрелся весьма странно. Она сегодня явно не успела расчесаться и как следует умыться, про макияж и речи не шло. С одной стороны от нее стоял тучный дядька какой-то восточной национальности в расстегнутой рубашке, которая когда-то была белой, и свободных семейных трусах. Трусы были самыми простыми, в таких еще в Васином бараке мужики ходили. На ногах у дядьки были летние туфли из крокодиловой кожи, тысяч за пять долларов, обутые на босу ногу. На коротких толстых ногах сидело огромное туловище. Может, в костюме он смотрелся бы как-то по-другому, но в почти обнаженном виде выглядел жутко. Ему бы в фильмах ужасов сниматься. Ко всему в придачу дядька был очень волосатый, если не считать головы, на которой уже образовалась внушительная лысина. Остатки черных жестких волос с сединой стояли дыбом. Но он, похоже, решил отрастить бороду – может, чтобы компенсировать лысину. В дядьке было что-то знакомое. Вася его точно раньше видел. Но одназначно не обнаженным.

Третьим в ряду стоял видный мужчина лет сорока, который тоже почему-то отращивал бороду. Мужчина явно занимался своим телом, но недавно обгорел, как, впрочем, и восточный тип. Видимо, поэтому они и не снимали рубашки. На видном мужике, кроме расстегнутой рубашки, были надеты трусы-боксеры. На ногах были летние жутко дорогие туфли из очень мягкой черной кожи. На пляж в таких не ходят. В них ходят на приемы. Уж Вася-то знал толк в мужской обуви… Правда, на щиколотке левой ноги у этого тоже болтался обрывок непонятной белой тряпки. У блондинки и тучного восточного мужика тряпок на ногах не было. Видный мужик тоже сегодня не успел причесаться. Хотя время-то раннее. Эти два типа держали в руках палки, то есть, наверное, правильнее было бы сказать – дубины.

– Где мы? – прохрипел англичанин на родном языке.

– В раю, – ответил голый молодой мужик.

Двое других подкинули в руках дубины. Блондинка внимательно осматривала прибывших на остров.