Фуэте на пороховой бочке - Татьяна Луганцева

– Лазарева, успокойся, ты мне сейчас своими воплями телефон посадишь. Еще один минус для твоего Петра: покушения на Зою Федоровну прекратились, как только его изолировали от общества. Ты хотела моего профессионального совета, так вот что я тебе скажу. Думаю, что в ближайшие лет пять Зое Федоровне ничто угрожать не будет – пока он будет сидеть.

Настя отключила связь. Ее просто разрывало от обиды, злости и бессилия.

– Этого просто не может быть, просто не может быть… – крутилась в голове одна-единственная мысль, словно заезженная пластинка.

– Купи мандарины, дорогая, – обратился к ней один из продавцов.

– Что? – не поняла Анастасия.

– Новый год, красавица! Чего стоишь с елкой, тоскуешь? Купи мандарины, два килограмма по цене одного отдам.

– Да? Спасибо… – Настя была готова на все.

В том состоянии, в какое впала Настя после разговора со следователем, ей лучше было бы не встречаться с рыночными мошенниками. Она вышла с рынка, потратив все пять тысяч, которые были с собой, получив везде какие-то бешеные скидки. Уже дома у Зои Федоровны Настя обнаружила, что принесла в дом кучу ненужных вещей. Чего только она не купила: яйцерезку китайского производства, которая развалилась на составные части уже при распечатывании коробки, так что разрезать яйцо для нее оказалось бы непосильной задачей; ершик для мытья бутылок, хотя давно и никто уже не моет никакие бутылки; мышеловку и еще кучу абсолютно ненужных в хозяйстве вещей. Из продуктов она принесла два килограмма действительно хороших мандаринов, килограмм яблок, килограмм неизвестно какого фрукта и кочан капусты. Довершала список покупок куцая елка, которая обсыпалась при легком дуновении ветерка.

– Какой же Новый год без елки? – попыталась пошутить Настя.

Зоя Федоровна осмотрела все принесенное ею добро и ужаснулась.

– Мда… И вот это ты приобрела на рынке нам на Новый год?

– Да, это… – села снимать с себя сапоги Анастасия.

Молния голенища совсем не слушалась ее холодных пальцев.

– А из мясного мы с тобой что будем есть? А… вижу, тут есть мышеловка. Мы будем ловить мышей и жарить их на маленьких шампуриках в духовке. Типа: «Прощай, год Крысы! Эге-гей, год Быка!» Так?

Настя не отреагировала на комедийно-сатирическое выступление старушки.

– Хреновая ты хозяйка, Настя, вот что я скажу! – выпалила Зоя Федоровна в сердцах.

– А я и не возражаю, – пожала плечами Анастасия. – Не было ни семьи, ни хозяйства, да, видимо, и не будет… Для кого готовить?

– С чего вдруг такое пессимистическое настроение? – сразу же уловила суть Зоя Федоровна. – Я понимаю, тяжело встречать Новый год без любимого человека. Я, когда похоронила мужа, года три для него тарелку на стол ставила – по инерции. Но у тебя, в отличие от меня, еще все может быть. Ты дождешься своего Петра, и у вас все будет хорошо. Но я тебе советую не тянуть с ребенком, ведь его можно зачать и на встречах в тюрьме. Все-таки тебе не двадцать лет, что тянуть? А выйдет он, поживете и для себя, а малыш уже будет.

– Как у вас все просто! – прервала ее Настя и разрыдалась. – Он теперь неизвестно когда выйдет!

– Что ты такое говоришь?! Что за настроения?! – Зоя Федоровна кинулась ее утешать, прижав к себе и гладя по голове.

– Ох, зря я пришла к вам, Зоя Федоровна. Так мне и надо! Узнала на свою больную голову!

И Настя не смогла сдержаться, рассказала старушке и о завещании, составленном ее мужем, и о том, что теперь в покушениях на вдову тоже будут подозревать Петра.

Зоя Федоровна молча взялась за сердце и удалилась. А вернулась с уже знакомым запахом валерианки и еще каких-то лекарств.

– Чего ты тут сидишь? Я на твоей стороне. Я не верю ни одному слову, Петр не может быть причастен к покушениям на меня. Я его знаю очень хорошо, Петя не способен другому человеку сделать плохо. Просто потому, что он такой человек, – уверенно произнесла пожилая женщина.

– Но все же помог вашему мужу отправиться на тот свет, пусть и из добрых побуждений, – возразила Настя.

– А я и в этом не уверена, – отмахнулась Зоя Федоровна. – И ты не смей так плохо думать о любимом человеке! Пойдем, накапаю тебе успокаивающих капелек.

– Да, они мне сейчас не повредят, – согласилась Анастасия.

– Вот и славно! Ну-ка, давай приведем тебя в порядок… Ишь, что удумали… – бубнила про себя Зоя Федоровна, одетая в яркий цветастый халат.

Уже через несколько минут Настя выпила какие-то капли, щедро налитые хозяйкой квартиры в большой бокал, и почувствовала себя очень умиротворенной и обласканной.

– Зоя Федоровна, а вас совсем не смущает тот факт, что ваш покойный муж завещал все после вашей, извините, смерти Петру? – спросила она у вдовы.

– Даже не знаю, что тебе сказать… Нет, меня это нисколько не смущает. Он сколотил неплохое состояние и вправе был позаботиться о его судьбе. Спасибо, что он не оставил меня без средств существования. Видишь, как хитро сделал: пока я живу, всем и пользуюсь. Видимо, Наум не хотел, чтобы после моей смерти нажитое им добро досталось неизвестно кому. Он был очень рационален, вот и позаботился даже о таком моменте заранее. Что тут криминального? Детей у нас не было, родственников тоже. Петр – единственный приближенный к нему человек. Почему б и не завещать ему все? Нет, зная странный расчетливый ум своего мужа, я абсолютно не удивлена.

– Вашими бы устами да мед пить… А если вас вызовут в суд, вы повторите все, что сейчас сказали мне? – спросила Настя.

– Не волнуйся! Я всегда говорю, что думаю. Надо будет, повторю слово в слово, – успокоила ее Зоя Федоровна.

– Я знаю, кому я сейчас позвоню! – сорвалась с места Настя.

И она целый час уговаривала адвоката Петра встретиться с подзащитным и выяснить один-единственный вопрос.

– Ведь только вас пустят к нему! – мотивировала она.

– Анастасия, ведь Новый год на носу, я не могу! Я обязательно навещу его после праздников! – всеми силами отбивался адвокат.

Но Настя была слишком настойчива, и он сдался.

Позвонил Виктор Васильевич уже поздно вечером.

– На вопрос, знал ли Петр о завещании, составленном в его пользу, он ответил отрицательно, – отчитался адвокат перед Настей.

– Что и следовало доказать, – воодушевилась Зоя Федоровна. – Значит, и на меня покушаться ему не было никакого смысла.

– Только кто ж ему поверит, что он не знал? – расстроенно откликнулась Анастасия, которую уже сильно клонило ко сну после успокоительных лекарств, которыми ее напоила Зоя Федоровна. – Ой, у меня просто глаза закрываются…

– Спи, дорогая, спи…

Зоя Федоровна укрыла задремавшую на диване Настю пледом, погасила свет и тихонько вышла из комнаты.