Прелюдия к убийству. Смерть в баре - Найо Марш

– Да, да, да. Она об этом говорила. Но окно было открыто. Оно было приоткрыто примерно на три дюйма. Разве я могу рассчитывать, что вы мне поверите? Вы считаете, что я опустил занавес, подошел к пианино и зафиксировал ту смертельную ловушку? Но я говорю вам, что не делал этого.

– Почему вы опустили занавес?

Темплетт взглянул на свои руки.

– О господи, – вздохнул он. – Вам обязательно нужно вдаваться во все эти подробности?

– Ясно, – отозвался Аллейн. – Я не считаю, что это необходимо. Там была сцена, которая могла скомпрометировать вас обоих, если бы кто-нибудь стал ее свидетелем?

– Да.

– Вы говорили об этом письме?

– Она меня спросила, выяснил ли я… могу также и вам рассказать. У меня есть старая записка от мисс Кампанулы. Я хотел сравнить бумагу. Но я был так занят в течение дня, что у меня не нашлось времени. По этой причине письмо и не было уничтожено.

– Когда вы закрывали окно, вы выглянули из него?

– Да-да, по-моему, выглянул. – В голосе доктора прозвучали нотки неуверенности.

– Вы что-то вспомнили?

– Это не важно. Похоже, я что-то сделал в последний момент.

– Расскажите, что это было.

– Ну что ж, она заметила окно. Первая обратила на него внимание – увидела из-за моего плеча. Ей показалось, будто что-то пролетело вниз за подоконником. Это была просто вспышка, так Селия сказала. Я подумал, это мог быть один из тех проклятых скаутов. Подойдя к окну и выглянув вниз, я никого там не увидел.

– Вас расстроило то, что за вами кто-то подсматривал и подслушивал?

Темплетт пожал плечами.

– Ну какое это имеет значение? – спросил он. – Да, полагаю, нас это огорчило.

– Но кто же это был?

– Я не знаю.

– Разве миссис Росс не сказала, кто это был? Возможно, у нее имелось какое-то представление об этом?

– Вот у нее и спрашивайте, – резко ответил доктор. – Я ничего говорить не буду.

– Когда вы выглянули, они ушли, – тихо проговорил Аллейн. – Но все-таки вы выглянули.

Он смотрел на Темплетта, а Блэндиш и Фокс смотрели на него. Инспектор понял, что они добрались до самого главного. Доктору был известен следующий вопрос Аллейна; он видел, как приподнялась одна бровь и сжались губы старшего инспектора, прежде чем он спросил:

– Вы посмотрели вниз?

– Да.

– И что вы увидели?

– Под окном был ящик.

– Ах! – Старший инспектор еле заметно выдохнул и расслабился. Он улыбнулся и потянулся за портсигаром.

– Это указывает на то, – задумчиво произнес Темплетт, – что кто-то стоял там, используя ящик. Но когда я пришел в ратушу, ящика уже не было, а ведь я проходил мимо этого места, когда шел за ключом.

Аллейн повернулся к Фоксу:

– Вы спрашивали их про ящик?

– Да, сэр. Мистера Джернигэма, мисс Прентис, каждого мальчишку в деревне и всех помощников. Никто ничего не знает.

– Хорошо, – искренне сказал Аллейн.

Впервые за все время пребывания в полицейском участке доктор Темплетт проявил интерес к следствию.

– Это важно? – осведомился он.

– Да, – ответил служащий Скотленд-Ярда. – Думаю, это самое важное.

III

– Вам было известно о ящике? – выдержав паузу, спросил Темплетт.

– Да. А почему вы не курите, доктор? – Аллейн протянул ему портсигар.

– Вы собираетесь предъявить мне обвинение?

– Нет. На основе той информации, что имеется на данный момент, не собираемся.

Медицинский эксперт взял сигарету, а инспектор дал ему прикурить.

– В моей голове полная путаница, – признался доктор инспектору. – Я веду себя глупо.

– Да, – согласился Аллейн. – В какой-то степени вы себя подставили.

Но в его голосе было нечто такое, что успокоило Темплетта.

Смит вошел с копиями.

– Сержант Ропер на улице, сэр, – сообщил он. – Он прибыл с мистером Басгейтом и хочет видеть именно вас.

– Это может и подождать, – сказал Блэндиш. – Он хочет переговорить со мной лично по десять раз на дню, с тех пор как мы взялись за это дело.

– Да, сэр. Где мне оставить копии?

– Положите здесь, – велел старший полицейский, – и ждите снаружи.

Когда Смит ушел, Блэндиш впервые за вечер заговорил с доктором:

– Мне очень жаль, что все так случилось, доктор.

– Все нормально, – ответил медицинский эксперт.

– Думаю, мистер Аллейн согласится со мной: если это не относится к делу, мы постараемся сохранить все в тайне.

– Конечно, – подтвердил Аллейн слова коллеги.

– Меня не очень тревожит то, что может случиться, – спокойно заявил Темплетт.

– Да бросьте, доктор, – недовольно осадил его Блэндиш. – Вы не должны так говорить.

Старший инспектор мысленно вспомнил маленькую прелестную гостиную и изящную женщину с волосами соломенного цвета, чье добродушие не простиралось дальше определенного уровня. Ему показалось, что он понял доктора Темплетта.

– Я думаю, – заметил он, – вам лучше предоставить нам расписание ваших передвижений с двух часов тридцати минут в пятницу и до восьми часов вчерашнего вечера. Мы все проверим, но ваше имя и все то, что мы выясним, останется в тайне.

– Но что касается тех десяти минут в ратуше, тут все нормально, – уведомил Темплетт. – Бог свидетель, я был все время с ней, пока не пошел закрывать окно. Узнайте у нее, сколько это заняло. Меньше двух минут! Не сомневаюсь, что она это подтвердит. Здесь ей абсолютно нечего терять.

– Мы у нее спросим, – заверил Аллейн.

Темплетт начал перечислять дома, которые он посетил во время обходов. Фокс все записал.

Аллейн неожиданно попросил Блэндиша узнать, как долго в Пен-Куко не работал телефон из-за упавшей ветки.

Старший полицейский позвонил на станцию.

– С восьми часов двадцати минут вечера до следующего утра.

– Да, – произнес Аллейн, – да.

Доктор Темплетт довольно вяло перечислял все события и места, которые он посетил в этот день.

– Да, в пятницу я весь день охотился. Домой пришел вовремя, чтобы переодеться и пойти на репетицию. Это можно проверить у слуг. Потом меня ждал срочный вызов. Я освободился около полуночи. Миссис Бейнс с Милл-Фам. У нее были схватки в течение суток… да…

– Можно вас перебить? – попросил Аллейн. – Вчера утром в Пен-Куко миссис Росс не выходила из машины?