Прелюдия к убийству. Смерть в баре - Найо Марш

Это была именно та женщина, которую инспектор заметил в церкви. Она очень любезно поприветствовала гостя, пожала ему руку и как-то странно улыбнулась.

– Это мистер Басгейт, – представил инспектор журналиста. Он заметил, как рука Найджела потянулась к галстуку. Селия с самым доброжелательным видом усадила гостей у камина. Инспектор отметил, как хозяйка дома глянула на часы с купидоном, стоящие на каминной полке.

– Считаю, что все это ужасно! – горячо произнесла она. – Как у кого-то рука поднялась!

– Очень неприятная история, – подтвердил Аллейн.

Селия Росс предложила им сигареты. Инспектор ответил отказом, и Найджел очень неохотно последовал его примеру. Миссис Росс прикурила и наклонилась к Аллейну.

«Шанель номер пять», – подумал старший инспектор.

– Я никогда не была под следствием, – призналась миссис Росс. – Боже мой, это звучит довольно странно.

Дама усмехнулась. Басгейт тоже хмыкнул, но, поймав взгляд инспектора, замолчал.

– Надеюсь, что долго вас не задержу, – сказал Аллейн. – Нам необходимо выяснить, где был и чем занимался каждый начиная с полудня пятницы и до самого момента трагедии.

– Боже мой! – воскликнула миссис Росс. – Мне этого никогда не вспомнить. Но даже если получится, мои слова будут больше напоминать самообвинение.

– Надеюсь, что нет, – степенно проговорил служащий Скотленд-Ярда. – Кое-какая информация у меня уже имеется. В пятницу вы посетили короткую репетицию в пять часов в Пен-Куко, не так ли?

– Да. Но за исключением этого я весь день провела здесь.

– И вечер пятницы?

– Да, и вечер пятницы. У нас тут, видите ли, не очень весело, мистер Аллейн. С тех пор как я сюда приехала, только два раза обедала вне дома. Местная деревенская жизнь просто засасывает меня.

– В субботний вечер, полагаю, вы были со всеми в ратуше?

– Да. Я перевезла туда свои вещи, необходимые для оформления сцены. Мы их тащили на прицепе за «Моррисом» доктора Темплетта.

– Вы поехали прямо в ратушу?

– Нет. Сначала мы заехали в Пен-Куко. Я и забыла об этом. Я не выходила из машины.

– Доктор Темплетт пошел в кабинет?

– Он вошел в дом, – беспечно ответила миссис Росс. – Не знаю, в какую именно комнату.

– А вернулся через французское окно?

– Не помню. – Селия замолчала, а потом добавила: – Эсквайр, мистер Джернигэм, вышел и поговорил со мной. Я заметила доктора Темплетта, только когда он подошел к окну автомобиля.

– Ах да! Вы вернулись сюда на обед?

– Да.

– А после обеда?

– В субботу после обеда? Это же вчера было, так? Господи, как будто целая вечность прошла с тех пор. Ох, я отнесла в ратушу ужин.

– В котором часу?

– Думаю, это было примерно три часа тридцать минут, когда я пришла туда.

– Там было пусто?

– Нет. Там был доктор Темплетт. Он приехал сразу же после меня и привез свою одежду.

– Как долго вы там пробыли, миссис Росс?

– Не знаю. Недолго. Около получаса.

– А врач?

– Он ушел раньше меня. Я раскладывала сандвичи.

– И резали лук?

– Лук! Боже праведный! Почему я должна была этим заниматься? Нет, спасибо. Меня тошнит от одного его вида. И я берегу руки.

У Селии были ухоженные маленькие ручки. Она протянула их к огню.

– Простите, – извинился Аллейн. – Мы нашли лук в комнате отдыха.

– Не представляю, как он мог туда попасть. Эта комната в пятницу была очень тщательно убрана.

– Это не имеет значения. В субботу после полудня вы обратили внимание на пианино?

– Нет, не думаю. Занавес был опущен. Полагаю, даже если что-то было бы не так, я бы не заметила. Я не входила в переднюю часть ратуши. Один ключ открывает две двери.

– И заходил туда только доктор Темплетт?

– Да.

– Мог ли кто-нибудь проникнуть незаметно в переднюю часть ратуши, пока вы находились в комнате отдыха?

– Полагаю, что да. Нет-нет. Конечно же, не мог бы. У нас был ключ, и передняя дверь была заперта.

– Доктор Темплетт заходил в зрительный зал?

– Только чтобы закрыть окно.

– Какое окно было открыто?

– Это довольно странно, – проговорила миссис Росс быстро. – Я уверена, что закрывала его утром.

III

– Окно выходит на дорогу, и оно ближайшее к парадному входу, – продолжила Селия после паузы. – Я помню, что когда мы уходили, я захлопнула его на случай дождя, чтобы не заливало зал. Это было в полдень.

– Вы уходили в полдень последняя?

– Нет. Мы ушли все вместе, но полагаю, что мистер Темплетт и я вышли первыми. Коупленды всегда выходят через заднюю дверь.

– По-видимому, кто-то заново открыл окно?

– Возможно.

– Вы были на сцене, когда доктор Темплетт закрывал его?

– Да.

– Чем вы были заняты?

– Мы… Я убирала в зале и вешала те украшения, что принесла.

– Доктор вам помогал?

– Он, ну… Он смотрел.

– И все это время окно было открыто?

– Да, полагаю, что да. Конечно, было.

– Вы сказали ему, что думали, будто закрывали его?

– Да.

– Вам не кажется, что кто-то мог открыть его снаружи?

– Нет, – с уверенностью ответила миссис Росс. – Мы уверены, что никто этого не делал. Занавес был всегда поднят. Было бы заметно.

– Мне показалось, вы говорили, что занавес был опущен.

– Ох, конечно, я не права. Он был поднят, когда мы туда пришли, но мы его опустили. Занавес должен быть опущен. Мне хотелось испробовать лампу, которую я принесла.

– Вы опустили занавес до или после того, как обратили внимание на окно?

– Не помню. О да. Полагаю, это было после.

Селия наклонилась вперед и посмотрела на Найджела, который вел записи во время беседы.

– Я поражена тем, сколько вы написали, – сказала она напарнику Аллейна. – Мне необходимо прочесть это и подписать?

– Не сейчас, – ответил тот.

– Дайте мне посмотреть!

Басгейт протянул ей записи.

– Они выглядят как записи, сделанные журналистом, – заметила миссис Росс.

– Это наша профессиональная хитрость, – смело солгал Басгейт и густо покраснел.

Она засмеялась и вернула ему записи.