Семь лет молчания - Марина Серова

– И чем ты так ее привлек? Никогда не понимала. Ты мне с первых минут нашего знакомства показался крайне неприятным типом. Вижу, что я не ошиблась.

– Ну, ты погорячилась. Я многим нравлюсь.

– Думаю, твоя жена с этим согласится. Забавный вышел скандал у вас с ней. Ленка показывала мне видео, – засмеялась я ему в лицо.

– Вот гадина! – разозлился Филипп. – Что еще она тебе показывала?

– Похоже, она не такая и дурочка, за которую ты ее держишь.

– Сколько ты еще будешь с ней там возиться? – нетерпеливый тон его отчима был слышан в доме с улицы. – Как в первый раз, ей-богу.

– Тебе приходилось делать это и раньше?

– Я много чего делаю. Так, куда же тебя привязать? – осматривая комнату, спросил сам себя Филипп.

Пока он раздумывал, к чему меня приковать, я улучила момент и выхватила у него мой пистолет. Не зря же столько лет отрабатывала приемы на татами. К тому же на этот раз в мои планы не входило быть прикованной к кровати и упускать главных подозреваемых.

– Эй-эй, не горячись! – не на шутку испугался Филипп. – Давай обсудим.

– Расскажи мне все о вашем бизнесе.

– Не понимаю, о чем ты.

– Все ты прекрасно понимаешь. Иначе что бы вы вдвоем в этой глуши делали? Явно не на курорт приехали.

– Да что ты там копаешься? – неожиданно ворвался в дом Константин Владимирович и на секунду обомлел. В этот момент я как раз держала на мушке Филиппа.

– Ну ты олух, как мог так облажаться? – Его отчим схватился за голову. – Ты даже с бабой справиться не можешь. Ничего доверить нельзя. Дамочка, вам не справиться сразу с нами двумя. К тому же пушка, как я вижу, только одна.

– Не запугаете. Да и далеко не уедете, вас поймают. Поэтому в вашем случае лучше сдаться.

– Не тебе мне указывать, девочка! Мы уйдем отсюда, и ты не остановишь нас.

– А вот и нет, никуда вы отсюда не уедете, – в дверном проеме появился Кирьянов.

– Ну, наконец-то, Вов! Еще немного, и они бы ушли, – вздохнув, произнесла я.

– Я же тебе говорил подождать нас, Иванова. Когда ты начнешь слушаться?

– Нужно было их задержать. Я и так ждала вас очень долго.

– Константин Семеренко и Филипп Афонин, вы арестованы по подозрению в похищении людей и незаконном бизнесе. Повернитесь, – Кирьянов надел на них наручники.

– У вас нет доказательств! – озлобленно гаркнул Семеренко.

– Их у нас достаточно. Поехали обратно, – скомандовал Володя.

Их затолкали в машину. А мне пришлось идти до своей машины туда, где я ее оставила.

Обратная дорога из Лебяжьего до Тарасова показалась мне намного короче, я доехала быстрее. Когда подъехала к отделу, Володя выходил из своей машины. На крыльце в это время стояли двое мужчин. Это были Матвей и его отец, Кирилл Владимирович Семеренко.

Увидев, как из машины в наручниках выводят его брата, ректор набросился на Кирьянова с угрозами.

– На каком основании вы их задержали и почему меня с сыном сюда вызвали? – стал кричать он на Володю. – Я найду на вас управу. Мы влиятельные люди.

– А вас обоих я попрошу пройти в мой кабинет после того, как допрошу ваших родственников, – спокойным тоном обратился к нему Кирьянов.

Первым мы с Володей допросили главного врача Константина Семеренко. Он отказался от услуг адвоката, утверждая свою невиновность. В кабинете у Кирьянова он вел себя спокойно, в отличие от своего брата, который периодически на кого-то кричал в коридоре.

– Вы узнаете этих девушек? – Кирьянов положил перед ним на стол две фотографии Лизы и Марины.

– Впервые вижу, – бегло взглянул на них Семеренко.

– Тогда посмотрите сюда, – Володя показал ему другие фото, которые сделала я, когда пробралась в подвал клиники. – Что это за комнаты, узнаете? Снимки были сделаны в вашем медицинском учреждении.

– В нашей клинике не было таких помещений. Вы что-то путаете.

– Вы, конечно, будете отрицать, ведь перед отъездом вычистили там все, не оставив следов.

– Вы правы, когда мы уезжали, то наняли для уборки клининговую компанию, чтобы после себя помещение оставить чистым.

– Но здание под снос, зачем его мыть? По-моему, это бессмысленно, – спросила я Семеренко.

– Бессмысленно держать меня тут, не имея весомых доказательств.

– Почему же вы сбежали со своим сыном сразу после того, как мы обнаружили похищенных девушек в Климовке?

– Хотел провести с ним больше времени. С похищенными девушками это никак не связано.

– Дом в Климовке строили вы?

– У меня нет там дома.

– Тогда как вы объясните, что мы нашли фирму, которая строила этот коттедж? Все документы подписаны вами, оплата за их услуги производилась с вашей банковской карты, – Кирьянов разложил перед ним ксерокопии чеков и документов.

– Повторю: это не мой дом.

– Да, по документам собственником числитесь не вы, а ваш племянник. Но он утверждает, что вы его попросили записать дом на себя и даже заплатили ему за это немалую сумму. Зачем?

– Не понимаю, для чего мне это было нужно?

– Наверное, чтобы прятать там людей. И получать за это деньги. В этом доме мы нашли пропавших семь лет назад девушек. Они сейчас в больнице и уже дали свои первые показания. У нас также есть признание человека, который на вас работал.

– А доказательства моих злодеяний у вас есть?

– Мы работаем над этим. Нам также нужно знать о третьем месте, где вы прячете людей.

– Не понимаю, о чем вы. Проверьте мою клинику. Мы недавно переехали в новое здание. Там нет никаких подвалов. Все абсолютно законно. Пациентов лечат, согласно их диагнозам. А что касается каких-то там пропавших девушек, я понятия не имею, о чем вы. Вы нашли их в доме Матвея. С него и спрашивайте. И да – я оплачивал строителей, потому что сначала хотел этот дом для себя, но потом подарил его племяннику.

– Может быть, вы подарили его приемному сыну?

– Нет, племяннику, – продолжал настаивать на своем главврач.

– Мы были в новом помещении клиники. Действительно, там все законно. Потому что никаких подвалов в этом здании не предусмотрено. С этим у вас вышла заминка. Поэтому и развезли своих неучтенных пациентов по разным точкам. Две из них мы обнаружили. Осталась третья. И вы не выйдете отсюда, пока не скажете мне адрес, – Кирьянов ударил по столу кулаком.

– Подполковник, вы ходите вокруг да около. Нет у вас доказательств. Поэтому либо арестовывайте меня, либо отпускайте.

– По закону я имею право арестовать вас на двое суток до выяснения новых обстоятельств.