Потаенный свет - Майкл Коннелли

– Запрещено из-за вознаграждения? Компания не разрешает содействовать неофициальному расследованию, поскольку обещала вознаграждение?

– Это делается для того, чтобы избежать столкновения интересов. Кроме того, существует опасность в юридическом отношении. Я не имею защиты со стороны властей, не то что полиции. Если материалы моих расследований будут опубликованы, мне могут вчинить иск.

Я старался предпринять какой-нибудь ход. Кажется, Жатмари что-то скрывает, и это "что-то", возможно, в его досье.

– Посмотрите еще раз на эту фотографию, – проговорил я. – Посмотрите на руки женщины. Вы человек религиозный, мистер Жатмари?

– Временами. А вы?

– Я не очень хорошо понимаю, что такое религия. В церковь не хожу. Но я думаю о религии, и мне кажется, в душе у меня есть Бог. Я хочу сказать, что принципы похожи на религию. В них нужно верить и стараться претворить их в жизнь. Когда я увидел Анджеллу Бентон мертвой на плиточном полу, увидел ее протянутые руки... Мне показалось, что она подает мне знак...

– Какой знак?

– Словно призывает верить и молит о спасении. Вот почему ее убийство не выходит у меня из головы.

– Кажется, я вас понимаю.

– А если понимаете, достаньте досье, – промолвил я так, будто проводил сеанс гипноза, – а сами пойдите выпить кофе или покурить. И не особенно спешите. Я буду здесь.

Жатмари долго смотрел на меня, потом потянулся к ящикам стола. Через полминуты я увидел пухлую папку. Жатмари отодвинул кресло и встал.

– Я, пожалуй, выпью кофейку. Вы что-нибудь хотите?

– Спасибо, нет.

Как только за ним затворилась дверь, я сел в его кресло и раскрыл досье. В основном там содержались знакомые мне материалы, а также копии контрактов и соглашений компании со своим клиентом, банком Лос-Анджелеса. Эти документы я видел впервые – равно как и записи о допросах служащих банка и Александра Тейлора. Жатмари допросил также всех охранников, находившихся в тот день на съемочной площадке. Я пробежал их глазами, но на материалах о допросах трех банкиров, с которыми я должен был встретиться днем – Гордона Скейгса, Лайнуса Саймонсона и Джослина Джонса, я остановился подольше. Самой значительной среди них фигурой был Скейгс. Именно он отвечал за предоставление однодневного займа "Эйдолону" и принятые меры безопасности. Саймонсон и Джонс просто рабочие пчелки, которые делают то, что им велено, будь то наклеивание этикеток на консервные банки или отсчитывание двадцати тысяч стодолларовых купюр.

С немалым интересом я ознакомился со справками о материальном положении Джека Дорси, Лоутона Кросса и вашего покорного слуги. Справки были составлены на основе данных, испрошенных у наших банков и кредитных учреждений. Согласно мнению Жатмари, мое положение в этом смысле было стабильным, тогда как на кредитных карточках Дорси и Кросса накопились большие долги. Особенно тяжелая ситуация сложилась у Дорси, который был в разводе и выплачивал пособия на содержание четырех детей. Ему даже приходилось оплачивать обучение в колледже двоих из них.

Дверь кабинета отворилась, заглянула секретарша – очевидно, хотела сообщить что-то своему начальству, но увидела за его столом меня.

– Что вы здесь делаете?! – воскликнула она.

– Жду мистера Жатмари. Он вышел выпить чашечку кофе.

Она уперлась руками в пышные бока, что у всех народов означает возмущение.

– А он позволил вам читать его бумаги?

Я не собирался ставить Жатмари в ложное положение.

– Он просил подождать, вот я и жду.

– Немедленно пересядьте в кресло для посетителей. Я доложу мистеру Жатмари об этом.

Я закрыл папку, обошел стол.

– Буду весьма признателен, если вы не сделаете этого.

– Не нужна мне ваша признательность. Я все равно доложу.

Секретарша вышла, оставив дверь открытой. Через несколько минут в кабинет ворвался разъяренный Жатмари и со стуком захлопнул за собой дверь. Потом обернулся ко мне. Гнев его как рукой сняло.

– Спасибо, что разыграли эту маленькую сцену. Надеюсь, нашли, что вам нужно, потому что согласно всем правилам я должен вышвырнуть вас вон.

– Не возражаю, – усмехнулся я, вставая. – Только позвольте еще один вопрос.

– Слушаю вас.

– У вас обычная практика – собирать данные о материальном положении полицейских, как вы сделали в отношении меня, Джека Дорси и Лоутона Кросса?

Жатмари сдвинул брови, стараясь вспомнить, зачем он так поступил.

– Я совсем забыл об этом. Вероятно, решил, что, поскольку похищены деньги, неплохо бы проверить, как с финансами у фигурантов. Особенно это касалось вас, ведь вы находились на площадке в момент похищения.

Верный ход, подумал я.

– Сердитесь?

– Нисколько. С какой стати? Просто гадаю, как вам это пришло в голову.

– Еще что-нибудь полезное отыскали?

– Кое-что пригодится.

– Желаю удачи. И держите меня в курсе.

– Непременно.

Мы пожали друг другу руки.

Уходя, я пожелал возмущенной секретарше не утомляться на работе.

Она промолчала.