Безумный гороскоп - Людмила Ситникова

Через два дня в коттедж Копейкиных приехала Диана.

– О!.. Не успели мы от вас свалить, как ты по нас уже соскучилась, – рявкнула Розалия.

Проигнорировав ее слова, Дианка подошла к Катке.

– У нас новая беда, – выпалила она.

– Еще одно убийство?

– Хуже. Отца утром арестовали.

– Что?!

– Его обвиняют в убийстве тети Саши. И он… Катка, папа во всем сознался. Он задушил тетю в кабинете, а потом отвез тело подальше от дома, чтобы запутать следствие.

Розалия Станиславовна первой справилась с оцепенением.

– Боря убил Шурочку? Не могу поверить. Почему?

Диана зарыдала.

– Говорит, было больно смотреть, как страдает мать от постоянных нападок сестры.

– Как следствие вышло на Бориса?

– Рядом с местом, где нашли тетю, есть несколько круглосуточных лотков. Следователь опросил работающих в ту ночь продавцов. Никто ничего подозрительного не заметил. А в километре располагается бензозаправка, и ее владелец вспомнил, что в третьем часу ночи к ней подъехала черная «Вольво». Сидевший за рулем мужчина открыл окно и попросил, чтобы залили полный бак бензина. Парень запомнил номер тачки. Это была машина отца.

– А почему он запомнил именно ее номер?

– Его удивил странный вид папы. Он был одет в пижаму и поверх нее халат. А на руках… Когда отец протягивал ему деньги, парень заметил, что тот в резиновых перчатках.

Диана уткнулась в плечо Копейкиной.

Розалия Станиславовна задала вопрос:

– А кто тогда убил Олега? Тоже Борис?

Дианка кивнула:

– Папа и в его убийстве сознался.

– Но этого не может быть. – Ката вскочила с дивана. – Олега убила женщина! По крайней мере, Роман видел, как в квартиру заходила черноволосая дама.

– Я ничего не соображаю, – выла Диана.

На следующий день Катке разрешили встретиться с арестованным Гжельским. Здесь, правда, не обошлось без помощи Отара. После того как Розалия составила капитану милиции персональный гороскоп, из которого следовало, что очень скоро на Отарика свалится огромная удача, он пообещал выполнить любую ее просьбу.

Ката не преминула воспользоваться добротой Отара.

Но Борис был не расположен вести беседы. На все вопросы Копейкиной Гжельский упорно твердил:

– Я виновен в смерти Олега и Шуры. Пусть меня судят. Я готов понести самое суровое наказание.

– Я вам не верю, Борис Игоревич.

– Думаю, судья поверит.

– В деле одни нестыковки. Вы не могли убить Александру Константиновну.

– Откуда ты знаешь? Я же ее убил.

– То есть вы заранее спланировали убийство, да?

– Совершенно точно.

– И вы еще днем знали, что вечером, когда домочадцы заснут, отправите Купатову к праотцам?

– Да. Удавку приготовил загодя.

– Вот вы и попались. Борис Игоревич, зачем вы на себя наговариваете?

– Я убийца.

– Настоящий убийца, решившийся на столь ужасный шаг, никогда не облачится в пижаму и халат!

Гжельский покачнулся.

– А вы были в халате. Как такое возможно?

– Я убил Шуру, – стоял на своем Борис. – Чего ты добиваешься, я во всем признался, меня осудят.

– Я добиваюсь правды.

– Правда одна – я преступник.

– Но в убийстве Олега подозревают женщину. Темноволосая дама приходила к нему в ночь…