Безумный гороскоп - Людмила Ситникова

– Я тебя и так отблагодарила.

– Чем?

– Тем, что обещала держать рот на замке.

– Но…

– Тебя друзья заждались на крыше.

Генка развернулся.

– Гена, – позвала Катка.

– Чего еще?

– Скажи своим подругам и сам возьми на заметку – загорать с одиннадцати утра до шести вечера не стоит. Солнце в это время может нанести вред коже.

Геннадий отмахнулся.

Остановившись у телефонного автомата, Копейкина сняла трубку, краем глаза отметив, что Женек заметил потенциальную жертву.

– Вот невезуха, – закричала Катка, подойдя к другому автомату.

– Они все не работают, – со знанием дела заявил Евгений.

– А мне срочно позвонить надо.

– Могу помочь. Арендуйте у меня телефончик. Минута звонка на сотовый стоит десятку, если на городской звонить будете – пятнадцать.

– Дорого.

– Поблизости телефонов нет. Я от чистого сердца предлагаю.

Катарина нацепила на лицо маску суровости.

– А для сотрудника правоохранительных органов скидочку сделаете?

Женя замер.

– Почему молчите, Евгений Ступкин?

– Откуда… вы меня знаете?

– Профессия такая, друг мой.

Облизав пересохшие губы, Женя попятился.

– Стоять. Иначе буду расценивать твои действия как попытку побега, – рявкнула Катка.

– Я ничего такого не сделал.

– Да ну? А у меня есть информация, что ты незаконно завладел чужим имуществом.

– Н-нет.

– Как нет? А сим-карта, которая до недавнего времени покоилась в этом телефоне? – Ката показала парню сотовый Александры Константиновны.

Поняв, что перед ним стоит не простая прохожая, Женя залебезил:

– Сим-карту я купил.

– Правильно, у Геннадия. Теперь верни карту мне.

– Я ее купил, – повторил он, пряча в карман джинсов телефон.

Катка глубоко вздохнула:

– Получишь свою тысячу, давай сим-карту.

– Она у меня не с собой. Дома.

– Тогда вперед, время не ждет.

Сорок минут спустя, расставшись с тысячной купюрой, Катарина вернулась к «Фиату».

Поздравив себя с завершением успешной операции, она занялась «конфискованным» мобильником Купатовой.

Ката не ошиблась. Сим-карта хранила довольно интересную информацию. Входящих звонков Александра Константиновна в день убийства не получала, не звонила днем никому и она сама… Но зато вечером, вернее ночью, Александра набирала номер Эрнеста.

Копейкина покрылась потом.

Звонок был сделан в ноль часов сорок две минуты.

– Господи, она звонила Эрику перед самой смертью.

Черные круги перед глазами и нарастающий шум в ушах заставили Катку откинуться на спинку сиденья.

Эрик… Эрнест… С какой стати Александра звонила сыну ночью?

Ей вспомнился уступ, окно и клумба пионов.

– А что, если Эрик приехал в особняк не утром, а сразу после полуночи?

Открыв бутылку минералки, Ката с жадностью стала глотать теплую воду.

Без четверти пять она уже сидела за столиком открытого кафе и озиралась по сторонам.

Эрнест приехал с десятиминутным опозданием.

– Не мог найти ключи от машины, – сказал он, сев на пластмассовый стул. – А что за срочность, по телефону ты толком не объяснила, зачем хочешь со мной встретиться? И вообще, почему нельзя было поговорить дома?

– С глазу на глаз мне будет легче.

– Загадочная ты женщина, Катарина. Вся окутана таинственностью.

Катка отпила остывший кофе и попросила:

– Эрик, будь другом, принеси пару салфеток.

Он встал.

– Эрик, подожди. У меня телефон разрядился, не одолжишь свой? Надо позвонить Розалии.

– Держи, – усмехнувшись, Гжельский пошел за салфетками.

Трясущимися руками Копейкина нажимала на кнопки его телефона.

Когда Эрнест вернулся, Ката с вызовом уставилась на него.

– Да что с тобой, в конце концов? – насторожился он. – Ведешь себя неестественно. Ты здорова?

– Эрик, зачем ты соврал?

– Я? Когда?

– Почему не сказал майору, что в ночь убийства Александра Константиновна звонила тебе на сотовый?

Гжельский моментально покрылся испариной.

– Звонила мне? Ты что-то путаешь.

– У меня телефон Купатовой. Отрицать бессмысленно.

Эрнест быстро осмотрелся вокруг.

– Я не посчитал нужным рассказывать о звонке тетки, потому что в действительности с ней не разговаривал. Не забывай, я находился в дороге, а когда она звонила, я спал. Провел несколько часов за рулем – глаза слипались. Я попросту не слышал ее звонка. Увидел, что она звонила, лишь утром.

– Экспертиза установила, что смерть Александры наступила…

– Да, да, знаю, между полуночью и двумя ночи.

– Ее звонок, сделанный без восемнадцати час, мог здорово помочь следствию. Но ты упорно молчал. И я хочу услышать правду – почему.

– Говорю, я с ней не разговаривал!

– Очередная ложь. Пока ты ходил за салфетками, я узнала много интересного.

– Может, поделишься информацией? – с издевкой в голосе процедил Гжельский.

– С удовольствием. Утверждаю со стопроцентной гарантией – ты разговаривал с тетей. Об этом свидетельствует высвеченный номер ее телефона во входящих звонках. Если бы, как ты выразился, ты спал и не слышал звонка, то номер Купатовой значился бы в пропущенных вызовах. А он во входящих, Эрик. Доказательства налицо.

Эрнест побагровел:

– Я тебя недооценил, ты дашь фору любому сыщику.

– Не стоит мне льстить.

– Хорошо, – он нагнулся к ее лицу, – я ответил на звонок. Я сказал тетке, что не желаю с ней разговаривать, и отсоединился.

– Ты был ночью в особняке? Я права? Забрался в кабинет Александры через окно.

– Я стучал в окно, – выпалил Эрнест. – Не хотел будить домашних, а когда увидел свет в кабинете тетки, постучал по стеклу. Она открыла мне входную дверь, мы вернулись в кабинет, стали разговаривать…

– И?

– Для тетки я навсегда остался маленьким беспомощным мальчиком. Она закидала меня вопросами. Почему я бледный, откуда круги под глазами. Потом потребовала показать руки.