Тайна семьи Вейн. Второй выстрел - Энтони Беркли

– Конечно, – произнес Роджер, отправляя в рот пирог с ветчиной и телятиной, – когда я сказал «убийцы», то, возможно, малость преувеличил.

– Вы до сих пор не поставили нас в известность, о ком говорите, сэр, – нетерпеливо произнес инспектор. Он уже в седьмой раз повторял нечто подобное, но его любопытство до сих пор не было удовлетворено.

– Возможно, куда уместнее в данной ситуации сказать, что это отпечаток большого пальца человека, который знает, как миссис Вейн встретила свою смерть, – продолжил Роджер, находивший определенную извращенную радость в нарочитом затягивании обнародования информации, столь сильно затронувшей профессиональное любопытство инспектора. – Но в любом случае его отпечаток перед вами.

– Этот человек, случайно, не местный житель? – с самым невинным видом осведомился инспектор.

– Тот, кто прилежно занимается своим делом, обязательно это выяснит, – бросил Роджер с вызывающими нотками в голосе, – а тот, кто следует по верному пути, не сворачивая с него, способен совершить удивительные открытия. Иными словами, за труды его даруется ему царствие небесное. Кстати, Энтони, даруй мне еще один кусочек этого чудесного пирога. Нет, Энтони, в два раза больше того, что ты поначалу собирался отрезать.

– Кто этот человек, мистер Шерингэм?! – в отчаянии возопил инспектор Морсби.

Роджер посмотрел на него в упор:

– Я, инспектор, вам этого не скажу. Можете арестовать меня за сокрытие важной для следствия информации, за отказ выполнять требования властей, за поджог, мошенничество, нарушение присяги или что-нибудь еще в этом роде. Короче, за что угодно. Но я все равно буду хранить молчание. Ибо вы дискредитировали себя в моих глазах, попытавшись сегодня утром лишить меня уверенности в себе и очень умело выпотрошив мое сознание, не дав при этом ничего взамен. Если разобраться, я постоянно делаю вам щедрые презенты и практически ничего за это не получаю. Ну так вот, с сегодняшнего дня я решил с этим покончить.

Инспектор налил себе стаканчик виски и с удовольствием выпил. Потом поставил стаканчик на стол и вытер платком усы.

– Серьезные обвинения, сэр, – заметил он ровным голосом, ибо слова Роджера, похоже, нисколько его не тронули.

– Оказание противодействия полиции, к примеру? – с ухмылкой осведомился Роджер. – Да, серьезное обвинение, не правда ли? Но какое волнующее! В прежние годы в жизни не оказывал противодействия властям. Но теперь мне это даже нравится.

Инспектор расхохотался:

– Помимо этой бумажки, у вас в рукаве есть что-то еще, сэр. Я точно это знаю. Ну и что, по-вашему, я должен сделать, чтобы это заполучить?

– Отправьте эту бумажку в свою контору и попытайтесь узнать, кому принадлежит этот отпечаток, – с готовностью ответил Роджер. – Честно говоря, эти сведения могут не представлять никакой ценности или, наоборот, представляют – да еще какую! Как вы знаете, у меня есть кое-какие идеи, но я хочу, чтобы они подтвердились, и лишь после этого сообщу вам нечто определенное. Вот так.

– Признаться, я не одобряю вашего поведения, сэр. По закону вы должны сообщить мне всю известную вам информацию по этому делу и позволить мне решать, что важно и представляет ценность, а что – нет. Тем не менее, зная ваши способности, – произнес инспектор, делая лестное для Роджера заключение, – я, пожалуй, пойду на риск и соглашусь на предложенную вами сделку.

– По рукам, – согласился Роджер. – Я же, в свою очередь, обещаю, что расскажу вам все, когда вы получите из Скотленд-Ярда ответ – пусть даже негативный. Между прочим, инспектор, если вы поторопитесь, то сможете отправить послание в Скотленд-Ярд еще сегодня. Почта пока работает.

– Верно, – заметил инспектор, алчным взором глядя на свой опустевший стаканчик, но потом все-таки поднялся на ноги. – Надеюсь, вы дождетесь моего возвращения?

– Да, я в любом случае останусь здесь, хотя дать гарантию, что кузен последует моему примеру, не могу. Кстати, Энтони, тот двухместный автомобиль, что стоит рядом с гостиницей, имеет какое-либо отношение к твоей персоне?

Энтони порозовел.

– Ну, – начал он, – я…

– Все понятно, – добродушно произнес Роджер, прерывая его оправдания. – Если ты не вернул его в гараж, стало быть, предполагаешь использовать и в дальнейшем. Что ж, в свете луны побережье выглядит просто великолепно. Так по крайней мере мне говорили. Поэтому бон вояж! – желаю тебе хорошей поездки. О, инспектор, подождите минутку!

Инспектор Морсби, уже открывавший дверь, повернулся к Роджеру:

– Слушаю вас, сэр.

– Просто хотел спросить, вы узнали что-нибудь относительно той туфли?

Инспектор обдумал его слова и сказал:

– Хотите, чтобы я сообщил вам конфиденциальные сведения? А сами, между тем, придерживаете информацию, которой располагаете…

– Но вы же обещали, инспектор, помните? – произнес Роджер с довольной улыбкой.

– Если мне не изменяет память, речь шла о взаимном обмене информацией, – проворчал инспектор. – Ну да ладно, заплачу вам добром за зло. Да, мне удалось проследить эту пару туфель (мы все-таки нашли вторую, как и намеревались).

– Проследить? – с интересом осведомился Роджер. – Вы имеете в виду, что вам удалось найти человека, которому принадлежали туфли?

– Именно. И хотя стельки с названием фирмы были выдраны, это не составило большого труда. Служанка сразу их опознала, да и владелица даже не подумала от них открещиваться.

– Инспектор! – вскричал Роджер. – Хватит играть со мной в «кошки-мышки». Как зовут владелицу?

Инспектор несколько секунд с самым невозмутимым видом рассматривал Роджера, явно наслаждаясь охватившим последнего нетерпением.