Год козла отпущения - Татьяна Луганцева

– Анатолий, ты с ума сошел? – спросила Яна осипшим голосом. – Ты что со мной сделал?

– Ну же, Яна, не тупи! Ты же такая умная и даже спасла мне жизнь. А уж как ты старалась помочь, когда у меня труп исчез, – вдруг рассмеялся он. – Можно целую книгу написать о том, как не надо доверять незнакомым людям, не тратить себя по мелочам, а то можно и могилу себе вырыть. Ну да теперь поздно об этом говорить, на этих ошибках тебе учиться уже не придется, как бы печально это ни звучало. Я же говорю, Цветкова, лично против тебя я ничего не имею, но такой шанс упустить не могу. Мне кажется, ради этого я бы и маму родную разобрал по косточкам. Ты только вдумайся в эти слова: ты жертвуешь собой ради всего человечества! Разве это не греет душу? – хитро посмотрел он на нее.

– Скорее ради тебя, – шмыгнула носом Яна.

– Я часть человечества.

– Это страшно, когда никчемный человечек возомнил себя вершителем судеб, что ему все позволено.

– Это время покажет, кто из нас никчемный.

– Может, хватит беседы вести? Мы на мокруху подписывались, а не треп этот слушать, – сплюнул на пол один из мужиков, поигрывая ножиком.

– Заткнись! Я плачу, я и удовольствие получаю! Чем с вами, с клопами, говорить, лучше я с ней перед смертью покалякаю, тем более она мне жизнь спасла.

– Привыкай общаться и с такими клопами, – отметила Яна. – Скоро тебе только с такими и придется общаться.

– А можно я ей зубы выбью и язык вырву? – спросил бандит у Анатолия. – Чтобы молчала.

– У нее не должно пролиться ни одной капли крови! Не волнуйся, детка, скоро все закончится! Меня не возьмут. Кто? Никто не видел нас, я тебя усыпил и спустил в подвал. Теперь пусть обыщутся. Когда я закончу свое дело, я растворю остатки в кислоте, а сам уже через несколько часов буду в Москве в своей лаборатории. Нет, я даже могу показаться твоим друзьям и сказать, что ты давно ушла, а я пил в одиночестве. И кто меня остановит? Полоумный без памяти? Или эта старая карга?

– Ты знал, что я уезжаю, знал, что не одна, – прошептала Яна.

– А я смотрю, мозги у тебя проясняются. Да, я хотел, чтобы ты осталась одна, и все ведь получилось! Я нашел этих идиотов и руководил ими по телефону. Этого героя, вызвавшегося быть твоим защитником, надо было убрать, но вот мои идиоты совершили прокол, – вздохнул Анатолий.

– Да мы его так по башке стукнули, что думали, мозги наружу вылетят! Думали, труп – сто процентов! – гаркнул один из бандитов.

– Думали, думали. Как показала практика, вам думать сильно не надо! Вредно! Ну да ладно. Если Патрик станет овощем без памяти, меня это тоже устроит! Главное, цель достигнута – ты у меня!

– И еще главное, что весь разговор записан, – сказал Патрик, входя в комнату.

Выглядел он ужасно. Лицо было бледнее бинтов, что покрывали его голову. Яна, конечно, обрадовалась, что ее нашли, но подмога выглядела уж больно ненадежно.

– Ах, ты… – выдохнул Анатолий, словно в последний момент решив не ругаться при дамах.

А двое бандитов тут же бросились на Патрика. Алиса тоже хотела вступить в бой, но ей уже не было доступа к телу психотерапевта.

Сам бой протекал очень стремительно. Удары руками и ногами, какие-то стоны, и вот один из бандитов упал перед Патриком на колени. Из его живота торчал нож, на который он удивленно смотрел. Зато рядом с Патриком появилось вакантное место, куда и устремилась Алиса, но так как в драку захотел ввязаться и Анатолий, то возникла некоторая каша-мала! Эта, казалось бы, невыгодная для Патрика ситуация была ему только на руку. Алиса, столкнувшись с Анатолием, отлетела и, стукнувшись о стенку, затихла. А вот второго бандита Патрик никак не мог одолеть. А тут еще и патологоанатом навалился все своим весом.

Но в этот момент появилась несколько запыхавшаяся Татьяна Сергеевна и, трезво оценив ситуацию, кинулась на помощь Патрику, оседлав Анатолия. Конечно, нанести ему какой-то реальный физический вред она вряд ли могла, поэтому единственное, что она могла сделать, это отвлечь на себя внимание, дать возможность Патрику перевести дух.

Бандит съездил Патрику по лицу, и его бледная кожа мгновенно окрасилась кровью. Он придавил Патрика все своим весом и душил, извергая проклятия. Патрик, извернувшись, двинул ему по корпусу и скинул с себя. Теперь уже он одерживал верх, но он все еще не мог помочь Татьяне Сергеевне в ее поединке с Анатолием.

Тот своей массой придавил несчастную женщину к стенке так, что у нее даже что-то хрустнуло внутри. Татьяна Сергеевна обмякла и поползла по стенке вниз. Анатолий с покрасневшим, озверевшим лицом подхватил ее обессилевшее тело и грубо швырнул на стол, накрытый пленкой.

– Мерзкая старуха! Да я грохну тебя сейчас! Свидетелей не оставляем. Задушу голыми руками! – зарычал он и стал претворять свой чудовищный план в жизнь.

Патрик обезвредил своего противника, но на ноги подняться не смог, а потому пополз на выручку пожилой женщине.

Внезапно перед глазами Татьяны Сергеевны возникло лицо Яны Цветковой в образе ангела. Схватив со стола один из металлических инструментов, Цветкова стукнула патологоанатома по спине раз, а потом еще и еще.

– Мерзавец! Подонок! – сопровождала Яна ругательствами каждый удар.

Анатолий, оставив Татьяну Сергеевну в покое, медленно повернулся к Цветковой.

– Ведьма. Стерва. Как ты освободилась?

Яна нанесла ему последний сокрушающий удар, после чего с омерзением бросила инструмент на бетонный пол.

– Идиоты! Когда связываете человека, хотя бы смотрите, что делаете! Наматывать веревки поверх сапог, которые больше на три размера и из которых ноги выскальзывают просто на раз! А связывать руки поверх браслетов это как? Ну точно идиоты!

Яну снова вырвало.

– Тьфу! Отравил меня какой-то гадостью.

Татьяна Сергеевна кашляла.

– Надо же, какой псих. Спасибо тебе, Яна.

– Не за что.

– Ты как? – посмотрела Цветкова на Патрика. – Как с памятью?

– Помню каждую минуту, проведенную с тобой, – усмехнулся он. – С памятью все хорошо, вот со здоровьем не очень. – Он отнял руку от живота.

Яна с ужасом заметила торчащую то ли заточку, то ли шило.

– Господи, – выдохнула она и, пошатываясь, побежала за помощью.