Год козла отпущения - Татьяна Луганцева

– Со стороны мы, наверное, выглядим весьма странной компанией. Кто бы увидел, умер со смеха, – щебетала она, не переставая улыбаться.

– Да уж, обхохочешься, – кивнула Яна, сдерживая приступ тошноты от исходящего от Анатолия запаха.

Патологоанатома же тем временем потянуло на откровенность.

– Меня же отпустили под подписку, мне из Москвы нельзя было уезжать.

– Чего же ты мне не сказал? Я не хочу быть причастной к твоим нарушениям.

– Да брось ты, – махнул он рукой и огляделся. – Как тут тесно… Что за машина-то? Похожа на детскую коляску.

– «Запорожец», – ответила Татьяна Сергеевна.

– Да идите! Ни разу не ездил!

– В ваших рядах прибыло, – покосилась на Яну хозяйка машины.

– А за что меня? В «Запорожец»? – по-своему воспринял полученную информацию Анатолий.

– За любовь к выпивке, – ответила Яна.

– Так у меня стресс! Работу потерял, теперь еще и суд светит…

– Как работу потерял? Я же просила Патрика посодействовать тебе.

– Он и посодействовал. Но я сам ушел. Не мог видеть заведующую, которая ходила с таким выражением лица, словно ее, бедную, заставляют общаться с дерьмом. В роли дерьма – я, кому непонятно, – добавил он. – Я там не мог оставаться. И все из-за одной ошибки… Словно я не человек и не могу оступиться. Ну ее! Столько лет проработал, и вот тебе – финал. Обидно, когда к тебе такое пренебрежение и недоверие.

– Эх ты, горе-человек! Сначала надо было работу другую найти, а затем уходить.

– Да кто же меня возьмет, когда я под следствием? И я впал в такую депрессию… А потом вспомнил о тебе. Ты такая веселая всегда, оптимистично настроенная и… надежная, вот и решил с тобой пообщаться. Я слабый, наверное, если захотел, чтобы меня поддержала женщина? – философствовал на заднем сиденье Анатолий.

– За спиной каждого сильного мужчины стоит еще более сильная женщина, – ответила Татьяна Сергеевна.

– Все наладится, – повернулась к нему Яна, обнимаясь с самоваром.

– А куда мы сейчас едем? – спросил патологоанатом.

– У нас неприятности, – вздохнула Яна. – Патрик пропал. – И она вкратце рассказала историю его исчезновения.

– Ничего себе! Похоже, что чувак круто попал! А я еще жалуюсь, что у меня все плохо. Вот ведь балбес! – воскликнул Анатолий.

– Не трави мне душу! Я очень переживаю за Патрика. Но мы будем его искать и найдем!

– А что, если он вернулся в Москву? – предположил Анатолий.

– И ты туда же! Не уходили раньше от меня мужчины вот так, по-английски. Может, пора привыкать? Но Патрик не похож на человека, который может кинуть. Он оставил мне всю свою наличность.

– Правильно, откупился. А чего гадать-то? Я сейчас позвоню кое-кому и все выясню, – сказал Анатолий и вытащил из кармана телефон. – Есть еще нормальные люди, которые ко мне хорошо относятся. Алло? Людмила Александровна? Это я, Толик. Да, спасибо, потихоньку. Нет, я сейчас не в Москве. Людмила Александровна, вы же психотерапевт, не могли бы вы навести справки о вашем коллеге, неком Патрике Ривсе… Что? Знаете его? Очень хорошо! Людмила Александровна, дорогая, не могли бы вы узнать, в Москве он или нет? Может, лекции где читает или еще что? Да, мне срочно. Ага, перезвоните, пожалуйста. Обязательно! Как только приеду в Москву, зайду в гости, обещаю! Спасибо! До свидания!

Анатолий выключил связь и посмотрел на дам.

– Ну что же, будем ждать новостей. Людмила Александровна – не последний человек в области психиатрии, она все узнает о Патрике и сообщит.

– Похоже, поедем очень небыстро, – произнесла Татьяна Сергеевна. – Моя старушка сильно не набирает скорость.

– Как-то вы стали странно изъясняться, – покосилась на нее Яна. – «Не очень быстро», «сильно не набирает скорость». Так и скажите: старая кляча еле плетется!

– Да ты что такое говоришь про мою машину? Она сейчас обидится и вообще не поедет. Не слушай ее, девочка моя. Все хорошо. Потихоньку, помаленьку доедем, – Татьяна Сергеевна погладила руль, обмотанный изолентой. – Ну и что, что мы вместо двух часов поедем четыре?

– О боже! – вздохнул Анатолий.

– Ну хорошо, мы можем немного срезать путь, но та дорога еще хуже, трясти будет сильнее.

– Куда же сильнее-то? – подпрыгнул Анатолий. – Впрочем, я за то, чтобы срезать! – сказал он.

– И я! – поддержала его Яна.

– Я бы не рисковала, но подчинюсь большинству. – И Татьяна Сергеевна круто повернула руль влево.

Машина очутилась на узкой дороге, ведущей, казалось, прямо в лес.

– Тут и машин-то нет, – отметил словоохотливый Анатолий.

Через пару километров они заметили двух голосующих мужчин.

– Я не буду останавливаться, – сказала Татьяна Сергеевна. – У нас все равно места нет.

– Может, им помощь нужна? Или что подсказать? – предположила Яна.

– Пусть другие подсказывают, а мы потом еще не заведемся.

– Но никого больше нет.

– Я не остановлюсь! – твердо повторила Татьяна Сергеевна. – Тем более в местных новостях передавали, что в этом районе на две машины было совершено разбойное нападение. Со смертельным исходом, между прочим. Я не остановлюсь!

Мужчины отчаянно махали руками, но «Запорожец» медленно, но верно продолжал свой путь. Внезапно в руке одного из мужчин мелькнул какой-то предмет, затем раздался свистящий звук, и лобовое стекло «Запорожца» покрылось мелкими трещинами, а Яна ощутила сильный толчок в грудь. Машину резко повело влево.

– Твою кондицию! – выругалась Татьяна Сергеевна, пытаясь удержать руль. – В нас стреляют! – закричала она.

Яна оторопело посмотрела на самовар, который по-прежнему сжимала в руках, и увидела в нем дырку. В том, что в него вошла пуля, сомневаться не приходилось.

– Матерь божья! Меня самовар спас! – прошептала она.

Между тем раздался еще один выстрел.

Анатолий, похоже, совсем протрезвел и орал как полоумный. А вот Татьяна Сергеевна сохраняла ледяное спокойствие. Она смотрела вперед, вцепившись в руль так, что побелели костяшки пальцев. Ей, бедной, и пригнуться было нельзя, чтобы увернуться от пуль. Яна тоже посмотрела вперед сквозь разбитое стекло и увидела, что бандиты находились от них в двух шагах и могли уже расстреливать их в упор.

– Уходи! Уходи от них! – орал патологоанатом.

– Мы не сможем от них уйти, нам колесо пробили, – сквозь зубы процедила Татьяна Сергеевна.

В это время самовар выскользнул из вспотевших рук Цветковой, она нагнулась, чтобы поднять его, и аккурат в этот момент в том месте, где только что была голова Яны, просвистела пуля.

– Пригнулись все! – скомандовала Татьяна Сергеевна и направила машину прямо на преступника.