Вся правда о небожителях - Лариса Соболева

– Короче, когда родится ребенок, я буду настаивать на генетическом анализе, но предупреждаю: даже если это мой ребенок, с Ликой я жить не буду, лучше повешусь. И больше не приеду к ней, пусть хоть на рельсы ложится. Да, я сволочь, да, подлец…

– Звонит, – застонала Валерия Михайловна, но трубку не достала. – Дай сигарету.

– Вы разве курите? – Он протянул ей пачку.

– Тайком от них. Если б ты знал, как они мне надоели – Лика и ее отец, то есть мой муж.

Проникновенное признание и неожиданное. Он щелкнул зажигалкой, поднес огонек, а телефон все звонил, звонил – Лика упорная, додавит кого угодно. Валерия Михайловна выкурила до половины сигарету и не выдержала, взяла мобильник, но не слушала жалобы (или угрозы) дочери, сразу сказала:

– Уже еду. – Не дав Лике времени нажаловаться на Артема, она отключила трубку, помолчала, затягиваясь дымом. – Лет двенадцать назад встретился мне мужчина и умолял уехать с ним. Было очень трудно не соблазниться, но в силу вступили моральные законы: жалость, ответственность за Лику, хотя она уже была взрослой, ну и много всего… сам знаешь.

– Вы изменили мужу? Можете не отвечать…

– Я изменила Лелику, – ничуть не смущаясь, призналась Валерия Михайловна. – И сначала жалела об этом, потому что узнала, каким бывает по-настоящему любящий мужчина, как это красиво, оттого и расставаться было очень тяжело. А сейчас не жалею, потому что все двенадцать лет я прожила в ракушке, отгородившись от двух чудовищ – мужа и Лики, иначе с ума сошла бы. Лелик и сделал ее такой, у меня же права голоса в их тандеме нет. Послушай, Артем, а ты не мог бы навещать ее, как раньше… только до рождения ребенка! Надеюсь, она переключит свою идиотскую любовь на малыша…

– Нет! – Ответ был категоричен, как и его обоснование. – Это может длиться бесконечно. Потом вы будете просить подождать, пока она кормит, потом еще найдете причину. Думаете, я привыкну к ребенку? Не привыкну. Покажите мне мужика, который ради ребенка остается с нелюбимой женщиной. Я такой же, как все. Мне и раньше не следовало… Кстати, я собираюсь жениться, моей жене не понравится, если между нами будет стоять Лика.

– Я поговорю с твоей женщиной, она поймет, ты же не будешь спать с моей дочерью…

– Нет! Нет и нет! Все.

Как ни странно, Валерия Михайловна не стала давить на него, попрощавшись, она медленно, как старуха, побрела к подъезду…

– Вот это да!

Вовка водрузил локти на стол и закрыл глаза ладонями, будто это он попал в щекотливое положение нечаянного отца, отчего ему стыдно на мир смотреть. Но в следующий миг образовалась щель между пальцами; глядя в нее, он спросил:

– Ты уверен, что это не твой ребенок?

– Не уверен, – со вздохом признался Артем. – Ну, бывало, когда припирало… Последний раз примерно полгода назад и… не помню точно. Но я же следил, чтоб она не залетела!

– Не повезло, резинка с дыркой попалась, – посочувствовал Вовчик, убрав ладони с лица. – Что Софии скажешь?

– А что я должен говорить? – взорвался Артем. – Это до нее было! Ну, алименты платить буду… три копейки. Да-да, войдите! – откликнулся он на стук в дверь.

Вошел молодой человек плакатного типа: рост, бицепсы, физиономия – все, как с афиши. Правда, улыбка не соответствовала стереотипу, она была неуверенной, да и сам он держался стеснительно, скорей всего, парень был из породы скромных людей, встречающихся все реже и реже в нашем нагловатом мире. Начал он тоже интересно, будто с признания, а такая линия поведения сразу настораживает:

– Вот… я пришел сам… Мне сказали, в этот кабинет…

– По какому вопросу? – спросил Артем.

– Ну, я был знаком с Камой…. Камиллой Мышко. Ее, говорят, убили.

Это когда было, чтоб свидетели сами шли в органы?! Просто подарок с неба свалился! Вовка мигом придвинул стул, пригласив парня:

– Падай. А ты кто?

– Имя и фамилию назвать? – уточнил тот; оба оперативника закивали, глядя на него, как два голодных пса. – Эрик… То есть Эрнст, но все зовут меня Эриком. Эрик Малюков.

– Да что ты так волнуешься? – хихикнул Вовчик.

– А я первый раз в полиции, – улыбнулся Эрик, – до этого приводов не было, я как-то не в своей тарелке себя чувствую.

– Ладно тебе, – хлопнул его по плечу Вовка. – Мы что, не люди? Не боись, не съедим. Ну, давай…

Он уставился на Артема, мол, ты чего в рот воды набрал? Вероятно, бедняга не отошел от шока, что скоро станет папой. Вовчик перегнулся через стол, из ящика вытащил листы бумаги, взял авторучку, приготовившись записывать показания. Он ошибся, Артем не застопорился, а обдумывал вопросы, которые нужно задавать умело, ведь неясно, что за тип пожаловал, но начал он с нелицемерной благодарности:

– Ну, ты молодец, Эрик, удружил. Спасибо, что нашел время и пришел сам. А ты давно знал Каму?

– Несколько месяцев, – ответил тот. – Познакомились с ней случайно, меня пригласила знакомая на благотворительный вечер, там я и увидел Каму, ее трудно не заметить. Такая мура была на том сборище… Короче, она скучала, я тоже, ну, мы и познакомились.

– А кто был инициатором знакомства? – поинтересовался Артем.

– Конечно, я. Ушли мы вместе…

Казалось бы, человечеству известны все пороки, но черта с два это так. Самая богатая фантазия бледнеет по сравнению с «хобби» Камы, Вовчик даже записывать забывал, не веря своим ушам…

В постель они легли в первый же вечер. В принципе после просмотра ее «хоум видео» понимаешь, что ничего удивительного в том нет, Кама явно не относилась к разборчивым женщинам, а Эрик по всем показателям оказался на двадцать голов выше ее сексуальных партнеров, он с тем самым бесом, который застрял в ребрах. Секс у них был – стены трещали, молодой самец впечатлил Каму, что тоже естественно, но она предупредила его на берегу:

– Ты супер, только давай договоримся: у меня своя жизнь, ты не лезешь в нее, а я не лезу в твою. Не устраивает тебя – мы завершаем сегодняшнее рандеву на высокой ноте, прощаемся и больше никогда не встречаемся.

Эрик удивился условиям, ведь обычно девушки строят отношения с прицелом на Дворец бракосочетания, с другой стороны, возблагодарил судьбу, так как предпочитал держаться от дворца подальше. Он заинтересовался: что у Камы за «своя жизнь», которую она, судя по всему, менять не собирается ни при каких обстоятельствах?

Встречались они регулярно, когда у Камы было свободное время, Эрика это вполне устраивало. А разве плохо – никаких обязательств, зато море кайфа? Однажды (дело было вечером) он остановился купить сигарет, а возвращаясь к машине, увидел в окно суши-бара солидного мужика с Камой. Эрик закурил и наблюдал за парочкой – они же были как на ладони, а его не видно, и хватило нескольких минут, чтобы понять: у них более чем теплые отношения. В сущности, это ее дело, кого обдирать, само собой, о большой и чистой любви не могло быть и речи. Но Эрик на следующем свидании, во время релаксации между физическими упражнениями, дал Каме понять, что в курсе ее личной жизни, тогда еще не догадываясь, как далек от истины: