Искушение и разгром - Семен Лопато

Сергачев уверенно махнул рукой:

— Чувствительность там с тройным запасом. Какая чувствительность, если радиомаячок на этой штуке знаешь как генерит? Если мы его с российской территории уловили, то там-то захват сигнала у тебя сразу будет. Так что не беспокойся.

— Ну-ну, — Сергей покачал головой. — На словах-то хорошо звучит, что будет, если на месте откажет.

— Не откажет. С ним уже много работали, никаких жалоб не было. Оборудование проверенное, надежное. Производства НПО «СПЕКТР».

Сергей, поперхнувшись, неверяще посмотрел на Сергачева:

— Кого?

— «СПЕКТР», — Сергачев с недоумением посмотрел на Сергея. — А что? Фирма известная, еще с пятидесятых годов существует.

— А ей можно доверять?

— А почему ж нет. Мы с ней уже много лет работаем, проколов вроде не было. Все чисто, надежно.

— Понятно. А кто там генеральным?

— Генеральным? — Сергачев задумался. — Слушай, а черт его знает. Даже и не вспомню, его, по-моему, никто и не видел никогда. А что?

— Да нет, ничего. Как у них сейчас дела?

— Как… Как везде — долги, зарплату не платят. Но этот-то прибор старый, еще восьмидесятых годов выпуска.

— Ну, хоть это радует.

Сергей подумал.

— Вообще, какое-то слабенькое у меня оснащение. А где авторучки с кислотой, реактивные ранцы, ключ, который открывает восемьдесят процентов замков, существующих в мире? Где все это?

— Зачем? Для такого-то дела. Мы ж тебя не в Папуа — Новую Гвинею посылаем.

Сергей с улыбкой взглянул на Сергачева:

— А у нас там что, стратегические интересы?

Вадик усмехнулся:

— Только там и остались.

Сергачев махнул рукой:

— Не о том думаешь. С тем, что есть, разберись. Какие там кислоты.

Вадик с удовольствием покивал:

— Правильно. Скромнее будь.

— Ладно, буду скромнее. Но все-таки обидно как-то. Как-никак я ж теперь суперагент. Хочется соответствовать, — Сергей требовательно взглянул на Сергачева. — Ну, хоть лицензия на убийство-то у меня будет?

Сергачев задумчиво взглянул на Сергея.

— А это у нас без лицензии, — произнес он спокойно. — Или ты не знал?

Сергей, усмехнувшись, опустил глаза:

— Ну, в общем, да.

Вадик, веселясь, покивал снова:

— Отстрел соотечественников вне квот и норм. Сезон круглогодичный. Лучшие крематории России ждут вас.

Сергачев поморщился:

— Ладно. С тобой еще отдельный разговор будет. Завтра, когда со своим начальством все утрясешь, еще поговорим, особо-то не веселись. Ладно, по первоначалу вроде все обсудили, для первого раза вроде достаточно. Вопросы какие есть?

Вадик поднял руку.

— Есть. Что первично, материя или сознание?

— Финансирование. Еще есть вопросы?

Вадик приподнял ладони.

— После такого ответа какие вопросы. Больше нет.

— Тогда прервемся. Сергею еще к ракетчикам идти. Вообще, проблем куча. Но тем не менее беседа состоялась. Вообще момент ответственный, перед важным делом расстаемся. Даже не знаю, что вам сказать.

Вадик с пониманием взглянул на Сергачева:

— Может, споем что-нибудь?

— А что? «Интернационал»?

— «Интернационал»… А «сухой я корочкой питалась» не хочешь?

Сергей развел руками:

— Гимн оборонки.

— М-да. Нет песен.

Вадик усмехнулся:

— Может, «Правь, Британия, морями»?

— «Правь, правительство, козлами». Ладно. Без песен обойдемся. Кефирчику еще хотите? А то пропадет ведь.

— Наливай.

Они молча допили кефир. Сергачев, поднимаясь, потеребил Сергея за плечо.

— Пойдем. Половина седьмого, тебя уже специалисты-ракетчики ждут. — Он повернулся к Вадику. — Сейчас его отведу, вернусь, еще на пять минут разговор будет. Так что подожди пока что. Если в дверь стучать будут, сиди тихо, главное, никому не открывай.

Вадик вытаращил глаза:

— Это как? У вас тут что, местные извращенцы-маньяки по зданию бродят? Так ты б хоть цепочку с глазком сделал.

Сергачев поморщился:

— Да нет. Я на пребывание в этой комнате в выходные разрешение не успел оформить, а тут иногда охрана по этажам ходит, проверки устраивает. Увидят тебя, целое дело закатят. Так что сиди тихо.

— Ладно. Только ты ненадолго, а то мне страшно будет. — Он помотал головой. — Ну, попал я, ну и учрежденьице. Какие-то пидеры дикие по коридорам бегают. Да еще группами. Только зазеваешься, и звездец. Как говорила одна моя подруга, последней девственности лишат.

— Чего ты несешь? У тебя по карате какой дан?

— Второй.

— Ну так?

— У меня-то дан, а у них…

С безнадежным видом махнув рукой, Сергачев толкнул дверь. Сергей вышел за ним. В коридоре Сергачев обеспокоенно повернулся к Сергею:

— Ну все, с Вадиком ты познакомился, а это главное. Больше тебе на этом этаже делать нечего, сейчас к ракетчикам пойдем. Там сразу обучение начнешь, только имей в виду, они ребята привередливые, не со всяким как надо будут разговаривать, так что ты держи себя по обстановке, подходы ищи, — он как будто смущенно посмотрел на Сергея. — Ракетчики — это шестой этаж, мы там редко бываем, да и они это не очень любят, я тебя только до поста доведу. Погоди, дай-ка взглянуть. — Он, быстро поднеся к глазам, на ходу рассмотрел поданный Сергеем пропуск. — Нет, все нормально, все значки правильные и номера помещений указаны. На, держи.

Пройдя коридор, они вышли на лестницу. Остановившись за полмарша до шестого этажа, Сергачев вновь повернулся к Сергею:

— Ну все. Сейчас расстанемся. Сейчас давай учи матчасть, а что дальше делать, сам уже знаешь. Билеты на самолет на понедельник бери, утром в понедельник сюда заедешь, тут тебе все оборудование вручат, а дальше я тебя сам в аэропорт отвезу. Наверх не пойду, чего зря перед караулом светиться, они этого не любят. Ну, давай.

Они пожали друг другу руки. Преодолев последние несколько ступенек, Сергей вышел на площадку. Четверо солдат с автоматами, хотя на этот раз без бронежилетов, стояли у входа, еще один сидел за столом над раскрытой амбарной книгой, чуть дальше настороженно прогуливался поперек площадки еще один охранник, с погонами сержанта. За спиной у них тянулся, уходя в темную перспективу, все тот же бесконечный прямой коридор. Подав пропуск автоматчику, Сергей вновь прошел процедуру сличения своего облика с фотокарточкой, после чего пропуск был передан сидевшему за столом, который тщательно записал все в амбарную книгу. Сержант ревниво следил за работой подчиненных. Словно впервые после этого заметив Сергея, он требовательно взглянул на него.