Семь смертей - Мила Серебрякова

– Кто вы?

– Ой, только не надо мне выкать, Лиса. Ну, ей-богу, Катка, ты действительно меня не узнаешь или придуриваешься?

Катарина сделала пару шагов по направлению к столу.

– А разве мы знакомы?

– Вот прикол. Не думала, что за двадцать лет я изменилась настолько сильно. Кат, мы с тобой шесть лет вместе учились. Давай, подойди ближе и посмотри на меня повнимательней.

Катарина во все глаза уставилась на пышку.

– Не узнаю, клянусь, не могу узнать.

– Офигеть! – Женщина встала из-за стола и приблизилась к Катарине. – Кат, ты меня пугаешь, у тебя, никак, маразм начался? Ладно, даю подсказку, мое имя начинается на букву «П». Еще одну подсказочку дать? Вспомни, с кем ты в десятом классе прогуляла урок алгебры и с кем чуть не угодила под колеса машины?

Ката замахала руками:

– Полинка?! Не может быть!

– Наконец меня признали. Катка, воистину сегодня мой день.

– Полька, – повторяла Ката, рассматривая бывшую одноклассницу. – Ни за что бы не узнала, если бы ты про машину не упомянула.

– Так сильно изменилась?

– Ты стала другим человеком.

И Ката ничуть не лукавила. Та Полька Самохвалова, с которой она училась в одном классе, и та Полина, которая сейчас стоит перед ней, отличались друг от друга, как день от ночи. В школьные годы Полиночка была тощей, как проволочка, ее иссиня-черные прямые волосы заметно контрастировали с вечно бледным треугольным личиком, а щиколотки были настолько тонкими, что казалось, они вот-вот должны переломиться. Помнится, в старших классах Полина сильно переживала по поводу размера своей груди. Не устраивал Польку первый размер, на какие только хитрости она не шла, дабы сделать грудь хоть чуточку больше. В одиннадцатом классе Полина весь год подкладывала в бюстгальтер кусочки поролона. Об этом знала вся школа, над девицей откровенно посмеивались даже учителя, но зато Поля была горда собой. Она делала вид, что не слышит едких замечаний, подколок и продолжительного хихиканья вслед.

И вот сейчас Ката смотрела на полненькую – эдакую кровь с молоком – розовощекую молодую блондинку, бюсту которой, бесспорно, завидуют многие прелестницы.

И дело здесь уже не в кусочках поролона, четвертый размер груди у Полины появился либо благодаря имплантатам, либо она уже стала мамочкой очаровательных карапузов.

– Мой внешний вид поверг тебя в шок? – веселилась Самохвалова. – Признавайся, ты шокирована?

– Не то слово, Поль, ты стала такой... Такой...

– Какой?

– Не могу подобрать нужных слов.

– Зато ты, Катка, ни капельки не изменилась. Нет, правда, я узнала тебя сразу, как только увидела.

– Поль, можно я сяду, у меня ноги подкашиваются.

– От неожиданной встречи или от выпитого коктейля?

– Не напоминай мне про коктейль. Полинка, – Ката качала головой. – Вот это встреча.

– Да уж, как говорится, никто и не ожидал.

– Полька, неужели ты хозяйка клуба?

– Да нет, до хозяйки пока не доросла, но я правая рука владельца. Он сейчас в отъезде, а я на его месте царствую. Слушай, а чего это мы с тобой порожняком встречу обмываем? Сейчас я все устрою. – Самохвалова взяла телефонную трубку и властным голосом прочеканила: – Кирилл, это Полина. У меня важный гость, – она подмигнула Катарине. – Устрой нам все по высшему разряду. Да, конечно. Только побыстрее.

Усевшись на диван, Полина цокнула языком.

– Сейчас, Катка, мы с тобой устроим праздник живота. Имей в виду, я тебя так просто не отпущу, будем болтать всю ночь напролет. Поняла?

– Полин, да я с радостью, – сообщила Ката, забыв на время о причине своего визита в стриптиз-клуб.