Дело о туфельке магазинной воровки - Эрл Стенли Гарднер

– Миссис Брил, я собираюсь показать вам одну сумочку. И ясобираюсь спросить, ваша ли это сумочка. – Он с решительным видом вытянулвперед руку с сумочкой.

Миссис Брил равнодушно ее осмотрела.

– Кажется, у меня когда-то была похожая сумочка. Но я неуверена. В любом случае, молодой человек, я не могу точно сказать, моя ли она…Понимаете, такая сумочка была у меня уже довольно давно.

Сэмпсон ненадолго задумался, затем раскрыл сумочку и вытащилоттуда шарф.

– Попробуйте сказать, что это не ваше. Это ведь принадлежитвам, не так ли?

– Разве? – спокойно ответила миссис Брил, едва взглянув нашарф.

– Вы ведь знаете, что это так.

– Нет, не знаю, – ответила она, покачав головой.

– Послушайте-ка, миссис Брил! – взорвался Сэмпсон. – Это неигра. Все более чем серьезно. Вы обвиняетесь в убийстве первой степени, а этосамое тяжкое преступление, согласно нашему законодательству. Мои вопросы и вашиответы заносятся в протокол, и все это может быть использовано против вас влюбое время. Миссис Брил, я не собираюсь пользоваться своим преимуществом. Япрямо говорю вам в присутствии вашего адвоката, что собранные доказательствапредставляют картину в черном цвете, хотя я не отрицаю, что доказательства восновном случайные и что некоторые из них вы, возможно, сможете как-тообъяснить. Если вы будете с нами сотрудничать, всеми силами стараться помочьнам установить истину, тем самым сделаете шаг к установлению своейневиновности. Если же вы солжете и мы сможем вас уличить, то это лишь усугубитваше положение. Мистер Перри Мейсон, ваш адвокат, может подтвердить, что яговорю правду. А теперь, если вы все еще отрицаете, что это ваша сумочка, иесли мы докажем, что она действительно принадлежит вам, последствия будут длявас очень и очень печальными. Итак, миссис Брил, я еще раз вас спрошу… Это вашасумочка?

– Я не знаю, – спокойно ответила женщина.

– Возьмите сумочку в руки, – не сдавался Сэмпсон, –внимательно осмотрите ее, загляните внутрь и потом скажите нам, ваша ли она.

– Да говорю же, я не знаю.

– Вы хотите сказать, что не знаете, ваша она или нет?

– Именно.

– Прошлой ночью у вас была с собой сумочка, не так ли?

– Я не знаю.

– Вы хотите сказать, что не знаете, была ли у вас в рукахсумочка, когда вы отправились к мистеру Остину Куленсу? – спросил Сэмпсон.

– Точно. Я даже не знаю, ходила ли я вообще к мистеру ОстинуКуленсу, – ответила миссис Брил.

– Вы этого не знаете?

– Нет, – уверенно заявила она. – Если честно, я пытаюсьпривести свою память в порядок с того самого момента, как пришла в сознание. Япомню вчерашнее утро, по крайней мере, я надеюсь, что это было именно вчерашнееутро. – Она повернулась к Перри Мейсону: – Сегодня ведь вторник, не так ли,мистер Мейсон?

Тот кивнул.

– Да, – продолжала миссис Брил. – Это было вчерашнее утро. Япомню вчерашнее утро. Я прекрасно помню все, что происходило. Помню, какполучила ключи от машины брата, как пошла и забрала машину. Помню, какпоставила ее в гараж. Помню, как ждала в обувном отделе универсальногомагазина. Помню, что потом меня обвинили в воровстве. И я помню, как завтракалас мистером Мейсоном… Но я не могу вспомнить, что было после того, как я вышлаиз магазина.

– Все ясно, – закатил глаза Сэмпсон, – вы собираетесь петьстарую песенку, будто у вас потеря памяти, да?

– Это не вопрос, Сэмпсон, это открытое обвинение, – вмешалсяадвокат.

– Думаю, мистер Мейсон прав, – поддержал его доктор Гиффорд.– Учитывая обстоятельства, вы можете задавать моей пациентке вопросы, но ни вкоем случае не должны с ней спорить и уж тем более издеваться над ней.

– Это алиби старо как мир, – ехидно заметил сержант Голкомб.

– Так уж получается, джентльмены, если вам, конечно,интересно, – сказал доктор Гиффорд, – что довольно часто потеря сознаниясопровождается частичной потерей памяти и пациент не помнит ничего из того, чтослучилось за несколько часов, а иногда и за несколько дней до происшествия.Хотя с течением времени память постепенно возвращается.

– Как вы думаете, сколько на это потребуется времени вданном случае? – саркастически поинтересовался Сэмпсон.

– Я не знаю, – пожал плечами врач. – Это зависит от многихфакторов, на которые я не в силах повлиять.

– Это уж точно, – фыркнул Сэмпсон.

– Позвольте полюбопытствовать, доктор Гиффорд, – подал голосМейсон, – есть ли что-то необычное в том, что миссис Брил после дорожногопроисшествия потеряла память?

– Нет, совсем ничего необычного, – твердо ответил доктор.

Сэмпсон вытащил из сумочки недовязанный свитер.

– Посмотрите сюда, миссис Брил, – сказал он. – Разве вы неможете узнать ваше собственное вязанье?

– Можно взглянуть поближе? – спросила миссис Брил.

Сэмпсон передал ей свитер.

– Я бы сказала, что кто-то очень хорошо вяжет, – заявилаона, внимательно его осмотрев. – Кто бы это ни был, он настоящий мастер.

– Вы ведь вяжете, не так ли? – спросил Сэмпсон.

– Да.

– И считаете себя хорошей вязальщицей?

– У меня неплохо получается, – без ложной скромности кивнуламиссис Брил.

– Вы узнаете свое вязанье?

– Нет.

– Вы хотите сказать, что это не ваше вязанье?

– Нет.

– Если бы вы вязали синий свитер примерно такого фасона, тосвязали бы его таким же образом?

– Думаю, так бы сделал любой человек, умеющий вязать.

– Это не ответ на мой вопрос. Вы бы связали его таким жеобразом?

– Думаю, да.

– И вы не признаетесь, что это ваше вязанье? – Сэмпсон уженачинал терять терпение.

– Нет. Не помню, чтобы я видела это когда-либо раньше, –сказала миссис Брил.

Сэмпсон обменялся взглядом с сержантом Голкомбом и вновьпринялся рыться в сумочке.

– Хорошо, миссис Брил. Я собираюсь показать вам еще кое-чтои надеюсь, что это освежит вашу память. – Он развернул папиросную бумагу, вкоторой были бриллианты. – Вы когда-нибудь видели эти драгоценности?

– Я не могу вам сказать, – ответила миссис Брил.

– Вы не можете сказать?

– Нет. Я не помню, чтобы видела их когда-нибудь. Но пока комне окончательно не вернется память, я не стану делать окончательных заявлений.